Зов Ада - Брит К. С.

— Присядь, Уайлдер. Ты же знаешь, я не люблю, когда ты так нависаешь. Твой отец всегда так делал.

Я сажусь. Не то чтобы мне хотелось это обсуждать, но скрытность мамы не предвещает ничего хорошего.

— Мам, что происходит?

Она встречается со мной взглядом, и я едва не отворачиваюсь, не в силах вынести безжизненность ее когда-то лучистых зеленых глаз.

— Я продаю дом.

Я выпрямляюсь. Это же ее дом. Она лишилась семьи, работы и репутации. Она не может потерять еще и дом.

— Разве больница не выплатила тебе выходное пособие? Его должно хватить на ипотеку, пока ты не найдешь новую работу.

Она хмыкает.

— Предлагали, да, но я не взяла. И кто меня наймет после того, как… — ее голос затихает, она смаргивает слезы.

У меня нет слов. Она заработала эти деньги. Она была чертовски хороша в своем деле. Ее уволили только из-за отца, а не потому, что она того заслуживала. Я знал, что ей тяжело эмоционально, но думал, что с финансами хотя бы всё в порядке.

— Не смотри на меня так. — мама комкает салфетку на коленях.

— Как «так»?

— Будто я глупая или тебе меня жалко. Они предложили мне слишком много денег. Хотели купить мое молчание, и я отказалась. Твой отец невиновен. — я отодвигаю стул, собираясь встать, но мама продолжает: — Его подставили, Уайлдер. Он бы не причинил вреда президенту Синклеру. Он был…

— Отец работал на «Никс», — отрезаю я, поднимаясь на ноги. — Он убил президента ради «Никс». Плевать он на нас хотел. Ему было всё равно, как это скажется на нас или на Дези. — мама вздрагивает. — Он посвятил себя их делу. Они были его семьей. Не мы.

Мама вздыхает.

— Ты ошибаешься.

Я издаю короткий смешок.

— Ошибаюсь? Оглянись вокруг, мам. У тебя нет друзей, нет работы, нет…

— Детей, — заканчивает она за меня.

Я скрещиваю руки на груди.

— Это несправедливо. Я стою прямо перед тобой. Пусть я не Дези, но я всё еще здесь, и я, черт возьми, из кожи вон лезу, пытаясь искупить то, что она умерла вместо меня, но ты всё усложняешь.

Плечи мамы опускаются. Ненавижу видеть ее такой сломленной. Она самый сильный человек из всех, кого я знаю. Она как мачта корабля. Она выдержала столько штормов, но этот, похоже, готов ее сломать, а я ни капли ей не помогаю.

— Прости, — говорю я, снова садясь на стул. Мама поднимает на меня взгляд. — Куда ты вообще пойдешь, если не будешь здесь жить?

Мама тянется к чаю дрожащими руками.

— Поживу у друзей в Выжженном районе. Взять те деньги было бы неправильно — будто я позволила им выгнать себя, приняв подачку. Но всё будет хорошо.

Я сжимаю ее руку.

— Ничего не хорошо. Всё это ненормально. То, что сделал отец — ненормально, смерть Дези — ненормально, и то, что произошло в Выжженном районе вчера ночью — тоже. Это жизнь. Тебе сдают определенные карты, и только тебе решать — продолжать игру или сдаться. Сдаваться — это не в твоем духе, мам.

— Нет, — соглашается она. — Но я устала играть по чужим правилам.

Я отпускаю ее руку.

— Что это значит?

— Я знаю, ты вернулся ко мне, потому что думаешь, что можешь помочь, но это не так, Уайлдер. Возвращайся в Аврору и строй там свою жизнь. Найди хорошую девушку, остепенись и не оглядывайся назад. Ты же видел, как хрупка преданность Совета к Небула. Годы службы твоего отца и мои — и из-за одной маленькой неразберихи они отворачиваются от нас. Домна того не стоит.

— Одной маленькой неразберихи? — я запускаю пятерню в волосы. — Отец убил президента!

— Это твоя точка зрения, — отвечает она.

Я закатываю глаза.

— Отец сознался. Как ты можешь с этим спорить?

В ее глазах снова стоят слезы, и то немногое, что еще держалось внутри меня, окончательно рушится. Терпеть не могу видеть, как она плачет.

— Это просто не укладывается в голове, — говорит она, и крокодильи слезы ползут по ее ненакрашенным щекам. — Твой отец — хороший человек. И если он убил президента ради «Никс», зачем им было причинять вред Дези?

— Потому что они плохие люди, — цежу я сквозь зубы. И отец тоже не был святым.

Когда я рос, мама работала в больнице в самые разные смены, как и отец. Из-за их несовпадающих графиков они почти не виделись, а когда оба оказывались дома, то были вымотаны до предела, вкалывая как проклятые, чтобы угодить Совету. Свое паршивое настроение они обычно вымещали на нас с Дези, но мама и понятия не имеет, за кем на самом деле была замужем.

— Что ты будешь делать с вещами Дези? — спрашиваю я.

Хотя у Дези была своя мансарда в Выжженном районе, по большей части она жила дома. Маме нравилось, когда Дези была рядом: под одной крышей и вместе на работе в больнице.

— Отдам на благотворительность, — почти шепотом отвечает мама. — Можешь забрать себе всё, что захочешь.

Между нами затягивается тишина. Я одновременно и хочу, и не хочу брать ничего из вещей Дези. Сестру свели к коробке с барахлом. «Никс» свели ее жизнь к коробке с вещами.

Звонит телефон. После всего пережитого мне хочется проигнорировать вызов, но я смотрю на экран. Марлоу.

— Мне нужно ответить, — говорю я. Мама отмахивается, и я ухожу в гостиную, поворачиваясь спиной к импровизированному алтарю на каминной полке, откуда мне улыбается лицо сестры. — Алло?

— Уайлдер, у меня новости.

— Хорошие или плохие? — я не уверен, что выдержу еще одну порцию плохих вестей.

— Тебя не уволили, — произносит она, и я выдыхаю. Слава богам. — Но тебя сняли с дела о Слезах Вампира.

Проклятье.

— Будет другое дело?

— Тебе спустили с рук историю с Сотером только потому, что понимают: ты только что потерял сестру.

— Но? — я смотрю в окно, наблюдая, как по воде в канале расходится рябь от падающих капель дождя. Мама живет в квартале под названием Район Купидона, в ярко выкрашенном таунхаусе из тех, что прозвали Рядом. Когда они с отцом купили этот дом пятнадцать лет назад, они были единственными Небула на всей улице. Теперь сюда переехало еще несколько семей. Интересно, кто будет здесь жить, когда мы уедем?

Я вздыхаю.

— Мою заявку на вступление в Орден отклонили? Ведь так?

— Не совсем. Во дворце открылась вакансия. Это личная охрана принцессы, и принц запросил именно тебя.

— Меня? — это не имеет смысла. Вчера ночью монаршие особы мечтали поскорее от меня избавиться. —