Академия контролируемой магии - Ольга Арунд
– Я… с чего вы…
Не получалось ни ответить честно, ни соврать. И беспомощность впилась в сердце острыми когтями, до темных пятен перед глазами.
И я почти не почувствовала резкий рывок и прохладные ладони на своем теле. Почти. Но приятный холодок, который разлился по телу сразу после, не почувствовать было гораздо сложнее. Вдох, выдох. Всего несколько мгновений понадобилось, чтобы вернуть меня в сознание.
Относительное, конечно, потому что я сидела перед Оллэйстаром в одной повязке, в то время как одна его ладонь поддерживала меня под спину в районе сердца, а другая снова лежала на горле. И это мелочи по сравнению с тем, насколько никакое нас разделяло расстояние.
– Признаваться будем? – негромко уточнил Оллэйстар, насмешливо подняв бровь. – Или подождем еще одного испорченного пола?
Глава 19
– В-в чем пр-ризнаваться?
– А не в чем? – с интересом переспросил ректор и перевернул мою руку ладонью вверх. И удержал, когда я дернула ее на себя.
Мыслей не осталось. Неудивительно, в общем-то, – мое левое запястье украшал ожог, боль от которого я почувствовала только сейчас.
– Знаете, что это, лиерра? – задумался Оллэйстар, поднимая взгляд от моей руки.
– Знаю, – мрачно отозвалась я, выдернула ладонь и откинулась на подушки, натягивая выше злосчастное одеяло.
Пятиконечная звезда, с символами стихий в каждом углу. Знак стихийников. А теперь и мой знак.
– Чего вы от меня хотите?
Да, вот так идти напролом неправильно, нелогично и глупо, но… не просто так я лежала сейчас в своей комнате. Без конвоя. Без стааша у горла. Без компании Мисты.
– Мне все еще нужна ваша помощь.
– Даже… сейчас?
Отвращение, ужас, ярость – где все это? Где все то, что сопровождало стихийников с момента пробуждения дара и до последнего вздоха? И откуда у него столько понимающей насмешки? У боевого мага, который несколько часов назад скрутил очередного рехнувшегося стихийника.
– Сейчас… а что изменилось, лиерра Грасс? – Оллэйстар поднял бровь, смутил меня пристальным взглядом и поднялся. – Вы перестали видеть заклинания?
– Н-нет. – Посмотрела на магический светильник и убедилась – не перестала.
– Вам наскучила шкатулка?
– Нет, но…
– У вас появились другие срочные дела, грозящие развалом империи?
Да что происходит?
– При чем тут… – Оллэйстар развернулся и оперся о мой стол, требовательно ожидая ответа. – Нет, не появились.
– Вы все еще меня боитесь? – Еще один вопрос, на этот раз с легким прищуром.
– Конечно, боюсь! – дергано взмахнула я руками и схватилась за спадающее одеяло. – Вы… вы ничего не рассказываете. Ни о шкатулке, ни о Мисте, ни обо мне! Я не знаю, чего от вас ожидать, а значит, и подготовиться не могу!
– А вы спрашиваете, Аурелия? – Рианы, его вообще возможно вывести из себя?! – Насколько я помню, ни один ваш вопрос еще не остался без ответа.
– Хорошо, – шумно выдохнула я, решаясь, – что будет с Мистой?
– Судьба подруги беспокоит вас больше собственной? – краешком губ улыбнулся ректор. – Сейчас тьерра Истран находится в антимагической лаборатории, она уже пришла в себя, молчалива и подавлена. Через несколько часов за ней прибудут профессора из Академии неконтролируемой магии и тьерра Истран в сопровождении проректора Оелуона отправится на обучение туда.
– Обучение? – У меня перехватило дыхание. – А разве?..
– Разве что? – подстегнул Оллэйстар после недолгой паузы, но что я могла сказать… так и молчала, от волнения прикусив губу. – Лиерра Грасс.
– Гвинбор, – с трудом выдавила я из себя и подняла на него глаза. – Разве Мисту не отправят в…
– В тюрьму? – кажется, удивился ректор. – Не знал, что вы так кровожадны. Тьеру Истран не за что запирать в пожизненной антимагической темнице. По крайней мере, пока.
– Подождите! – тряхнула я головой, и волосы упали на грудь, укрывая лучше одеяла. – А те… а Илана? А остальные студентки?
– Все живы и скоро будут здоровы, – вздохнул Оллэйстар. – К нашему и тьерры Истран счастью, обошлось без смертей, иначе…
– Вас бы наказали? – сначала спросила, а уже потом подумала я. Но поздно, ректор уже склонил голову к плечу, с интересом за мной наблюдая. – То есть академию… академию бы закрыли?
– Вы преувеличиваете роль одного случайно найденного стихийника в жизни академии, – хмыкнул Оллэйстар. – Но Зимнего бала вы бы точно лишились.
– Я?
– Студенты, – улыбнулся он.
И эта улыбка добила и так ушибленное сознание. У меня в голове никак не укладывалась действительность, в которой я, раскрывший себя стихийник, лежу и болтаю с ректором на отвлеченные темы.
– Что в той шкатулке? – Я всячески тянула время, откладывая главный и самый важный для себя вопрос.
– В шкатулке? – насмешливо переспросил Оллэйстар.
– Да. – О стихийном даре он узнал, о моих заклинаниях тоже, так какой смысл строить из себя скромницу. – Сомневаюсь, что вам нужна шкатулка… так что внутри, ректор Оллэйстар?
– Внутри… – эхом отозвался он, взял стул и, поставив его у кровати, сел. – Аурелия, а что вам известно о Кристиане Велинберге?
Что-то такое мелькало на границе сознания, но слишком смутно, чтобы догадка разъяснилась.
– Ничего? – ответила полувопросительно, надеясь, что это не какой-нибудь дряхлый старец из теории магического права.
– Велинберг был талантливым магом земли и одним из ректоров Академии неконтролируемой магии, – сообщил Оллэйстар. – На этом посту он прослужил империи почти восемьдесят лет, боролся за каждого своего студента, даже если их приговаривали к казни, и умер около двух веков назад.
– Это его артефакт? – подалась я вперед.
– И шкатулка, и то, что внутри, – подтвердил Оллэйстар. – Неизвестно как, но Велинберг добыл минерал, это нашли в его записях, который лишал мага стихийной силы и только ее.
Сердце пропустило удар, дернулось раз, а после разогналось как ненормальное.
– Лишить силы? – Хрипнуть дальше мне уже просто некуда.
Интересно, а можно мне стать первой жертвой… в смысле испытателем?
– Если верить дневникам Велинберга – да. Он добыл камень, который назвал оскантом, и считал, что тот может вернуть стихийникам жизнь. Не ту, где на них косо смотрели, преследовали и казнили, а ту, где их могли приравнять к обычным магам. Оставив только тех, кто понимает и контролирует дар.
– Но почему… прошло ведь двести лет. Почему сейчас? – растерянно тряхнула я головой. – Столько времени потрачено зря…
– Напомните-ка, лиерра, как у вас с историей? – весело хмыкнул Оллэйстар и откинулся на спинку стула. – Вы знаете, как к стихийникам относились двести лет назад?
– Никак, – вздохнула я и закусила губу, по примеру Оллэйстара откинувшись на подушки. – До вступления на престол Алемдара Оришанского учили едва ли половину, а сошедших с ума…
– Убивали, – с охотой подсказал Оллэйстар. – Велинберг не знал,
