Академия контролируемой магии - Ольга Арунд
– И теперь вы…
Почему он? Почему именно Ориану Оллэйстару поручили достать оскант из шкатулки? Почему не императорским магам? Почему не артефакторам? Или есть что-то, из-за чего такой чести удостоился именно он? Пусть уважаемый, но рядовой, по сути, ректор Академии контролируемой магии.
– Империю раздирает на части, – мрачно отозвался Оллэйстар. – Стихийники обозлены, часть бежит в Ороканскую пустошь, где всех без разбора принимает некто Горус, но тех, кто остается в империи, гораздо больше. И обычные жители напуганы, они за несколько кварталов обходят дома, где есть хоть один стихийный маг. Не понимают природу вашей магии, бояться сгореть, утонуть или задохнуться, просто посмотрев стихийнику в глаза. И вы, Аурелия, можете это остановить.
– Я? – Голова пухла и грозила лопнуть от таких новостей.
Рианы, во что я влезла?
– Кварц Габиуса – в личном пользовании императора, он не пожертвует им даже ради такой цели, а без вас я не смогу вскрыть шкатулку.
– Я могу, но… это же… Да как я…
– Помогите мне, и я обещаю избавить вас от советника.
Да что за день такой! Поперхнувшись воздухом, я надсадно закашлялась. И продолжала кашлять, пока не ощутила прохладное прикосновение к руке.
– Я обещаю, – повторил Оллэйстар, серьезно глядя на меня.
– Это же великий князь, – беспомощным шепотом ответила я, – дядя императора, глава канцелярии и…
– Ты мне не веришь? – насмешливо хмыкнул он, словно речь шла о булочнике из соседнего квартала.
– Я… я просто не могу. – Коротко столкнулись взгляды, и Оллэйстар отстранился, но… Рианы, я схватила за рукав собственного ректора! – Нет, я… я верю вам, но такие интриги… Я не могу справиться с Присли, не могу противостоять Эвилонбергу, да даже Рик не слушает, а вы предлагаете… Это же дело всей империи, куда мне…
– А кому еще? – задал простой вопрос Оллэйстар и накрыл мою ладонь своей. – Велинберг не был приближен к императору, он всего лишь хотел мира. А теперь благодаря ему мы можем этот мир установить. Ты упустишь такой шанс?
Упущу? За оскант я бы убила, но, возможно, убьют как раз меня.
– Я помогу вам, – выдохнула я, понимая, что выбора нет. И выдернула ладонь.
Три дня спустя я возвращалась с занятий, а в голове все крутилась одна навязчивая мысль. В той беседе Оллэйстар запретил мне даже думать о лаборатории, пока последствия от влияния Мисты не сойдут на нет, а я все эти дни думала только о том, что выход есть. Теперь мне необязательно бежать и прятаться, нужно просто разгадать загадку Велинберга, открыть шкатулку и достать оскант.
Всего лишь…
Я вздохнула, поправила на плече сумку и напоролась на злой девчачий взгляд. Так, что опять не так?
Ответ нашелся быстро, стоило только завернуть за угол.
– Какого… – я с трудом проглотила ругательство, – что ты здесь делаешь?
Встав перед Риком, я перекрыла восторженным идиоткам вид на боевика, правда, это не мешало им меня ненавидеть еще и за это.
– Тебя жду, – пожал плечами Рик и отлепился от стены рядом с моей дверью.
– И зачем?
– Соскучился, – улыбнулся он и приблизился. Наглая ладонь скользнула по талии, на мгновение лишая дара речи.
– Ты решил извести меня или себя? – Я подняла бровь и скинула чужую конечность.
– Почему тебя? – не понял Рик. То есть целостность своей тушки его не волнует?
– Потому что твои милые, – скривилась я, – соседи по общежитию уже донесли своим прелестным родственникам о том, как я выходила перед отбоем из твоей спальни. Как понимаешь, родственники молчать не стали…
Перемена оказалась разительной. Рик разом нахмурился, глаза заметали молнии в самом прямом смысле, а сам боевик шагнул ко мне, удержав за локоть.
– Что он тебе сделал? – И все это стиснув челюсти и заглядывая мне в глаза.
– Совсем уже? – отозвалась я с шипением, выдернула локоть и отступила к своей двери. К большой радости всех тех, кому внезапно понадобился этот коридор.
– Аурелия… – У Рика дернулся кадык, он прикрыл на мгновение глаза, но продолжил: – Просто скажи, что сделал этот… его высочество… и я…
Что именно «я», он не договорил, но решимости там явно хватило бы на весь факультет.
– Никто ничего мне не сделал, – спустя несколько долгих секунд вздохнула я. – Но завтра об этой нашей дружеской беседе снова будет знать не только академия. А у меня хватает сложностей и без этого…
– Хорошо, – дерганым движением Рик взлохматил шевелюру. – Давай встретимся где-нибудь после отбоя… мне нужно кое-что тебе передать.
– С тобой. После отбоя. Где-нибудь, – иронично отозвалась я. – Принеси свое кое-что на ужин, если надо, там и увидимся.
Пришибленные в первые дни, сейчас студенты полюбили столовую с удвоенной силой. Еще бы! Стихийники – это, конечно, страшно и волнительно, но есть-то хочется каждый день.
– Ладно, – вздохнул Рик, молча развернулся и быстрым шагом пошел к выходу с этажа.
Глава 20
А на столе алел вестник Оллэйстара.
«Завтра, восемь вечера, лаборатория 101. О.О.»
Очень вовремя, потому что если меня не добьет проклятый огонь, то с этим справится истерия, с ним связанная. Или бесконечные посетители, один из которых как раз стучал сейчас в дверь.
– Грасс. – Корса больше не делала вид, что мы подруги. – Вот твоя книга и пирожные. От меня, в качестве извинения. – Она протягивала мне толстый справочник и коробку с эмблемой лучшей кондитерской города.
– Извинения за что? – уточнила я.
То, что она держала книгу и коробку без перчаток, говорило лишь о безопасной упаковке. И ни разу не гарантировало невинного содержимого.
– За ночь в библиотеке, – вздохнула Корса и сунула все это прямо мне в руки.
То есть выбора мне не оставили? Конечно, нет, учитывая, что после этого на ее запястье вспыхнула на мгновение сложная вязь. Обещание выполнено.
– Да? А я думала за кражу, обман и подставу перед куратором и ректором.
Коридор оставался пустым, но она все равно нервно оглянулась. Правда, раскаяния в ее взгляде после этого не прибавилось.
– У меня не было выбора! – скривилась Корса. – Если бы не твой кулон, куратор сразу бы вышла на меня. А так, пока они разбирались с тобой, магический след окончательно развеялся.
– Вамбург, ты вообще нормальная? – Стало действительно интересно. – Не боишься, что я пойду с этой историей к ректору? Тогда тебе не просто выговор влепят – исключат, наплевав на
