Дольше чем вечность - Дж. Дж. Пантелли
– Привет! – широко улыбаясь, произносит Эйден.
– Привет, – отвечаю я и спешу окунуться, чтобы не наговорить лишнего сгоряча.
Отплываю подальше от берега, а после ложусь на спину и качаюсь на волнах. Плавание всегда помогало мне привести мысли в порядок. Слышу звонкий смех сына. Видимо, они играют с Эйденом на песке. Чтобы заглушить все лишнее, ухожу под воду. Когда выныриваю, возле меня на доске сидит Лукас.
– Ревнуешь сына к отцу? – намекает он на шумную парочку.
– Заткнись.
– Понял. Только глупостей не натвори.
Я хлопаю руками по поверхности и отпугиваю его мощными брызгами.
Брат разворачивает доску и, показав средний палец, настраивается на прилив. Я плыву обратно. Когда оказываюсь на суше, Эйден заботливо подает мне полотенце, но я дергаюсь от его прикосновения.
– Алан, хочешь лимонад?
– Да! – Сын вприпрыжку бежит в сторону дома.
– Эштон? – слышу голос Эйдена за спиной, но не оборачиваюсь на призыв.
На кухне, разливая холодный напиток, немного успокаиваюсь. Эйден с грохотом ставит свой стакан в один ряд с нашими и пристально следит за моими действиями. Молча. Меня это жутко бесит! Что ему нужно? Разве по моему виду не ясно, что я не хочу разговаривать?
– Тигренок, беги к себе. Я позову, когда будем ужинать.
Ребенок перепрыгивает через ступеньку и исчезает на втором этаже. Я убеждаюсь, что мы с Эйденом одни, и говорю:
– Ты можешь предупреждать о своих визитах?
– Предупреждать о визитах? Я что-то пропустил? От тебя так и веет холодом. Снежная королева вернулась?
Эйден берет стул и усаживается, оседлав его. Сузив глаза, ждет от меня ответа. Я обхватываю запотевший стакан и взираю на парня с другой стороны кухонного островка.
– Что именно ты сказал Алану? Почему он изводит меня вопросами, будем ли мы жить вместе, станем ли семьей?
Эйден стучит ладонями по спинке стула.
– Я честно признался ему, что очень хочу, чтобы мы стали одной семьей. И, уж если ты подняла эту тему, позволь моим юристам заняться документами Алана. Я хочу, чтобы сын носил мою фамилию.
Он тянется к своему стакану с лимонадом и жадно выпивает его до дна.
– Что? Нет, Эйден, угомонись! – Может, мне послышалось? – Никаких юристов и смены фамилий! Сколько ты здесь? И уже начинаешь заявлять свои права?
Стук пустого стакана о мраморную поверхность кухонного островка явно дает мне понять, что Эйден чертовски зол.
– Он. Мой. Сын. И я намерен использовать все свои права на него! В конце улицы продается коттедж, я планирую купить его для нас. Ведь ты любишь этот пляж.
– Эйден, нет никаких нас! Мы опять торопим события! Я не собираюсь никуда переезжать и уж тем более мчаться менять Алану фамилию. Если мы пару раз занялись сексом, это не значит, что мы уже семья!
Не могу унять дрожь во всем теле. Карие глаза Эйдена мечут молнии. Стул с грохотом скользит по полу, когда он подрывается с места.
– Нет нас? Несколько дней назад в моей постели ты говорила обратное! Чего ты хочешь от меня, Эш? Чего, черт возьми?! Я люблю тебя, люблю Алана, я просто хочу, чтобы мы стали настоящей семьей! Почему ты снова хочешь лишить меня всего?
Он опирается ладонями о мрамор и сверлит меня взглядом.
– Вот именно – в постели, Эйден! Все снова сводится к ней. Твою мать!..
Подхожу к нему, чтобы сказать кое-что, глядя в его пылающие яростью глаза.
– Я не лишаю тебя чего-либо, потому что еще ничего нет. Ты знаешь, что я тебя люблю и всегда любила, но так, как ты хочешь, не будет! Нельзя просто приехать, признаться в любви и получить желаемое. Сейчас не Рождество!
– Не верю своим ушам! – Эйден шумно вздыхает, разглядывая кухонный потолок.
Несколько секунд он обдумывает мои слова, а после, снова глядя прямо на меня, произносит:
– Шесть лет назад я сильно облажался, Эштон, и понимаю, что сейчас ты имеешь полное право не доверять мне, но Алану нужен отец. Здесь и сейчас. А не только тогда, когда ты находишься в хорошем настроении и позволяешь мне тебя трахать!
Я ненадолго сжимаю кулаки, а через секунду даю Эйдену пощечину.
– Рада наконец услышать настоящего Эйдена. Спасибо! А то я уже забыла, каково это – чувствовать себя идиоткой. Думаешь, мне больно? Нет. Я больше не позволю тебе надо мной издеваться!
Толкаю его, а сама еле сдерживаюсь, чтобы не разреветься.
– Настоящего Эйдена Палмера знаешь только ты! Но тебе, твою мать, этого мало! К черту все! Продолжай и дальше вести себя, как чокнутая стерва, но не мешай мне налаживать контакт с сыном!
Эйден разворачивается на пятках и стремительно покидает кухню, а уже через несколько секунд я слышу стук входной двери. Я ударяю ладонью по стене, и меня одолевает тошнота. Со мной такое бывает, когда эмоции разрывают изнутри. На шум спускается Алан.
– Ма-а-ам? – тянет Алан.
– Я здесь. У меня к тебе вопрос, – выглядываю из-за угла с вымученной улыбкой на лице. – Хочешь погостить у дедушки?
– Ура! А Бакси можно взять с собой?
– Конечно. Ну, так что?
– Я согласен! Лукас, а я еду в гости к дедуле! – кричит Алан вошедшему в дом брату.
Тот трясет мокрой головой и смотрит на меня, как на экспонат в музее.
– Что? – упираю руки в бока.
– Обещала не делать глупостей, а сама…
Я хмурюсь, вытягиваю губы трубочкой и заявляю:
– Если не заткнешься, я позвоню Джейн и кое-что про тебя поведаю.
– Ха, не смеши, сестренка!
Лукас бросает в Алана свое полотенце, и тот начинает гоняться за братом по всей гостиной. Я оставляю их одних и иду собирать вещи сына.
Этим же вечером, распрощавшись с Лукасом, отвожу ребенка на другую часть берега. Отец с Кларой недоумевают, но радуются, что внук пробудет с ними целую неделю. Я знаю, что буду очень скучать по сыну, но это лучшая идея из всех, что приходит мне в голову после ссоры с Эйденом. Нет, это не месть и не подлая подножка на его пути к воссоединению с Аланом, просто я слишком дорожу своим душевным спокойствием и хочу взять тайм-аут. А мой дорогой мальчик вдоволь наиграется с дедушкой, Кларой, Бакси и соседской девчонкой, что строит невероятные замки из песка. Пусть развлекается подальше от взрослых проблем.
Глава 22
Эйден
Я вылетаю из дома Эштон, чувствуя, что вот-вот взорвусь от злости на эту маленькую манипуляторшу. Что, черт возьми, на
