Драгоценная опасность - Нева Алтай
— Тара! — Елена хватает меня за подол рубашки, оттягивая назад. — Сзади идут ещё!
Чёрт. Пригнувшись и направив пистолет вперёд, я следую за Еленой к другому концу бара, где Илья сидит на полу, прижимая руку к кровоточащему боку.
— Возьми это. — Я передаю ему барное полотенце, взятое из ниши, и вытягиваю шею, заглядывая в узкий зазор под полками с алкоголем и чуть выше задней стойки бара. Он служит быстрым доступом к дополнительным запасам, выстроенным на уступе, идущему вдоль другой стороны зеркальной стены.
Задний вход в клуб расположен в кладовой прямо за этой стеной, зажатый между ящиками с пивом, сложенными с обеих сторон. Ещё пятеро ребят из банды в потрёпанных джинсах и толстовках оверсайз вваливаются через дверной проём. При такой планировке нашего бара у тех, кто впереди, нет никакой возможности увидеть приближающихся врагов. Только Елена и я знаем о новой угрозе, а она сейчас занята тем, что пытается остановить кровотечение у Ильи. Каковы мои шансы застрелить всех пятерых бандитов, прежде чем они убьют меня? Довольно призрачные, но у меня нет выбора, кроме как попытаться. Они и так уже меньше чем в десяти футах от нас.
Я снова пригибаюсь и делаю глубокий вдох. Мокрая мебель и мой собственный пот начинают вызывать липкое ощущение. Итак, я иду ва-банк. Сжимая пистолет в руке, я подскакиваю, целясь в заднюю дверь через зазор между двумя бутылками «Джонни Уолкер».
Двое парней ближе всего к входу падают на пол одновременно.
Что?
Я моргаю, и ещё двое падают лицом вниз на пол.
Последний потенциальный нападающий разворачивается как раз в тот момент, когда раздаётся ещё один выстрел. Ноги мужчины подкашиваются, и он падает, открывая взору освещённую фигуру в чёрном костюме, стоящую на пороге. Его руки согнуты в локтях, в каждой по пистолету наготове.
Я опускаю оружие, глядя на своего мужа, в то время как Артуро переступает через мёртвого парня и направляется ко мне.
Стрельба в основной части клуба прекратилась. Во внезапной тишине тяжёлые удары его подошв по кафельному полу отдаются в моих ушах, как гром. Он убирает оружие в кобуры, его взгляд прикован ко мне.
Я следую за ним глазами, пока он не достигает края разделительной стены и затем не появляется полностью в поле зрения у конца барной стойки. Ещё пара шагов, и он стоит прямо передо мной.
— Так увлеклась весельем, что не ответила на мои звонки, Тара, дорогая?
— Можно и так сказать. Как прошёл твой день?
Тихий гул голосов раздаётся от людей позади меня, и я понимаю, что наш разговор привлёк внимание всех оставшихся внутри. Внезапно на меня обрушивается тяжесть десятков глаз. Я чувствую, как все они наблюдают за нами, и это чертовски нервирует.
— Насыщенно. — Артуро засовывает руки в карманы брюк. — У меня было впечатление, что ты понимаешь, мы всё ещё в состоянии повышенной готовности. Так что, какого хрена ты здесь делаешь? Без своей охраны, замечу.
— «Наос» считается одним из самых безопасных мест в городе, Девилль.
— Да неужели? Тогда прости. Полагаю, я просто зря уложил дюжину головорезов, чтобы добраться до тебя безо всякой грёбаной причины, раз ты, очевидно, АБСОЛЮТНО В БЕЗОПАСНОСТИ! ЧТО С ТОБОЙ НЕ ТАК, ЧЁРТ ВОЗЬМИ?
— Не кричи на меня, Девилль! — Что-то мокрое затекает в уголок глаза, и я быстро смахиваю это, пытаясь сохранить самообладание перед этим бесящим мужчиной. — У меня почти полный магазин в «Беретте», и я, чёрт возьми, знаю, как…
— Это что, КРОВЬ?
Я смотрю на свою руку. На костяшках красное пятно. Видимо, меня зацепил осколок стекла, и я не заметила из-за всего происходящего дерьма. Неважно.
— Не меняй тему…
Его пальцы сжимают мой подбородок, наклоняя голову набок.
— Тара. — Низкий рычащий звук вырывается из его горла.
— Я в порядке. — Я смахиваю его руку. — Ты перестанешь меня перебивать? Ты, кстати, устраиваешь сцену. И мы оба знаем, как ты любишь делать это на публике. Здесь бардак, и мне нужно… Девилль! Опусти меня!
— Нет, — хрипит он, неся меня в сторону кладовой. — Мы едем домой, чтобы устроить нашу сцену наедине.
— Ты спятил? Полиция, наверное, уже в пути, и Илье нужна медицинская помощь. Я должна…
— Ты не юрист. И не врач. Ты моя жена. И в данный момент у тебя идёт кровь.
— Это просто царапина, Артуро!
— Угу. И это определённо условный рефлекс.
— Что?
Он заходит в кладовую и пробирается между стеллажами с припасами возле задней двери. Я замечаю ещё два мёртвых тела.
— Ты произносишь моё имя только тогда, когда один из нас истекает кровью. — Он пинает дверь, выходя наружу. — Тебя тошнит? Болит голова?
— У меня нет сотрясения! А теперь опусти меня.
— Нет.
— Какого чёрта нет?
Он останавливается у своего внедорожника и пригвождает меня смертельным взглядом.
— Потому что если это сделаю, я могу вернуться внутрь клуба и перебить всех людей Драго за то, что они не смогли обеспечить твою безопасность. И неприкосновенность. Потому что, моя дорогая жена, я ещё не отошёл от паники, что не успею сюда вовремя. Что приеду, а ты будешь мертва или умирать. И теперь, когда ты в моих руках, я ни за что тебя не отпущу. Но в основном потому что если мои руки будут свободны, я могу просто придушить тебя сам за то, что ты до смерти меня напугала.
Мои губы дёргаются от его слов.
— Позволь мне уточнить. Ты беспокоился обо мне. Но хочешь убить меня. Или ты хочешь убить меня, потому что беспокоился обо мне?
— Как повезёт, — рычит он и прижимает свои губы к моим.
Артуро
— Думаю, — я прикусываю нижнюю губу Тары и захлопываю ногой входную дверь, — сначала нам нужно осмотреть твою рану.
— Всё в порядке, — говорит она, расстёгивая пряжку моего ремня.
Господи, я очень надеюсь, что это правда, потому что думаю, что взорвусь, если не окажусь внутри неё прямо сейчас. Я даже не знаю, как нам удалось благополучно добраться до дома. Или как мы добрались от машины до дома и не закончили тем, что трахаемся на подъездной дорожке. Мой пиджак потерялся вскоре после того, как мы вышли из внедорожника, и я не имею ни малейшего понятия, где кобура с моими пистолетами. Вероятно,
