Змеиного царевича невеста - Марианна Красовская
Я натянул шорты и предложил Алене прогуляться по дворцу. Она замотала головой:
— Дверь заперта. Я пробовала.
— Ну так открой. Ты же рунный маг.
Моя магия была полностью блокирована — это я уже знал, попробовал. Вероятно, это из-за рун, которыми была буквально нашпигована спальня. Кстати, очень роскошная спальня. Тот, кто нас сюда разместил, явно оказал великое уважение, поэтому я даже не злился. А чего злиться? Если кто и виноват в нашем нынешнем положении, то только мы сами. А себя я великодушно прощаю за все ошибки.
— Тут руны, мне совершенно не знакомые, — помотала головой Алена. — Я не знаю, как с ними работать. Я ведь и не училась вовсе, только сама книжки читала.
— Наложи руну отмены, так ведь можно? — с надеждой спросил я.
— Можно, — кивнула Алена. — Но во-первых, нужно знать, что именно отменяешь, во-вторых, иметь соответствующие инструменты, а в-третьих, обладать силой. Я что-то сомневаюсь, что сильнее, чем тот, кто все эти руны рисовал.
— То есть мы все же пленники? — расстроился я.
— Вроде как да.
— М-м-м… раз уж все равно делать нечего…
— Даже не думай! — рявкнула девушка, изрядно меня позабавив. — Вот вообще не время. К тому же тут, наверное, камера где-то.
— Меня это не смущает.
— А меня смущает! Я не хочу стать героиней хоум-видео!
— А что это такое? — заинтересовался я.
— Не важно. Поверь, ты тоже не хочешь. Кстати, прикол хочешь?
— Давай.
— Я сказала, что Марго и Гера пара. Ну они ведь и вправду пара — даже истинная. Не соврала.
— Страшная ты женщина, Лелик! — восхитился я.
— Думаешь, Гера не расстроится?
— Он будет счастлив.
В дверь постучали.
Невысокий толстенький мужчина в нелепом белом одеянии вручил мне охапку одежды, сообщив:
— Через четверть часа Ратмир Киранович ждет вас в обеденном зале. Попрошу не опаздывать. Здесь наряды. Ратмир Киранович не терпит неряшливости, прошу это учесть.
Я развернул сверток. Ну что ж, довольно роскошно, мне вполне по статусу. Белые шелковые шаровары, золотистая туника, расшитая алой нитью, тапки без задника на плоской подошве. Для Алены — короткая кофточка и странный сарафан из красной тонкой ткани. И тоже тапочки.
— О, это типа сари, — обрадовалась она. — Прикольное.
И тут же принялась переодеваться. Я, признаться, даже с места не сдвинулся, пока она не закончила. Я же не дурак пропускать такое зрелище!
А потом я разглядел свой наряд и мстительно прищурился. Во-первых, я терпеть не могу одежду с чужого плеча. Во-вторых, господин Вересов хотел нага? Он его получит. Но тунику натянул. Идти, точнее, ползти совсем голым было как-то неловко.
— Зуб, а ты уверен, что эта ипостась уместна?
— Я уверен в том, что сам буду решать, в какой ипостаси пребывать, — твердо ответил я. — Хотя бы в этом я свободен.
— А, ну ок. Тогда пошли, я голодная.
Люблю ее. Алена почти никогда не спорит по пустякам, как некоторые мои сестры, не выносит мне мозг, не ворчит и не придирается. Это приятно.
Найти обеденную залу оказалось на удивление просто. Я пошел на звуки музыки. Не то, чтобы я этого хотел — музыка просто не оставила мне выбора.
Нас ждали. И Гера, и Ядик были в человеческом облике и в таких же нарядах, какие предложены и мне. Они поглядели на меня с тоской, явно сожалея, что не догадались вот так же. Впрочем, моим друзьям еще нужна практика, они не очень хорошо умеют перекидываться.
Хозяин сидел во главе стола. Я попытался было поздороваться, но увы, не смог вымолвить и слова. Отличная магия, мне такая очень нужна. Когда все шесть сестер и их мужья приезжают в гости к матушке, невозможно жить, они постоянно болтают. Как было бы здорово: включил музыку и наслаждайся тишиной!
Но на Алену магия не действовала, и она довольно грубо обратилась к Вересову:
— Так кто же вы все-таки такой, Ратмир Киранович?
41−2
О как, его имя она запомнила, а деда моего как только не обзывала! Впрочем, может, у нее это семейное. Вряд ли ее бабушка хотела знать имя своего несостоявшегося жениха.
— Желаете почтить меня интересной беседой за ужином, Алена Дмитриевна?
— Вы хозяин, вам нас и развлекать, — ловко извернулась хитрая змейка. Моя школа!
— А вы правы. Ашар, подавайте на стол!
Перед нами поставили тарелки с рисом, курицей в желто-зеленом соусе, какое-то мясо, лепешки, фрукты. Многие я видел только на картинках, к примеру, персики и черешня у нас в Нави не растет, завозится контрабандой из Яви, но на вкус ничего особенного.
— Здесь индийские блюда, — показал хозяин. — Я все же родом из Индии. А вот тут местные хычины, весьма вкусные. Рекомендую.
Поскольку разговаривать я все равно не мог, то решил хоть поесть вдоволь. А Алена поковырялась в лепешке, то есть в хычине, и упрямо выдвинула подбородок.
— Так вы из Индии?
— Я — нет. Родился в Англии, долго жил в России. На родине предков, конечно, бывал не раз, но решил, что здесь мне жить удобнее. Климат замечательный, горы красивейшие, минеральные источники… и любую проблему можно решить деньгами. На Кавказе очень отзывчивое население.
— То есть берут взятки, — пояснила Алена для меня.
Вересов ничего отрицать не стал, только улыбнулся, откусил персик и салфеткой вытер сок.
— А сколько вам лет? — прямо спросила девушка.
— Много. Больше, чем вы можете себе представить.
Вот как? Значит, из наших, с колдовской кровью. Ему может быть как сто, так и двести, похоже.
— И кто вы такой?
— Охотник на нагов, я же сказал.
Я громко хмыкнул и закатил глаза.
— Желаете возразить? — Вересов посмотрел на меня черными недобрыми глазами, но я лишь улыбнулся и развел руками, мол, желаю, но возможности не имею.
— Да, вы правы. Нагов не существует, — усмехнулся хозяин. — Как и истинной магии, верно? Да, я впервые вижу живого нага. И вообще я ученый, а не убийца.
Мы все немного расслабились, хотя и понимали, что неизвестно, кто еще опаснее, честный убийца или фанатик-ученый. А вдруг ему очень захочется иметь в личной коллекции чучело настоящего нага?
— Я даже не чистокровный индус, как вы уже заметили. Моя мама была русской эмигранткой. А отец вот индийский брахман, маг, охотник, йог… Долго перечислять. Тем более, он давно и некрасиво умер.
— А мы вам зачем? — задала Алена логичный вопрос.
— Пока не знаю. Я всю жизнь думал, что наги — это лишь легенда. Или они существовали, но очень давно. Оказывается, я ошибался.
