Дом ведьмы в наследство - Жанна Лебедева
— Ага, — Настя не стала ничего отрицать.
Чувствовала она себя довольно-таки по-дурацки. Выбравшись на вожделенную террасу, она каким-то образом снова переместилась в параллельный мир. Каким именно образом? Все выглядело так, будто вся эта, южная, часть дома открывалась в Эретрейю…
А если с участка Карика и Вали подойти? Что будет?
Невозмутимая Людмила продолжила разговор, и любопытство сразу сменилось волнением.
— Как там у Яны Маровны дела? Вы перезваниваетесь?
Что тут ответишь…
…кроме правды?
— Нет.
Настя спустилась к самой воде, желая отловить резвящихся там питомцев и немедля откланяться под предлогом водворения расшалившейся живности в дом. Она бы с удовольствием пообщалась с экстравагантной соседкой, но не так вот сразу. Людмила вообще в курсе, что они находятся в разных мирах?
Что, если нет?
И ведь напрямую такое не спросишь…
— Ну, если созвонитесь, передавайте от меня привет и про рассаду не забудьте спросить. Ей нужно? — Соседка откинула со лба наползшую шляпу, потерла тыльной стороной перчатки лоб. — Это ваши? — указала на кошку и чихуахуа.
— Мои. Не слушаются…
Настя попыталась изловить Кисточку. Совершив стремительный рывок, промахнулась и растянулась на камнях.
— Осторожнее! — вскрикнула Людмила. — О, господи! С вами все в порядке?
Настя потерла разбитую скулу и только тут заметила, что почти все камни вокруг нее — вовсе не камни, а огромные окаменевшие раковины.
Аммониты.
— Все нормально. — Настя, все еще лежа на животе в нелепой позе, вскинула руку и улыбнулась. — Небольшая ссадина. — Она показала играющей рядом Кисточке кулак. — Ерунда.
— Я принесу вам перекись. — Людмила с хлопком стащила перчатки, бросила их на край ящика и исчезла под виноградниковыми зарослями. Чуть не споткнулось о кого-то под ногами, весело заметила: — Ты уже тут? Какая симпатяга…
Оказалось, Моня за время их недолгой беседы успела обогнуть аммонитовый пруд и пробраться на Людмилину территорию, а значит, уйти по-английски уже не получится.
Ну и ладно.
Настя мысленно махнула рукой. Надоели эти волнения. Людмила ничему не удивляется. Ну, спросила про бывшую хозяйку — чего такого?
Ведущей не было минут пять. Моня, воспользовавшись ситуацией, просочилась в дом за ней. Теперь из-под виноградника раздавался ее звонкий лай. Потом она выбежала на улицу, радостная. За ней шла Людмила.
— Вот. — Соседка помахала пластиковой бутылочкой и пакетиком ватных дисков, зажатыми в руке. — Я перейду на ваш участок?
— Конечно.
Людмила обогнула длинный пруд, продралась через кусты черемухи и вскоре оказалась рядом. Она и Моню принесла — поставила на большой камень с лихим улиточным завитком в слезах белых кристаллов.
— Какая бойкая малютка. Так храбро облаивала моих спайдингов. Обычно от них вся живность разбегается.
— Просто она никогда прежде не встречала… спайдингов, — честно ответила Настя, всей душой надеясь, что произнесла загадочное название верно.
— Что это, кстати, за порода? — Людмила присела рядом, смочила перекисью ватный диск и протянула собеседнице. — Никогда прежде таких не видела.
— Чихуахуа.
— Поразительно. Не знала раньше… — пробормотала ведущая, потом просияла. — А знаете что? У меня к вам предложение. Приходите ко мне на передачу, расскажете про свою собачку.
— Спасибо, — поблагодарила за приглашение Настя. — Я подумаю.
— Приходите-приходите, — улыбалась Людмила. — Это будет одно из моих утренних шоу о питомцах. Поведаете населению о породе, потом кофе в кафе попьете. И небольшой гонорар, конечно, будет.
— Поняла. — Настя кивнула и поднялась, ойкнув. Кроме скулы она еще коленку повредила и оба локтя. — Думаю, в ближайшие дни не получится. — Красноречиво указала на ссаженную скулу. — К сожалению.
— Я все понимаю, — успокоила Людмила. — Найдете меня, когда поправитесь. В субботу я обычно целый день дома. По будням — либо с раннего утра, либо вечером. А теперь мне нужно продолжить пересадку.
Она попрощалась и ушла к себе.
Настя строгим голосом окликнула питомцев. Втроем они вернулась на террасу. В голову пришла одна внезапная мысль: достать телефон и попробовать зайти в сеть. Тут. В другом мире.
Что будет?
Смартфон мигнул алым, сообщив о разрядке. Зарядить?
Настя оглянулась на поворот, ведущий назад, на Болотную улицу, в гостиную, где на столе осталась зарядка…
Потом.
Сейчас нужно дойти до конца.
Она посмотрела в противоположную сторону. Там терраса упиралась в резную дверь темного дерева, украшенную орнаментом из множества разноразмерных квадратов и ромбов. Под ручкой-кольцом заманчиво поблескивала большая скважина.
Настя вынула из кармана связку. Не было сомнений, какой именно ключ подойдет.
Вот этот. Большой. С головкой в виде бабочки.
Ключ повернулся. Медленно, с хрустом. Три раза.
Настя положила ладонь на кольцо и застыла на пару секунд. Ее охватило странное чувство, и она никак не могла расшифровать его себе, объяснить…
Вдох-выдох, как перед погружением в воду.
Собралась с духом и открыла.
Дверь отворилась вовнутрь с протяжным скрипом, от которого по зеркалу аммонитового пруда пробежала легкая рябь. Кисточка громко фыркнула, выгнула спину дугой. Так, изогнувшись ходячим мостиком, бочком приблизилась к открывшемуся проходу. Понюхала тянущийся из темноты сквозняк.
Моня прижалась к ноге хозяйки и опасливо заглянула в глаза. «Мы что же, пойдем туда?» — говорил весь ее вид.
— Пойдем! — уверенно сказала Настя, зажгла фонарь и первая шагнула в темноту.
В нос ударил до боли знакомый запах. Краски. Грунтовка для холстов. Лак…
Так пахло в маминой мастерской.
Луч фонарика скользнул по ближайшей стене — там, к счастью, обнаружился выключатель. Щелчок, и тусклый свет озарил просторное помещение.
Это действительно оказалась мастерская.
Настя восторженно крутила головой, разглядывая мольберты, коробки с красками, россыпи пастели, кисти в объемистых банках. На стеллажах мертвенно белели жутковатые анатомические пособия из гипса: головы, руки, стопы. И геометрические фигуры: кубы, пирамиды, шары. По углам ютилось несколько недоделанных фигур. Две заготовки деревянных медведей, что-то еще непонятное. Большой гипсовый дракон сворачивался красивыми кольцами. На его полураскрытых крыльях читалась каждая жилка.
Настя приблизилась к дракону, потрогала белые бугорки чешуек. Какая детализация…
Питомцы перестали бояться и теперь с интересом обследовали мастерскую. Совали нос во все банки и склянки. Во все углы. Заметив висящую на стене кабанью голову, чихуахуа залилась истошным лаем.
— Тише, — приструнила ее Настя. — Это ненастоящий кабан.
Она приблизилась к голове, которую сперва приняла за чучело, и с удивлением обнаружила, что клыкастая морда тоже вырезана
