Змеиного царевича невеста - Марианна Красовская
— Мама!
— Что «мама»? Я двадцать два года, как мама! Ты, безответственный, глупый, противный мальчишка! Я тебя выдеру, когда мы вернемся!
— Дражайшая госпожа Серебряная, не стоит волноваться, — вкрадчиво прожурчал донельзя довольный Вересов. — У Ядомира миссия.
Ядвига бросила на хозяина затравленный взгляд, но тон убавила.
— Ты нарушил мой запрет, сын.
— Я не твоя игрушка и не твой пленник, — отмахнулся Ядик. — Пора бы выпустить меня из-под своей юбки. Сама посуди, я нужен был друзьям.
— Ты был нужен мне.
— Зачем? Меня совершенно не интересует твоя фармацевтика. Я воин, а не ученый. Жаль, что ты не услышала меня ни с первого, ни со второго, ни с двадцатого раза.
— Но Ядик, — в голосе матери появились жалобные нотки. — Мне нужен помощник.
— Ты молода и полна сил, наги живут долго. Я женюсь, напложу кучку змеят, выберешь себе жертву из них. И вообще — не стоит обсуждать семейные проблемы при посторонних.
— Ты прав. Что здесь вообще происходит?
— Мы вроде как пленники Ратмира Кирановича, — пояснил Гера с нервным смешком.
— Гости, — поправил его Вересов. — Почетные.
— Гостей не удерживают силой.
— Мы на Кавказе. Здесь это в порядке вещей. К тому же я ждал.
— Чего же? — спросила Ядвига, неожиданно улыбнувшись.
— Вас. Тебя.
— Зачем?
— Мне нужен был знак. Я его получил.
— Так вы отдадите нам корону и отпустите нас? — обрадовалась я.
— Да. Но с одним условием. Ядвига останется здесь на пару недель. Я вижу, ей очень нужен отпуск.
Ядик побагровел и весь надулся, того и гляди — перейдет в боевую ипостась.
— Я против!
— Я согласна. Сто лет не была в отпуске.
Мы с Зубом сделали вид, что удивились. Да кто бы мог подумать!
— Тогда мы — собирать вещи, — быстро сказала я. — Корону можно уже забрать?
Я боялась, что Вересов передумает. Ядовитое обаяние Ядвиги Серебряной могло оказаться недолговечным. Да, он не помер от ее поцелуя, но в башке у него явно что-то сдвинулось. Кто знает, может, яд и не смертелен для него, но обладает гипнотическим эффектом? Лучше уходить, пока отпускают. Признаться, мне тут уже порядком надоело.
Зуб с Герой выволокли упирающегося Ядика под руки. Он рвался поговорить с матерью наедине, но мы не позволили. Пусть и дальше очаровывает свою жертву, а нам пора.
Корону нам выдал Ашар, мы с Зубом не удержались, конечно: примерили по очереди, сделали пару селфи. Красивая, тяжелая… но ничего такого. Сапоги и то мне понравились больше, там хоть руны были интересные. А здесь… ну золото и золото, камни и камни. Что я, украшений не видела? Да у меня дома, в Белой Скале, каких только драгоценностей нет!
Подхватив сумки, мы рванули в обратный путь, теперь уже на автобусе. Боюсь, в аэропорту было бы слишком много вопросов при досмотре багажа. Отпуск наш продолжался. Ехать пришлось долго. Отдельная благодарность была высказана хозяйке съемного домика, которая не вынесла наши вещи на помойку, а спрятала в чулане. Как она сказала — загуляли, дело молодое. Не вы первые, не вы последние. Зато в доме чистота и порядок. Ну конечно, мы ведь только один раз там и переночевали.
Мы молодцы, мы справились, миссия выполнена. Отчего же тогда так тревожно внутри?
Я всю дорогу перебирала бабушкины письма, надеясь, что найду там ответы, но увы, все они были скучные, обычные. Ей писали подруги, ученики и какие-то поклонники. Были даже стихи и клятвы, признания в вечной любви. Ничего интересного. Никаких запечатанных конвертов на мое имя, никаких кодов от банковских ячеек. Был человек, и нет его. Письма можно было сжигать без жалости. Оставлю только фотографии. Если что-то и было, мои родители давно все переворошили. Одно только письмо меня заинтересовало: оно было от Пелагеи, и несколько фраз меня зацепили. Что-то про прошлое и про будущее. Что не все в нашей жизни нам подвластно. Мы можем лишь пройти свой путь, а начало и конец от нас не зависят.
Что знала Пашкина бабушка?
Я не задала ей самых важных вопросов, увлекшись поисками короны, как игрой. Мне вообще было не до вопросов. У меня любовь, приключения и интриги, а еще я стремилась к цивилизации. Мобильная связь, интернет, банковская карточка и шоппинг привлекали меня куда больше, чем секреты покойной бабушки. Я ее любила, но она осталась в прошлом, в какой-то иной жизни.
Но теперь я обязательно спрошу.
Глава 45
Вопросы и ответы
Алена
— Ой, да чаво тама рассказывать-то, — бабка Пелагея хмурилась и теребила кончики платка. — Давно дело было, не упомню всего.
— Мне очень нужно. Вот очень. Вы же понимаете, что бабуля умерла, а мне в Нави теперь жить, да еще с нагами. Я хочу знать, чего от них ждать.
— Ты, внученька, бабулю свою знала плохо, — вздохнула Привратница. — Это тебе она — родная душа. А остальным… Нет, она не злая и не жестокая была. Мне жизнь спасла когда-то. Я ведь обычный человек. Когда-то сильно заболела, умирала. Дочь привела ко мне Варьку Громову, про которую все баяли, что она ведьма. Она мне и сказала, что вылеить меня никак не сможет, это никому не под силу, а вот удержать на земле — попробует. Если я готова служить, то и жизнь будет длинная. А у меня детишки мал мала меньше, да муж с войны не вернулся. Кто бы их забрал? Я и согласилась, терять нечего было. Привязала меня Варька к колодцу, стала я Привратницей.
Я мысленно посчитала, сколько могло лет пройти с тех пор, и поняла, что что-то у меня не складывается.
— Так с тех пор прошло уже… очень много?
— Ну да. А я все живу. Мне уже давно за сотню-то перевалило.
— Так мы ж с Пашкой вас с девяностолетием поздравляли.
— Э, милая, я паспорт когда выправляла, колхозы еще были. Кто там проверял, в каком году я народилась?
— Ясно-понятно. А про бабушку-то вы мне что расскажете?
— Ох, лиса. Ну слушай. Бабка твоя ой и красавица была. Но гордая, сильная и обид никому не прощала. Троих сыновей и мужа схоронила, а голову высоко держала. Оттого и ведьмой слыла. А про то, с чего все началось, она мне перед смертью рассказала и про тебя указания дала. Дескать, как хочешь, так Аленку в Навь переправляй. Ей там нужно быть.
— А с чего началось?
— Так с помолвки
