Маалик - Мелани Джейд

Ава?

Он проследил, чтобы Роман поселил её в комнате рядом с его. Подойдя к двери, он тихо приоткрыл её и выглянул в тёмный коридор. Была глубокая ночь, и, насколько он знал, все спали. Он взглянул налево, и его взгляд упал на закрытую дверь комнаты Авы как раз в тот момент, когда он услышал приглушённый вскрик.

Он мгновенно переместился в её комнату, появившись у кровати с оскаленными клыками, готовый оторвать голову незваному гостю. Но снова в комнате никого не было. Кровать была пуста, одеяла исчезли. Он уже начал думать, что её кто-то забрал, когда её крик снова прорезал комнату, и его сердце забилось от страха.

Он переместился на другую сторону кровати и увидел её, запутавшуюся в одеялах на полу, вжавшуюся в основание кровати. На Аве были только чёрная майка и чёрное бельё, а её голые ноги запутались в одеялах. Пот покрывал каждый сантиметр её обнажённой кожи, и серебристые шрамы поблёскивали в лунном свете, льющемся из огромного окна.

Она дёрнулась, и из её раскрытого рта вырвался ещё один крик. Он понял, что она спит и ей снится кошмар.

Нет, это был не просто кошмар — это был ночной ужас.

Её клыки были оскалены, словно она пыталась отпугнуть невидимого нападавшего, а когти рассекали воздух.

— Ава, — встревоженно сказал Маалик, опускаясь перед ней на колени. — Ава, проснись, — он потянулся к её плечу, чтобы схватить её, но тут же отдёрнул руку, зная, что ей не понравится чужое прикосновение, и не желая причинять ей ещё больше дискомфорта.

— Убери от меня руки! — закричала Ава, бросаясь на него и полоснув когтями по груди Маалика.

Его сердце разлетелось на миллион осколков. Он не мог оставить её в этом кошмаре. В этом ужасающем воспоминании о том, кто, как он был уверен, был А̀ну и остальными вампирами. Которым скоро предстояло умереть за то, что они с ней сделали.

Когда она снова вскинула руку, он среагировал быстро и на этот раз мягко перехватил её за запястье.

Она вздрогнула и выбросила вторую руку, но он поймал и её запястье тоже.

Нет уж, он не оставит её в этом кошмаре.

— Ава, проснись.

Его хватка на её запястьях заставила её яростно забиться, пока она плакала и кричала, а по щекам текли слёзы.

Он отпустил её запястья и теперь уже крепко взял её за плечи.

— Ава, тебе нужно проснуться, — на этот раз он встряхнул её, и её глаза распахнулись.

Они были абсолютно чёрными и смотрели прямо сквозь него. Маалик понял, что она его не видит. Он видел, что последние остатки ночного ужаса всё ещё держат её в плену.

— Нет! — закричала она во весь голос, резко дёрнув головой вперёд быстрее, чем он успел сообразить, и впечатала лоб ему в нос.

— Бля, — его руки тут же взметнулись к разбитому носу.

Ава кинулась на него, полосуя ему лицо, руки и грудь, продолжая кричать, а слёзы теперь уже свободно текли по её щекам. Маалик снова схватил её за запястья.

— Ава, перестань. Это был кошмар. Ты в безопасности, — он старался сохранять спокойствие, успокоить её как только мог. — Посмотри на меня, Ава, — потребовал он, перехватив её тонкие запястья одной рукой и взяв за подбородок, заставляя посмотреть ему в глаза.

Чёрные глаза встретились с его, и она замедлилась. Её глаза вспыхнули потрясающим золотисто-карим, потом снова стали чёрными. Она попыталась вырвать руки, качая головой.

— Смотри на меня, Ава. Посмотри вокруг. Ты в особняке Романа, ты в безопасности.

Её глаза быстро метнулись по комнате, затем снова вернулись к нему.

Она смотрела ему в глаза, и её напряжённое тело понемногу начало расслабляться. Её взгляд снова дрогнул, не отрываясь от его глаз, а затем наконец стал тем прекрасным тёплым янтарным, который он мечтал увидеть снова целые столетия.

— Я… в безопасности? — прошептала она, слёзы всё ещё скользили по её щекам.

Каждая слеза, что падала, рвала Маалика изнутри. Его внутренний вампир вскинул свою тёмную голову, вопя об убийстве из-за слёз, которые она проливала.

— Да, — прошептал он. — Здесь ты в безопасности… со мной, — теперь, когда она успокоилась, а её когти и клыки втянулись, он отпустил её запястья.

Она обмякла, её плечи задрожали, а по телу побежали мурашки. Он потянулся за её спину и взял одно из одеял. Он заметил, как она вздрогнула, когда он наклонился мимо неё, но проигнорировал это. Медленными движениями, чтобы она ясно видела его намерения, он осторожно укутал её в одеяло. Закрывая её обнажённые плечи и ноги.

Она настороженно наблюдала за ним, как перепуганная кошка, готовая в любой момент сорваться с места.

— Ты Маалик? — её прекрасный голос прорезал тишину комнаты.

Он кивнул, слегка отодвигаясь назад, но всё равно оставаясь рядом с ней.

— Да.

— Я… сделала тебе больно, — сказала она, вытирая слёзы, оставившие следы на её щеках.

Маалик покачал головой.

— Я в порядке, это всего лишь царапины. Скоро заживут, — успокоил он её.

— Прости, я не поняла⁠…

— Никогда не извиняйся передо мной, Ава. Ты не сделала ничего плохого. Ты меня слышишь? — сказал он ей тихим, спокойным голосом, не оставляя места для спора.

Ава робко, едва заметно кивнула, кажется, немного расслабившись. Она крепче запахнула на себе одеяло и откинулась назад, прислоняясь к кровати.

— Шарлотта сказала, что ты искал меня всё то время, пока меня не было, — на последнем слове её голос дрогнул.

— Да, я пытался тебя найти, но потерпел неудачу. И за это всегда буду сожалеть, — сказал Маалик, вкладывая в эти слова всю правду.

— Почему? Почему ты искал меня? — в её голосе звучало искреннее любопытство.

— Я чувствую себя ответственным за твоё похищение, — тихо признался он.

— Почему? — Ава нахмурилась, глядя на него.

Маалик замолчал. Страх, что она испугается его, когда узнает про А̀ну, заставлял его хотеть солгать. Но он знал: чтобы заслужить её доверие, с этого момента он должен быть предельно честен во всём. Она только что провела месяцы в плену. С ней обращались как с животным, у неё отняли право выбора. Если он солжёт ей сейчас, а потом она его поймает на этом, она больше никогда с ним не заговорит.

— А̀ну, вампир, который… забрал тебя. Я создал его очень давно. Я не видел его очень долгое время, и расстались мы не на лучших условиях. Он забрал тебя, чтобы добраться до меня, — он внимательно наблюдал за ней, готовый к тому, что она посмотрит на него с ужасом, как на