Злая королева причиняет добро - Диана Дурман
– Ваши новые наряды готовы, – зашелестел мрачник, приняв моё молчание за разрешение говорить. Его голос, будто скользящий по камням ветер, пробежал у меня по спине. Однако, не заметив накатившего на меня оцепенения, он с облегчением добавил: – Сегодня же можно избавиться от прежних.
Секундой позже я осознала причину: нечисть, что наводила ужас на любого нормального человека, сама боялась меня. Эти потусторонние создания дрожали при мысли о возможном гневе хозяйки башни и потому безвылазно сидели в своей мастерской, исполняя одну из главных прихотей Хильды.
Как только удалось полностью принять новое положение дел и совсем дикую для меня реальность, я обратила внимание на странную деталь. Гардероб Злой Королевы оставался безупречным, будто все наряды сшили вчера. Она жила в башне, ходила босиком, её окружали пыль и паутина, но все наряды выглядели как новые или надетые лишь раз. Задав пару вопросов зеркалу, я смогла узнать, что Хильда не носила одну вещь дважды. И чтобы позволить себе такой потребительский беспредел она завела штат слуг, трудившихся исключительно над новыми платьями.
С одной стороны хотелось сразу же прекратить это безумие, заявив, что и имеющихся нарядов достаточно. Ведь под “избавиться” мрачник имел в виду буквально сжечь все платья и сорочки. Вроде как, любая вещь, что касалась кожи ведьмы достаточно долго, могла оставить на себе её магический отпечаток. А его, в свою очередь, вполне реально использовать против самой ведьмы. Так что как бы мне хотелось остановить заведенную традицию, была веская причина этого не делать. И не одна.
Среди полученных от Хильды знаний имелись некоторые предупреждения. Например: все подчинённые с помощью гадких фамильяров слуги должны быть заняты делом.
Кикимора обязана каждый день собирать нужные для ванн травы и пополнять свои силы… мокрицами. Да-да, оказывается, Кира не просто избавлялась от “паразитов” на первом этаже. Она собирала свой любимый деликатес, что становится тем самым топливом для создания особой слизи для жутких омолаживающих ванн. От одной мысли об этом хотелось принять душ из мирамистина. Но, как говорится, ко всему привыкаешь. Грязевые ванны я стала воспринимать философски – могло быть и хуже. Тот же пчелиный мёд производят не менее гадким способом.
Помимо Киры Гнус тоже был занят делом – он не только отвечал за подготовки к ритуалам Хильды, но и лично облетал периметр территории башни несколько раз в день. Так он держал в узде свою стаю упырей, не давая тем забыть, кому они служат. А заодно отгонял от башни диких сородичей своим ультразвуковым воем.
Это правило распространялось и на мрачников. Они были покорны лишь до тех пор, пока труд выматывал их до последней искры силы. Достаточно ослабить хватку – и живые тени, накопив энергию, восстанут, разорвав чары фамильяров. Как я поняла, их форма больше метафизическая и с ними подчиняющим чарам справиться гораздо сложнее. В общем, у всего были тонкости, о которых, вряд ли говорилось в книге. Иначе мне бы она точно запомнилась куда как лучше.
Так что, как оказалось, я рано расслабилась. Мерзкие магические создания не были стопроцентной гарантией безопасности. Если решу хоть немного исправить отлаженный механизм внутри склепа и башни, мне это аукнется.
В итоге пришлось пойти по пути, проложенному Хильдой – принять новые наряды, дать добро на утилизацию старых, а затем услышать:
– Госпожа довольна! Сегодня нас не будут развоплощать! – Следом за этим последовали многоголосые ликования откуда-то из основания башни.
Покачав головой, я и начала свой окончательный переезд в лабораторию ведьмы. Однако мысль занять чем-то своих слуг не покидала меня на протяжении следующих нескольких часов суеты.
И вот, когда новое ложе (подальше от гусениц и призрака) было готово, я решительно взялась за дело. Нашла дощечку и кусочек мела, чтобы набросать варианты плана по более рациональному использованию всех имеющихся слуг. Хильда мне за это спасибо не скажет, но пока я в её теле, что мешает мне хоть немного использовать его во благо измученного ведьмой народа? Естественно, не афишируя этого. Вдруг мои потуги хоть немного нивелируют заложенный автором ущерб?
Сначала мне естественно захотелось организовать своё дело идентичное Земному. Но, учитывая всё, что удалось узнать о ближайших к Чаще королевствах, букеты цветов, какими бы необычными они ни были, мало заинтересуют народ. Польза от флористики лишь эмоциональная, а сейчас местным нужно что-то более существенное.
– Болезни… засуха…, – бормотала я себе под нос, пока прикидывала, что можно сделать с этим. С погодой способна справиться только магия, но вот недуги вполне могут быть излечимы куда более человеческими средствами.
Для начала было решено узнать о симптомах нарастающей эпидемии. Это удастся сделать только после переселения в Аннику, но начать подготовку уже сейчас мне никто не мешал. Мрачная Чаща была богата на всевозможные травы, коренья и ягоды (и не все из них представляли собой смертельный яд). При том росло здесь всё с какой-то пугающей скоростью. Так что часть слуг можно будет занять как раз таки собирательством, но перед этим что? Правильно, нужно создать место, где всё найденное добро будет храниться.
Чем больше думала над этим, тем более привлекательной казалась идея. И чудища пристроены к делу, и заложен первый кирпичик в теневую помощь королевствам. Тем более с учётом того, что… канал сбыта можно будет наладить хоть завтра. Мой новый знакомый обещал заглянуть до заката.
Так мысли с грандиозных планов неизбежно вернулись к Элиасу.
Наш поздний ужин два дня назад оставил нечто большее, чем просто воспоминание о вкусно приготовленной рыбе. Может то была разыгравшаяся фантазия, а может нарастающее желание хоть какое-то время проводить с обычным человеком. Не нечистью.
В ту ночь мне показалось, что между мной и загадочным охотником возникла странная связь. Хотя мы лишь слегка приоткрыли завесу над нашими историями.
– Твоя тетя... Где она сейчас? – неожиданно спросил тогда Элиас. Аромат готовой форели витал в воздухе, но мой гость, казалось, не замечал его.
Я поспешно откусила кусок, обжигая язык, и без задней мысли честно ответила:
– В другом мире.
Элиас понял мои слова буквально, как и полагалось человеку, незнакомому с путешествиями между мирами. В его голосе прозвучала искренняя скорбь:
– Приношу свои соболезнования.
Осознав, что за короткую фразу умудрилась не только выдать один
