По воле богов. Выбор богини. Книга 4. Часть 1 - Ольга Камышинская
Обычно сдержанная принцесса возмущалась и кричала, наплевав на присутствие прислуги и придворных, обвиняя Сандэра чуть ли не в измене и предательстве: он держит в заточении валорийскую княжну! Как можно быть таким жестоким и бесчувственным чудовищем?! Одни Боги знают, что бедная девочка терпит от этого тирана и изверга, запертая в четырех стенах!
Гвенни даже опрокинула в порыве гнева графин с водой.
Доминик, обычно скупо возражавший на подобные нападки в сторону любимого племянника, в этот раз сидел за обеденным столом молча, не спеша чистил яйцо и мрачно поглядывал то на негодовавшую сестры, то на притихших придворных.
Выдохнувшись после длинной тирады, Гвендолин рухнула на стул рядом с братом.
– Ты мне что-нибудь скажешь?
– Хочешь?
Доминик протянул гладкое свежеочищенное яйцо и подвинул к ней тарелку с теплыми блинчиками.
– Хочу! – Гвенни забрала яйцо, сразу надкусила его и обиженно добавила, жуя: – Ты меня совершенно не слушаешь! Я для тебя – пустое место…
Обычно он равнодушно и глухо относился ко всяким бабским глупостям и сплетням, к сестре он был снисходителен и прощал ей почти всё, а других не поощрял и наказывал, если бы косвенные признаки тревожно не указывали на то, что в этот раз слухи не врали. И Гвенни права.
– Я поговорю с ним. – утешил Доминик, глядя, как Гвендолин с аппетитом отправляет в рот заботливо пододвинутые им блинчики с творогом. – Обещаю. Вкусно? Хочешь кофе? Есть валорийские пирожные. Свежайшие, шедевр от моего повара, пальчики оближешь. Попробуешь?
И не дожидаясь ответа, махнул слуге, чтобы принцессе налили кофе и подали пирожные. Голодная женщина всегда злая. Эту истину Доминик усвоил давно и проверил на своих многочисленных любовницах.
Пока Гвендолин завтракала, Доминик размышлял, глядя на неё, как правильно поступить в сложившейся ситуации. Сначала он хотел разгневаться и наказать всех, кто попадется под горячую руку, но потом передумал и по завершении трапезы отправил в резиденцию Моро посыльного-гвардейца с письмом-вызовом, запечатанным магической печатью.
Пусть теперь этот стервец попробует отвертеться от визита во дворец и объяснений.
***
Сандэр прибыл ровно через час после получения письма.
Его Величество в это время развлекался в парке игрой в «рюхи» в полном одиночестве. Без свиты и фавориток. Означало это, что Доминик хотел поговорить с ним с глазу на глаз о чем-то важном.
С ним был только мальчишка, юный паж, который шустро и ловко собирал на расчерченном квадратами игровом поле, незатейливые фигуры из ровных, аккуратно выпиленных деревянных брусков размером с ладонь. Новая игра только-только входила в моду, и Его Величество, будучи сторонником активного образа жизни, даже нанимал для себя иноземных учителей, чтобы овладеть ее тонкостями.
Император выглядел по-домашнему: без камзола, в свободной рубахе навыпуск, с закатанными по локоть рукавами, в штанах, заправленных в сапоги.
Тут же стоял столик с графином, бокалами и рядом два кресла.
– Ну, наконец-то пожаловал, – едва глянул на него Доминик, замахнулся и метнул биту.
Очередная старательно собранная мальчишкой фигура разлетелась в разные стороны.
– Ты гвардейца прислал. Я подумал, тут по меньшей мере государственный переворот намечается. – встал рядом Сандэр.
– Смотри не накаркай… – прищурился император. – Я не видел тебя почти два месяца, не знал, что и думать. Решил, что тебя убили, а мне врут, чтобы я не расстраивался. А то, когда я расстраиваюсь, сам знаешь, что бывает…
– У тебя отец каждый день с докладами, спросил бы у него.
Паж замер в ожидании, Доминик кивнул, и парень со всех ног бросился собирать новую фигуру.
– Так, я спрашивал. – император взял новую биту, примеряясь, прокрутил ее основание в ладони и снова прицелился. – А он в ответ только улыбается и говорит: «Сам узнай у Сандера». А тебя нигде нет. В канцелярии ты появляешься редко, дома ты не живешь. Как прикажешь это всё понимать?
– Я был занят.
Бита закрутилась в воздухе и снесла сложенную домиком фигуру.
– Неужели так сильно, что не мог найти время для меня?.. Интересно, чем? Точнее, кем?
– У отца гостит валорийская княжна, моя невеста.
– О, значит, слухи не врут. Ты надумал жениться, мой мальчик?
– Почему нет? Ты сам говорил, что пора.
– Я много чего говорил… Подожди… ты это серьезно?.. А как же та девица, которую ты искал? – Доминик взял новую биту.
– Она и есть та самая девица. – неохотно пояснил Сандэр.
Рука императора замерла в замахе. И опустилась.
– Свободен. – бросил он пажу и развернулся к Сандэру. – Я жажду подробностей.
Он кивнул в сторону столика с креслами и бросил биту на траву.
– Ну и?
– Что?
– Рассказывай давай!.. Где? Когда? Как?.. Я хочу знать всё. А ты молодец! – похлопал по плечу племянника император, налил себе вина и устроился в кресле с бокалом, закинув ногу на ногу. – Добился-таки своего.
Сандэр пожал плечами и сел в свободное кресло, устало откинулся на спинку.
– Нечего рассказывать. Мне понадобилась консультация артефактолога по поводу одного амулета. Йорн приготовил список лучших мастеров. Лорд Сурим оказался одним из них, вернее, первым в списке. Я отправился к нему в Валорию и там, в его доме, встретил Вивьен. Оказалось, что она его дочь.
– Ого. Как все просто… Приехал, встретил… а что она? Скучала? Ждала? Обрадовалась?
– Очень. И скучала, и ждала. А уж как обрадовалась…
– Молодец! И когда свадьба?
– Через три года.
Доминик поперхнулся и облился вином.
– Какого хорта столько ждать? – спросил он, недовольно отряхивая с себя капли и выискивая взглядом салфетки.
– Это условие Лариуса.
– Что за блажь?.. Лариус свихнулся, что ли?
– Невеста слишком молода для брака.
– Это он так сказал?.. А сколько ей?
– Двадцать.
– Дичь какая, это ж самый сок…Он сам-то женился, когда Левадии только-только восемнадцать стукнуло. Уже забыл?.. Но, не переживай, что-нибудь придумаем. В конце концов, съезжу к нему сам, договорюсь. Или проведем брачный ритуал, а валорийцев поставим перед фактом. И никуда они не денутся, признают брак…
– Кстати, про признание брака…
– Да?
– Хотел попросить тебя отменить ритуал непорочных врат.
Доминик снова закашлялся после глотка вина.
– А я смотрю, ты время зря не теряешь.
Сандэр невозмутимо пожал плечами.
– Ладно, чего не сделаешь для любимого племянника… Только ты… может лучше подождать? В смысле, потерпеть? Сандэр, если ты вдруг передумаешь жениться, как мы несвежую невесту отцу возвращать будем? Это ж скандал!..
– Поздно.
Доминик расхохотался, закинув голову.
– Ладно, разберемся… И когда ты мне представишь ее? – спросил он, успокоившись. – Гвендолин мне и так все уши прожужжала, а теперь и подавно в покое не оставит, скажет, что ты прячешь от
