Ее безумные звери - Э. П. Бали

— Стоять. Скажите ей, — приказываю я.

Они оборачиваются.

— Наша верность принадлежит Клосонам, — голос Тони срывается. — Так было и так будет всегда.

Сабрина открывает рот, словно хочет что-то сказать, но тут же смыкает губы и кивает.

— Понятно.

Я нетерпеливо машу рукой, выпроваживая самцов; нити моих теней тянутся к ним. Те практически вылетают за дверь.

Когда мы оказываемся в коридоре, Тони — явно более смелый, но менее сообразительный из двоих — спрашивает:

— Г-господин, мы не можем перевести ее в камеру, где есть унитаз со смывом?

Я продолжаю идти, не оборачиваясь.

— Спросишь еще раз — и я вырву тебе губы. Никогда больше не сможешь поцеловать свою регину, хоть с унитазом, хоть без.

Оба тяжело и прерывисто вздыхаю.

Я закатываю глаза. Никто из них не понимает очевидного: мне определенно придется убить их обоих, прежде чем все это закончится.

Глава 20

Аурелия

Лайл заботливо замер позади, обхватив меня за талию, пока мы ждем в тренировочном комплексе. Это имитация джунглей внутри массивного склада на дальнем краю Академии. У каждого ордена есть расписание, когда им дозволено приходить сюда и бегать в обличье зверя. Спаренные группы могут даже подавать заявки на проведение здесь охоты — обычно это происходит до или после ежемесячной изоляции. Но я пришла сюда впервые: наша группа аним обычно предпочитает сходить в студенческий городок и выпить кофе, вместо того чтобы потеть, пачкаться и кормить собой насекомых.

На вершинах самых высоких деревьев поют розеллы, а над густым запахом навоза витает свежий, чистый аромат эвкалиптов. Сегодня крыша ангара открыта, и солнечные лучи льются внутрь, щекоча макушки деревьев-гигантов.

Лайл поглаживает большим пальцем мой живот, и его прикосновения так же нежны, как голос в моей голове.

Ты в порядке, ангел?

Я делаю размеренный вдох и отвечаю ему мысленно:

Часть меня боится, что ничего не выйдет… а другая боится, что получится.

Он наклоняется, и его губы касаются моей шеи в поцелуе, от которого пальцы на ногах поджимаются.

Я буду любить тебя, что бы ни случилось.

У меня перехватывает дыхание. Я оборачиваюсь в его руках и смотрю в его идеальное, улыбающееся лицо, пока в глазах не мутнеет. Но как раз в тот момент, когда я собираюсь что-то ответить, Ксандер и Коса решают почтить нас своим присутствием — тяжелая металлическая дверь в джунгли со скрипом распахивается.

Коса идет к нам ленивой хищной походкой, и я готова поклясться, что его тяжелый взгляд окутывает нас с Лайлом ледяным ветром.

— Ты готова, Аурелия? — его хриплый скрежет вырывает меня из оцепенения, вызванного близостью Лайла.

— Настолько, насколько это возможно, — отвечаю я, и сердце внезапно пускается вскачь.

Я бросаю взгляд на Ксандера. После нашего коллективного заплыва, едва не закончившегося утоплением, он перестал носить обсидиановые кандалы. Сейчас он смотрит куда угодно, только не на меня, но я уверена: ему слишком любопытно, чтобы остаться в стороне.

Меньше чем через минуту появляется Дэмиен. Своей возбужденной, пружинистой походкой и длинной шеей он напоминает мне стервятника. Его глаза тут же находят меня и впиваются мертвой хваткой. Я замечаю, как Коса и Лайл синхронно смещаются, закрывая меня с флангов.

Дэмиен подходит и замирает напротив, возвышаясь надо мной. Он нервным движением поправляет белый пиджак, его золотистые глаза сияют.

— Как ты это делаешь, Аурелия? Что тебе от меня нужно?

В груди Лайла зарождается рычание — вероятно, его бесит чрезмерное рвение Дэмиена или то, как фамильярно тот обращается ко мне по имени.

Я чувствую, как все четверо мужчин внимательно прислушиваются, и прочищаю горло.

— Мне просто нужно немного твоей ДНК. То есть… мне нужно коснуться тебя в твоем зверином обличье.

— И это все? — чирикает он.

Я и не знала, что взрослый зверь может так искренне радоваться.

— Это все, — подтверждаю я.

Дэмиен кивает и отворачивается. Он скидывает пиджак и вешает его на одну из вешалок — те стоят здесь специально, чтобы студенты могли оставить одежду перед входом в джунгли. Следом летит рубашка, обнажая чистую, плотную молочно-белую кожу спины. Он расстегивает ремень и наклоняется, чтобы стянуть брюки.

Я прищуриваюсь, глядя на его белый зад, пока Лайл не дергает меня за локоть.

— Ангел, — предостерегающе шепчет мой лев, разворачивая меня к себе лицом.

Я нервно смеюсь, глядя в эти властные янтарные глаза, в которых сейчас кипит неодобрение.

— Прости.

Он проводит подушечкой большого пальца по моей щеке, и, клянусь Дикой Богиней, я так отвлекаюсь на него, что забываю, зачем вообще здесь нахожусь. Но ровно до того момента, пока за моей спиной не вспыхивает свет и жар, сопровождаемый пронзительным неземным криком, от которого вибрирует все вокруг.

Я медленно оборачиваюсь.

У меня перехватывает дыхание при виде первого в моей жизни феникса. Если бы я не ненавидела Дэмиена так сильно, я бы признала, что его звериная форма ослепительно прекрасна.

Оперение сияет невероятным, потусторонним красно-золотым блеском. Размах крыльев вдвое больше моего в облике орла. Дэмиен взмахивает ими и опускается на золотые когти. Его шея длинная и царственная, голову венчает гордый хохолок из красных перьев, а золотистые глаза смотрят на нас свысока. Перья на хвосте пушистые и мерцающие, такие длинные, что стелются по полу, словно шлейф мантии короля на коронации. И он крупнее, чем я ожидала: его хохолок достает мне до плеча.

Ксандер шмыгает носом, всем видом показывая, что он не впечатлен.

Дэмиен игнорирует его. Он делает шаг вперед и наклоняет голову, давая мне разрешение. Или приказ, полагаю.

Рука Лайла не покидает моей талии, он следует за мной, пока я протягиваю руку, чтобы коснуться самого «вежливого» места у птицы — внешней стороны крыла. Очарованная блеском красных перьев и тем, как они искрятся золотом, я глажу крыло Дэмиена дольше, чем позволяют приличия. Только когда Лайл многозначительно прочищает горло, я встряхиваюсь, выходя из оцепенения, и резко выпрямляюсь. Я смотрю на свои пальцы, ожидая увидеть на них золотую пыльцу.

Конечно, ее нет, но я чувствую легкое покалывание, которое ползет вверх по пальцам и ладони. Ощущение поднимается к плечу, а затем ударяет в голову, отчего я на мгновение чувствую головокружение.

Любые сомнения в том, смогу ли я обратиться в феникса, мгновенно исчезают. Почуяв, как по венам разливается новая сила и предвкушение, я высвобождаюсь из рук Лайла, срываю блузку и расстегиваю шорты. Отвернувшись от мужчин, я скидываю туфли… и тут вспоминаю, что утром надела ярко-красные стринги.

Но отступать поздно.

В конце концов, если Дэмиену Агнису так хочется поглазеть на мою