Золотая красота (ЛП) - Винсент Лилит

Ру повернулась ко мне с кокетливой улыбкой:

— О, благодарю вас, мистер Леджер.

Но вдруг улыбка сошла с её лица. Я резко обернулся, чтобы увидеть, что заставило её так внезапно помрачнеть. Две приближающиеся фигуры. Выжившие. Незнакомцы.

Ребенок, мальчик лет шести. С ним прихрамывающая женщина, опирающаяся на костыль, сделанный из древесной ветки. Выглядят они безобидно, но, насколько нам известно, они могут быть лишь невинной приманкой для банды опасных людей. Я почувствовал укол тревоги, которая усилилась, когда Ру сделала шаг им навстречу и подняла руку в знак приветствия. Она настаивала, чтобы мы давали всем выжившим шанс и считали их друзьями, пока не доказано обратное, но у меня всё равно давление подскакивает до небес, когда я вижу, как она подвергает себя потенциальной опасности.

Мой дробовик лежал на плече, стволы направлены в небо, но я готов прицелиться и выстрелить в долю секунды, если эти незнакомцы сделают хоть что-то, что мне не понравится.

Я внимательно изучал женщину, пока она ковыляла к нам, но в её глазах не было ничего, кроме отчаяния. Мальчик смотрел на нас из-под темных ресниц и вцеплялся в лямки своего тяжелого на вид рюкзака. Он опасался нас так же сильно, как мы его.

— Пожалуйста, помогите нам. Мы совсем одни, я ранена — но меня не кусали, — поспешно добавила она. — Я порезалась о колючую проволоку, и, кажется, начинается заражение. У вас есть лекарства? Или, может, лагерь?

Ру бросила взгляд через плечо на меня, в её глазах читался вопрос, хотя ей и не нужно было спрашивать моего разрешения. Наша женщина теперь лидер, такая же, как я и мои братья.

Она снова повернулась к выжившим:

— На самом деле у нас их несколько, они разбросаны по округе. Если вы ранены, лучше всего вам обоим будет в госпитале Брукхейвена. Города давно нет, но госпиталь работает, и при нём есть лагерь для жителей.

Мы перестали называть его Башней после того, как взяли под контроль. Для Ру это название было связано со слишком плохими воспоминаниями.

Женщина замялась:

— Я не знаю. Слышала, что в госпитале вроде как опасно.

— Было опасно, — подтвердил Дексер своим хриплым голосом. — Управляющая потеряла рассудок и ставила эксперименты на людях, но её больше нет.

— Если не хотите лечиться в госпитале, можете пойти в наш главный лагерь, — предложила Ру с улыбкой. — Я там медик. Я не врач и даже не дипломированная медсестра, но кое-что смыслю.

Блэйз взмахнул рукой:

— Она скромничает. Она смыслит очень много. Половина из нас была бы уже мертва, если бы не Ру.

— Ру Адэр? — переспросила женщина, вглядываясь в неё пристальнее, а затем изучая остальных. Когда её взгляд остановился на мне, она воскликнула:

— Кинан Леджер? Погодите, вы же трое братьев Леджер, верно?

— Именно так, — ответил я ей, и по её лицу расплылась улыбка.

— Я слышала о вас столько хорошего. Я так счастлива, что наткнулась на вас. Констанс Ярдли направила меня в эту сторону и сказала, что людям у реки Брукхейвен можно доверять, хотя я и не ожидала встретить вас так скоро, ведь до тех мест еще мили и мили. Кстати, я Миранда, а это мой сын Томми.

Констанс — это женщина, которую Ру лечила пару недель назад; она занималась выслеживанием мутантов. Именно она дала нам наводку, которая привела нас к этой твари.

Ру сделала шаг вперед, чтобы пожать ей руку, но вдруг замерла как вкопанная, и лицо её мертвенно побледнело.

— Миранда и Томми? Жена и ребенок Джозайи?

Джозайя. Имя показалось знакомым, и мгновение спустя я вспомнил: так звали человека, который пытался сбежать из Башни, потому что искал жену и ребенка. Ру была свидетелем того, как её мать превратила его в мутанта.

В глазах Миранды отразился шок, а затем в них вспыхнула надежда:

— Он жив?

Ру покачала головой, глаза её наполнились слезами:

— Мне так жаль. Это была моя мама, она управляла госпиталем. Она… — бросив мучительный взгляд на Томми, она замолчала.

Миранда тяжело сглотнула:

— Доктор Адэр убила его?

