Медвежий капкан. Травница - Александра Неярова
Я сирота. Как и Таяна. Схожие судьбы.
Лишь благодаря доброту сердцу тетки и её упорству, я смогла получить достойное образование и выбиться в люди. Марины не стало около года назад, боль потери до сих пор живёт в моей душе.
Солнце постепенно клонилось к закату, окрашивая стены избы в тёплые янтарные тона, но с севера тянулись свинцовые облака. Я отложила рукоделие, потянулась, разминая затекшую спину. В доме витал аромат сушёных трав и свежего хлеба, Атрей проверял в печи румяные караваи с мясом и капустой.
– Почти готово, – сообщил он, осторожно перекладывая выпечку на дубовый стол. – Пара минут и можно ужинать.
Я улыбнулась, глядя на его сосредоточенное лицо. За последние дни мальчик заметно освоился в хозяйстве, ловко управлялся с печью и как и прежде помогал мне с заготовкой трав.
– Молодец. Ты вырастишь хорошим мужчиной, защитником и мужем, – похвалила я, заставив Атрея смущённо покраснеть и отвести взгляд. – Уже вырос.
Ужинали мы с мальчиком одни. Ивар снова не пришёл.
И так на протяжении целой недели воевода оставался в тереме, помогая Ярославу с делами княжества, в которые братья меня не посвящали.
Ночь опустилась на избу тяжёлым бархатным покрывалом. Хмурые, тяжёлые тучи всё же затянули небо, и мелкий дождь застучал по крыше избы. Я стояла у окна, наблюдая, как капли стекают по раскрытым резным ставням, рисуя на дереве причудливые узоры.
Ждала Ивара, с грустью на сердце поднимая, что опять напрасно.
– Не нравится мне это, – пробормотала, обхватив себя руками. Отдельные холодные капли порывами ветер бросал мне в лицо.
– Что? – произнёс хрипловатым от непогоды голосом Атрей, входя в комнату с охапкой сухих веток для печи.
– Всё. Погода, предчувствие…
Мальчик сгрузил дрова у печи, подошёл ко мне.
– Дурные мысли?
Я пожала плечами.
– Просто чувствую, что что‑то не так.
Дождь за окном усилился, барабаня по ставням и крыше, завывал ветер, будто пытался пробиться внутрь. Или не он, а нечто другое…
Я сидела за столом, помешивая остывающее варево в глиняном горшке – укрепляющий отвар из трав для молодой девушки на сносях из княжьего терема. Аромат полыни и зверобоя наполнял комнату, разнося горькие нотки.
Отражал моё внутреннее состояние и поганое настроение.
Атрей дремал на лавке, укутавшись в тёплый плащ. Вымотался за день. Его лицо во сне выглядело совсем юным, почти беззащитным.
Сердце сжалось от нежности. Кто бы мог подумать, как переменится моя жизнь.
– Та‑я‑на… – донеслось вдруг с улицы едва слышимое то ли утробный вой, то ли чей-то вымученный стон.
В груди оборвалось, забилось сердце пойманной птицей в силках.
Я замерла, вслушиваясь в ночную какофонию дождя и ветра. И правда – сквозь шум пробивался тонкий, почти неземной звук-плач:
– Та‑я‑на… Та-я… – Голос плыл из темноты, манил, звал. – Помо..ги… мне.
Не осознавая, что делаю, отложила ложку и поднялась из-за стола.
– Помоги, Тая-яна…
– Не отвечай им! – Атрей схватил меня за руку, останавливая, когда я уже коснулась дверного засова. – Это ловушка!
Оттянул меня назад и усадил на скамью, встряхнул за плечи. Я сглотнула, чувствуя, как по спине скользнул ледяной озноб. Голос звучал знакомо – так знакомо, что сердце заколотилось в груди, словно пыталось вырваться наружу.
– Это… это же…
– Кто бы это не был, не отвечай, – резко сказал мальчик. – Это нечисть. Морок. Они хотят тебя выманить.
Как только он это произнёс, в моей голове будто что-то щелкнуло, обрывая воздействие наваждения.
– Спасибо, Атрей. Я… в порядке, – закрыла глаза и глубоко вздохнула в попытке прийти в себя.
Мы снова легли спать. Голос затих, но ощущение чужого присутствия снаружи осталось. Брр! Подложила под щеку обе ладони, пытаясь успокоиться и уснуть. Не получалось.
Дождь продолжал лить, отбивая по срубу монотонный ритм, как где‑то за лесом снова сверкнула молния. И мне почудилось, как в этот момент будто тень скользнула вдоль стен за занавеской.
Неведанная сила!..
Подскочила в постели. Холодная дрожь иглами прошила тело, а желудок скрутил спазм страха.
Однако что бы это не было, за охранный круг рун нечто пробраться не могло. Вспомнились мне тут слова охотника Мирона о странных тенях около курганов, где местные покланялись каменным идолам языческих божеств. Капище по-иному.
Значит правда всё. Назревает и грядёт что-то зловещее. И мне предстоит разобраться с этим всем.
Промучалась я, проворачалась с боку на бок на лежанке несколько часов, прислушиваясь к дыханию ночи и шорохам. Сон одолел меня лишь под утро.
Новый день встретил нас серой хмарью и тишиной, дождь прекратился, но небо оставалось тяжёлым, низко нависшим над землёй. Я проснулась первой, разбирая и с головной болью, словно не отдыхала совсем, осторожно встала, чтобы не потревожить Атрея, и подошла к печи. Огонь почти угас, оставив лишь тлеющие угли.
Надо развести пламя, пока мальчик не проснулся, замёрзнет, подумала и взялась за кочергу. Но едва я наклонилась, во входную дверь кто-то робко постучался.
Вздохнув, пошла открывать.
На пороге стояла служанка из княжьего терема. Мокрая, усталая, с тёмными кругами под глазами, с измазанным в грязи подолом и рукавами платья, наверное, упала, пока добиралась ко мне через лес и по размытой от ливня дороге.
– Веда, – прошептала она, озираясь по сторонам, – прошу, никому не говори, что я к тебе приходила… Княгиня нездорова. Мне кажется, это Желанна травит Любаву.
Я нахмурилась и жестом поманила девушку внутрь. Прикрыла плотно за ней дверь.
– Почему так думаешь? Основания? – спросила, внимательно наблюдая за ранней гостей.
Служанка замялась:
– Одна ты? – Я кивнула, а она продолжила: – Недавно я случайно увидела, как она давала княгине какой-то отвар. И вчера тоже. Любава с каждым днём становится всё бледнее…
Глава 11
Я внимательно посмотрела на служанку, кажется её звали Вея. Глаза девушки лихорадочно блестели, руки дрожали, всерьёз она напугана.
– Расскажи-ка мне всё по порядку, – велела, усадив девушку обогреться у печи, горячего компота в кружку налила. – Что именно ты видела? Когда это началось?
Служанка обхватила чашку обеими руками, к губам синюшным поднесла, вдыхая приятный ягодный запах, и сделала большой глоток.
А я меж тем метнула предупреждающий взгляд на проснувшегося от шума Атрея, он с любопытством наблюдал за нами с печной лежанки из-за шторки. Качнула в стороны головой, призывая не
