Злая королева причиняет добро - Диана Дурман
Инструкции ведьмы, будто паутина из чернильных символов, вели меня сквозь лабиринт башни, указывая, где спрятаны кусочки чужой души. Каждый шаг отзывался скрипом старых досок, будто сама башня шептала предостережения.
Коварный призрак подстраховался. Попробуй я запечатать его в зеркале сразу, ничего бы не вышло, и он стал бы для меня опасным врагом. Так что перед решающим "ударом" было решено найти все его печати из эктоплазмы и заложить что-то вроде мини-бомб. Теперь стоит только послать магический импульс и все они одним махом разрушатся, отрезая единственную лазейку для духа. И чтобы он не успел наставить новых невидимых отпечатков своей ладони (они появлялись лишь под действием порошка из череды и мелкой соли) разрушать уже имеющийся путь надо, когда призрак будет в зеркале.
Подготовив всё и не забыв тихонько перепроверить приготовления, я сама отправилась на поиски духа. Он нашёлся под самой крышей башни – паря над каменным полом призрак смотрел вдаль через небольшое окно. Мужская фигура, словно сотканная из лунного света и ночного тумана, мерцала потусторонним серебристым сиянием.
Проследив за направлением чужого взгляда, вдруг поняла, что внимание духа направлено в сторону замка Анники – я узнала горы, что окольцовывали бывший дом Хильды.
– Надо поговорить, – сказала я, привлекая внимание полупрозрачного мужчины. После чего медленно подняла подбородок, встречая бездонный взгляд, и сдвинула брови, будто выковав из стали каждую морщинку, тем самым дав понять, что всё серьёзно.
Камень стен на чердаке дышал сыростью и древними заклятьями. Ветер гудел в щелях, будто сотни потусторонних голосов перешептывались за спиной. Атмосфера прекрасно подыграла моему спектаклю.
Призрак клюнул. Ничего не подозревая, или скорее не ожидая подвоха от девчонки из мира без магии, он проследовал со мной к зеркалу, где покорно исчез. И, как только вместо моего уже немного привычного отражения появилось красивое, но холодное лицо с алыми глазами, я начала действовать.
Пальцы впились в ладонь — и заклятье рвануло вперёд, как стая голодных псов. Девять печатей вспыхнули алым, одна за другой, словно костры, зажигаемые на пути моей воли. Спящее на коже заклятье волной пробежало по всем девяти оберегам призрака, разрушая единственные доступные ему чары. Естественно, это не осталось незамеченным.
Красивое лицо в зеркале стало неподвижным, словно по-настоящему неживым. Тень промелькнула во взгляде – он ощутил. Ощутил, как рвутся нити его власти, как разрушаются обереги один за другим. И в этот миг я впервые увидела в нём не холодного духа, а испуганного призрака. После чего алые глаза вспыхнули так ярко, будто кто-то подменил рубиновую радужку на два жарких угля.
– Что... ты... наделала? – Его голос раскалывался, как трескающееся зеркало. Каждое слово обжигало, будто выдыхаемое пламя. Все стекла вокруг задрожали, словно от землетрясения. Судя по пущенной на поверхности ряби, дух попытался выбраться. Но ничего не вышло. Инструкции Хильды оказались верны, а значит, теперь мне полностью удалось завладеть ситуацией в башне.
Украдкой выдохнув и, с нескрываемой гордостью посмотрев в горящие праведным гневом глаза, твёрдо сказала:
– Теперь вопросы задавать буду только я. А ты станешь отвечать на них максимально честно.
По краям жуткой рамы побежали трещины. Они словно болезнь поразили заключённое в ней зеркало, заставляя то начать крошиться по краям. Заточённый дух почти сразу взвыл от боли, а затем покорно закивал в знак согласия. Для повисшей в воздухе магической сделки данного жеста хватило. Лишь после этого насланная хозяйским словом коррозия остановилась и начала исчезать.
Отдышавшись, лицо в ореоле золотых волос подарило мне самый убийственный взгляд. После чего воздух разрезал леденящий голос:
– Ты пожалеешь, – его губы растянулись в оскале, но в глазах мелькнуло что-то ещё – страх? Недоверие? – Запрета на угрозы не было.
Ну, пусть тешится. Нужно же оставить ему хоть какую-то отдушину. Тем более, вдруг ужас и гнев призрака пополнят мои запасы отрицательной кармы. Такое пойдем на пользу всем.
Шёлк шуршал под пальцами, когда я решительно приволокла стул к зеркалу. Медленно, с нарочитой небрежностью усевшись, дала понять – теперь я решаю, как долго продлится этот разговор, и когда он закончится. Только после этого был озвучен первый вопрос:
– Как тебя зовут? – Это было не то, чтобы важно, но так будет проще. Вдруг имя духа даст зацепки для следующих вопросов.
– Нилрем, – процедил призрак явно через силу.
Кивнув, я вдруг поняла, что слышала это его прежде.
– Хм, где-то...., – начала было размышлять вслух, но тут же вспомнила и уверенно продолжила, – точно, Гнус говорил о тебе. Получается, ты был охотником на нечисть?
Конкретный вопрос вызвал новую порцию отвращения на идеальном лице. Однако данное обещание заставило Нилрема вытолкнуть из себя:
– Не совсем.
Заинтересовавшись такой реакцией, я надавила, бросив:
– Говори точнее. Ты охотился в Чаще?
– Да, мне нужны были редкие ингредиенты, – процедил сквозь зубы Нилрем, уже зная, что последует за этим.
– Для чего? – не стала разочаровывать призрака. Тем самым заставив его на одном дыхании выдать:
– Чтобы спасти свою жену.
Слова повисли в воздухе, превращая его и без того ледяной взгляд в настоящую полярную пустыню, где не выживет ни одна эмоция, кроме презрения. После такого сразу захотелось укутаться в самые тёплые меха этого мира. Однако вместо этого я продолжила безжалостный допрос:
– Полагаю, у тебя не вышло. – Стоило так сказать, как мне продемонстрировали настоящий, пугающий и поистине жуткий оскал. Он выглядел настолько гармоничным на человеческом лице, что с губ помимо воли слетело оправдание: – Извини, не злись. Просто я устала чувствовать себя пешкой в чужой игре. Мне надоела недосказанность.
Со скрипом приняв мои слова, Нилрем злобно утвердил, а не спросил:
– И поэтому ты пошла на сделку с ведьмой.
– Не совсем, – исправила я призрака, не желая признавать его правоту. После чего задала чуть ли не самый главный для меня вопрос: – Ты, правда, собирался вернуть меня обратно?
На что мне ответили самой издевательской улыбкой и колким:
– Да. – Его веки медленно опустились, будто занавес в театре марионеток. – Если бы ты следовала роли, написанной мной, и не доставляла проблем.
Каким-то шестым чувством, которое активировалось при переселении в Хильду, ощутив подвох, решила уточнить:
– А если бы доставила?
Моя внезапная проницательность очень не нравилась запечатанному в зеркале духу. Вот только это