Блэйз шагнул вперед с мрачным видом и положил руку на плечо Ру.

— Мы убили его. Было слишком поздно, мы ничем не могли ему помочь.

— Мне так жаль, — снова прошептала Ру.

Миранда уставилась поверх них на свежую могилу.

— Это…

— Нет, мы похоронили Джозайю у холмов. Мы отвезем вас туда, если захотите, но сначала нужно привести вас в порядок.

Я вышел вперед и опустился на одно колено перед Томми, чтобы наши глаза оказались на одном уровне. В его взгляде читалось то же смятение, что я видел на лицах детей на похоронах молодых родителей, и это всегда разрывало мне сердце.

— Ру рассказывала мне о твоем папе. О том, каким храбрым он был и как ни на день не прекращал искать тебя и твою маму. Хочешь поехать с нами в наш лагерь? Мы вылечим ногу твоей маме и дадим вам безопасный дом — оставайтесь, сколько захотите.

Томми взглянул на мать и кивнул. Блэйз похлопал по борту грузовика:

— Запрыгивайте. Мы возвращаемся в лагерь. Он там, у реки Брукхейвен.

Через несколько минут мы с Ру и Блэйзом уже сидели в кабине. Дексер устроился в кузове с выжившими, и сквозь рокот мотора я слышал, как они разговаривают. Рядом со мной Ру вытирала слезы.

— Какую ужасную весть мне пришлось им сообщить… А ведь в первый миг я была так счастлива, что мы нашли новых людей.

Я снял руку с руля и сжал её пальцы.

В лагере Адель присмотрела за Томми, пока Ру устроила Миранду у костра и занялась её раной. Началось заражение, но Ру промыла порез, засыпала его порошком антибиотика и перевязала. Я стоял неподалеку и слышал, как она рассказывает Миранде о Джозайе; женщина молча плакала, лишь изредка кивая, а когда всё было закончено, поблагодарила Ру.

Я наблюдал за ловкими пальцами Ру и слушал её мягкий, заботливый голос. Такие люди, как она — это основа, на котором держится наш лагерь. Но что еще важнее, она сплотила нас с братьями. Сомневаюсь, что мы бы зашли так далеко, если бы её любовь не сделала нас сильнее, чем когда-либо. Я мог бы так легко потерять братьев из-за раздоров, если бы она не помогла нам исцелиться.

Закончив с Мирандой, Ру поднялась и подошла ко мне. Вид у неё был задумчивый, и это выражение не исчезло даже после того, как я её поцеловал.

— Ты чудо, — сказал я ей. — И с выжившими, и сегодня с тем мутантом. Каково это — знать, что мы, скорее всего, прикончили последнего из них?

Ру замялась.

— Пока я работала, я поглядывала на Томми. Думала о детях и об этом лагере. О тебе, обо мне, Декстере и Блэйзе. О нас четверых.

Она была так серьезна, что моё сердце пропустило удар.

— И что же «о нас»?

Мимо проходили Дексер с Блэйзом, и она протянула руку, перехватив ладонь Дексера.

— Дексер, мы могли бы завтра съездить на твоем байке к складу медикаментов в Фервингтон?

Он кивнул:

— Конечно, Красавица. Нужно что-то для новых людей?

Она улыбнулась ему:

— Для меня. Э-э… тест на беременность.

Я резко обернулся и уставился на неё:

— Тест на беременность?

— Так, стоять… погодите-ка… — только и воскликнул Блэйз, прежде чем развернуться и куда-то убежать. Мы озадаченно переглянулись, пока он не примчался обратно с продолговатой коробочкой в руках и не протянул её Ру.

— Вот, тут несколько тестов. Я прихватил их пару недель назад. Ну, знаете, на всякий случай. — Блэйз озорно ухмыльнулся.

Сердце забилось как сумасшедшее, когда я взял её за плечи.

— Милая. Красавица. Беременна ты или еще нет, я хочу, чтобы ты знала: я, Дексер и Блэйз будем безумно счастливы, если у тебя будет наш ребенок. Ведь так? — я взглянул на братьев.

— Еще бы, черт возьми, — отозвался Блэйз. Дексер обнял Ру за плечи, прижался поцелуем к её виску и хрипло добавил:

— Мы будем очень счастливы, красавица. Но даже если нет, ты и так радуешь нас каждый день, ты же знаешь?

С сияющими глазами, крепко сжимая тест в пальцах, она кивнула.

— Вы тоже делаете меня такой счастливой, мои прекрасные мужчины. Пойду проверю, подождите здесь.