Экономка в дар дракону - Екатерина Стрелецкая

Я дотянулась левой ладонью до стены замка, а вторую положила Тагарду на грудь:

— Давай же! Помогай! Твой же наследник гибнет!

Замок откликнулся моментально, дав понять это нарастающим теплом, переходящим в раскалённую почти до предела энергию, которая потекла через меня к генералу. Сколько времени всё это происходило, сложно понять, только чувствовала, как постепенно слабеют ноги и руки, но продолжала стоять до последнего, заметив угасающим сознанием, что красное пятно на подушке практически исчезло.

Глава 54

Сон или реальность?

Тагард

Пробуждение ото сна выдалось каким-то странным. Всё ночь снились какие-то непонятные кошмары, суть которых даже не удавалось уловить: настолько быстро сменялись картинки. Вначале привиделось како-то странное заброшенное место, потом рядом оказался кто-то явно знакомый, чьего лица и даже фигуры разглядеть не смог через непонятный туман. Потом внезапно всё закрутилось-завертелось, накрыли странные ощущения и эмоции: одни стали ярче, другие, наоборот, приглушились, отступив на задний план. Но самым, пожалуй, странным было увидеть склонившееся надо мной лицо Цефеи, перепачканное кровью и гарью. Обычно после таких сумбурных ночных кошмаров в голове по утрам ощущалась тяжесть, но на этот раз состояние было такое, как будто заново родился, близкое к эйфории. Подобного не удавалось испытывать ни разу в жизни, и даже когда Цефея расколотила те два артефакта, просто приходило облегчение, чувство наполненности жизненной силой, а не только магией.

Встав с кровати, я стянул с себя рубашку, а когда обернулся, чтобы её подобрать и кинуть в корзину для прачки, увидел бурое пятно, размером не больше монеты в самом низу подушки. Неужели всё, что снилось этой ночью, мне на самом деле не привиделось? Я развернул скомканную рубашку и внимательно осмотрел со всех сторон: спереди на белой ткани чуть ниже завязок осталось несколько следов, напоминающих отпечаток небольшой ладони, а на спине точь-в-точь пятно, как на наволочке. А ещё его расположение… Приблизившись к зеркалу, развернулся спиной и всмотрелся в своё отражение. Быть того не может… Шрама, оставшегося после того ранения, как не бывало. Вот только какое ко всему этому отношение имеет Цефея⁈ Каким образом оказалась ночью в этой спальне, да ещё и вся испачканная в крови? Если даже предположить, что моя старая рана открылась, то в таком случае всё вокруг должно быть изгваздано в ней.

Предчувствуя, что с Цефеей случилась беда, я быстро переоделся, а затем отправился на её поиски. Не могла она меня просто так исцелить, ведь ни к ведьмам, ни к целительницам не относилась. Я бы почувствовал, будь в ней хоть капля магии, следовательно, каким-то образом замок через неё это сделал, как бы ни странно это звучало. Снова он решил отнять у меня самое дорогое, как тогда, когда дал силы Мэйгрид для оборота, но не сумев при этом защитить полностью.

Но кого бы ни встречал по дороге, никто не мог ответить, видел ли именно сегодня Цефею, так как задания служанкам на сегодняшний день она раздала ещё накануне, а из-за её манеры умудряться быстро перемещаться по замку, многие не обращали внимания, если проходила мимо. Вот если бы подозвала к себе кого-то или сделала замечание, тогда да, точно бы заметили. В своей комнате её тоже не оказалось. Более того, дверь оказалась заперта на ключ, и с внутренней стороны он не торчал в замочной скважине. Даже Илза с Бэйтрис с Илзой отрицательно покачали головами, когда спросил их о Цефее. Ни Иннис, ни Дорлин, ни Сайлира также не смогли ответить ничего внятного. Предположение, что она могла обратиться к Лэйнор, если учесть непонятно откуда взявшуюся на её руках кровь, тоже не оправдались. Так или иначе, но каждый в замке оказался оповещён о том, чтобы как только обнаружат Цефею, сразу же должен был доложить об этом мне лично сразу же.

Я попытался с помощью родовой магии добиться ответа от замка, но он молчал. Ни единого отклика, даже едва уловимого. Алистер, как младший из последних драконов, в чьих жилах течёт кровь Тагардов, а следовательно, чувствующих замок, только поджал губы, когда услышал просьбу найти одного человека. У нас с ним сложились не самые тёплые отношения в силу многих обстоятельств, в том числе из-за гибели моих матери и сестры, причиной смерти которых он косвенно являлся так же, как и мой дед. Однако стоило Алистеру услышать имя Цефеи, как он тут же приложил обе ладони к стенам и прикрыл глаза, чтобы лучше сосредоточиться. Признаюсь честно, что в глубине души в этот момент почувствовал болезненный укол ревности, и только брошенная им вскользь фраза, что за экономку замка подавляющее большинство слуг готово жизнью рискнуть, если потребуется, заставило взять себя в руки. Увы, но и бастард деда не смог ничего добиться от замка. Наказав ему тщательно запереть ворота и никого не впускать и не выпускать, продолжил поиски. Но вскоре меня нагнала Нена, рассказавшая, что видела, как Цефея незадолго до рассвета направлялась к лестнице, ведущей в нижние ярусы Юго-Восточной башни. Вот туда я сразу отправился, уже догадываясь, где именно стоит искать девушку, и не ошибся.

Цефея сидела на той самой плите, что запечатывала вход в святилище, подогнув под себя ноги и положив сцепленные между собой руки на колени. Единственный факел, располагавшийся ближе всего к ней, еле чадил, давая слишком мало света, поэтому пришлось выпустить пламя, соскользнувшее с пальцев правой руки, чтобы зажечь все остальные головни, закреплённые на стенах коридора. Но девушка не только не пошевелилась, но и никак не отреагировала на происходящее, оставаясь всё в том же положении с опущенной вниз головой. Подбежав к ней, рухнул на колени и осторожно дотронулся до её плеч, опасаясь самого страшного.

— Жива… Слава всем духам, ты жива… — крепко обняв девушку, я прижал её к себе, радуясь, что она в полном порядке, хотя и несколько заторможена.

— Не надо, лорд Тагард, не стоит…

— Никуда больше тебя не отпущу, хватит. Ты для меня, Цефея, дороже всех и всего на свете. Если с тобой снова что-то случится — я точно с ума сойду…

Цефея пыталась было отстраниться, но я не дал. Слишком долго шёл по пути предрассудков, наставлениям предков и не позволял себе признаться в том, какие чувства испытываю к ней.

— Это неправильно, лорд Тагард… Может, для вас и правильно, но для других обитателей замка и вашего рода губительно. Мы не должны позволять себе лишнего,