Ты меня бесишь - Екатерина Мордвинцева
— Мы спасли друг друга, — поправила она. — И будем спасать дальше. Каждый день. Всегда.
Они замолчали, глядя на звёзды. Где-то там, в вышине, горела Вега — её звезда. И Лира вдруг поняла, что больше не боится. Ни завтрашнего дня, ни смерти, ни потерь. Потому что она уже обрела главное — любовь. А с ней можно справиться с чем угодно.
— Я люблю тебя, Дэймон, — прошептала она.
— Я люблю тебя, Лира, — ответил он.
И ночь укрыла их своим звёздным одеялом, даря последние часы покоя перед бурей.
Глава 21
Рассвет вставал над городом холодный и ясный. Небо на востоке окрасилось в розово-золотые тона, обещая погожий день. Но тем, кто собрался на территории стаи «Чёрный клык», было не до красот природы.
Дэймон стоял на крыше главного здания, вглядываясь в горизонт. Там, за линией леса, уже скапливались силы Совета. Разведка докладывала, что к утру подтянулось не меньше трёх сотен бойцов. Плюс наёмники Крона. Плюс личная гвардия верховных альф.
— Любуешься? — раздался за спиной голос Лиры.
Он обернулся. Она поднялась на крышу бесшумно, как призрак, и теперь стояла рядом, тоже глядя вдаль. Ветер трепал её волосы, но она не щурилась, не пряталась. Стояла прямо, расправив плечи, и в её глазах горел тот самый огонь, который делал её не просто красивой — величественной.
— Любуюсь тобой, — ответил Дэймон. — Ты сегодня особенно…
— Особенно что?
— Особенно живая, — нашёлся он. — Как будто внутри тебя солнце.
Она усмехнулась, повернулась к нему.
— Это дар. Он пульсирует, когда рядом опасность. Керн говорил, что это нормально. Волчицы Судеб чувствуют битву за километры.
— И что он тебе подсказывает?
— Что сегодня будет жарко, — она взяла его за руку. — Но мы справимся.
Снизу донёсся шум — стая готовилась к обороне. Маркус раздавал указания, Райан бегал с отрядом молодых, проверял посты. Всё было готово.
— Пора, — сказал Дэймон. — Идём вниз.
Она кивнула, но прежде чем они двинулись к лестнице, Лира вдруг остановилась, прикрыла глаза.
— Что? — насторожился он.
— Они идут, — тихо ответила она. — Не с той стороны, где мы ждём. Они хотят обойти через старые туннели.
— Откуда ты…
— Я вижу их ауры. Они уже под землёй. Человек пятьдесят.
Дэймон выругался сквозь зубы и рванул к рации.
* * *
Бой начался не там, где планировали. Отряд прорвался через туннели и ударил с тыла, но благодаря предупреждению Лиры их встретили достойно. Завязалась схватка — жёсткая, кровавая, быстрая.
Дэймон бился в центре, рядом с ним Маркус и десяток лучших бойцов. Лира держалась чуть поодаль, используя дар: она видела каждую атаку заранее, предупреждала своих, иногда останавливала время на долю секунды, чтобы дать преимущество.
В какой-то момент она почувствовала чужую ауру — слишком близко, слишком агрессивно. Обернулась и увидела Крона. Он прорвался сквозь оборону и теперь нёсся прямо к ней, сжимая в руках окровавленный клинок.
— Попалась, ведьма! — заорал он.
Лира приготовилась к удару, но вдруг всё изменилось.
Мир вокруг замер. Не так, как она умела останавливать время — по-другому. Время не замерло, но всё стало неважным. Кроме одного — чувства, которое пронзило её насквозь.
Страх. Дикий, животный страх за неё. И любовь. Такая огромная, что в ней можно было утонуть.
«Лира! — раздалось в голове. — Лира, берегись!»
Голос Дэймона. Он был внутри неё. Кричал, предупреждал, молил.
А потом время рвануло вперёд, и она увидела, как Дэймон, забыв о собственной безопасности, бросился наперерез Крону, заслоняя её собой. Клинок, летевший в неё, вонзился ему в плечо.
— Нет! — закричала Лира.
И мир взорвался.
Она не помнила, что произошло дальше. Очнулась уже после боя, сидя на земле, прижимая к себе раненого Дэймона. Рядом суетились волки, кто-то перевязывал, кто-то кричал, но она ничего не слышала. Только его дыхание — слабое, но ровное.
— Жив, — выдохнула она. — Жив.
Он открыл глаза и посмотрел на неё. В его взгляде было то же самое, что она чувствовала в тот миг, когда время остановилось. Любовь. Чистая, настоящая, бесконечная.
— Ты слышал? — прошептала она. — Я слышала тебя.
— Да, — ответил он хрипло. — Я тоже. Слышу до сих пор.
— Что это?
— Истинность, — раздался голос Керна. Старый отшельник появился неизвестно откуда, склонился над ними. — Полное соединение. В момент смертельной опасности, когда вы думали только друг о друге, связь стала постоянной. Теперь вы будете чувствовать друг друга всегда. Где бы ни были.
Лира смотрела на Дэймона, и слёзы текли по щекам.
— Ты чуть не погиб из-за меня, — прошептала она.
— Я бы погиб за тебя тысячу раз, — ответил он. — Ты же знаешь.
— Знаю. Теперь знаю точно.
Она наклонилась и поцеловала его, не обращая внимания на кровь, на грязь, на толпу вокруг. Был только он. Только его губы, его запах, его любовь.
Керн кашлянул.
— Я, конечно, понимаю, молодые, но ему бы перевязаться как следует.
Лира оторвалась, вытерла слёзы.
— Помогите ему, — приказала она таким тоном, что волки вокруг подскочили. — Быстро.
Дэймона унесли в лазарет. Лира хотела пойти с ним, но Керн остановил её.
— С ним всё будет хорошо, — сказал он. — Рана не смертельная. А ты должна кое-что понять.
— Что?
— Истинная связь — это не просто телепатия. Это ответственность. Вы теперь будете чувствовать боль друг друга, страх, радость. И если один погибнет — второй не выживет.
— Я знаю, — кивнула Лира. — Читала.
— Мало читать. К этому надо привыкнуть. Особенно ему.
— Почему ему?
— Потому что он всю жизнь отрицал истинность. Боялся её. А теперь она стала частью его. Ему придётся принять это. И тебе — помочь.
Лира посмотрела в сторону лазарета, где сейчас боролись за жизнь её мужа.
— Я помогу, — сказала она. — Чем смогу.
* * *
Вечером, когда бой стих, а раненых перевязали, Лира сидела у постели Дэймона. Он спал — лекарства сделали своё дело. Она смотрела на его лицо, осунувшееся, бледное, и чувствовала, как внутри пульсирует связь.
Она слышала его сны. Ему снилась битва, кровь, её лицо. И страх — страх потерять её. Такой сильный, что у неё самой сердце сжималось.
— Я здесь, — прошептала она, гладя его по руке. — Я никуда не уйду.
Во сне он улыбнулся, и страх отступил.
Утром он проснулся. Первое, что увидел — её глаза. Усталые, но счастливые.
— Ты не спала? — спросил он хрипло.
— Спала. Рядом с тобой.
— Я чувствовал. Во сне.
— Я знаю. Я тоже чувствовала твои сны.
Он помолчал, переваривая.
— Значит, это правда. Мы теперь связаны навсегда.
— Да.
Он
