Попала в книгу Главной злодейкой - Елена Звездная
— Ищи! — Император выплюнул это слово как приказ, от которого невозможно уклониться.
— Но я… но вы… и я… — героиня снова попыталась включить режим «бедной овечки». — Тут так темно и страшно, а я совсем одна, слабая женщина и… обнимите меня, мне так страшно!
Она подалась вперед, готовая рухнуть в его объятия, и я в гроте затаила дыхание, молясь всем богам сюжета, чтобы он ее, наконец, обнял, укрыл своим плащом и увез подальше от этой пещеры. Эрмери замер, его ладонь все еще находилась у моего лица, и я чувствовала, как его дыхание участилось.
Император поднял руку. Я уже видела, как он касается белоснежного плеча Оливии… но вместо объятия правитель жестко перехватил ее запястье, удерживая девушку на расстоянии от себя.
— Если тебе страшно, служанка, возвращайся к капитану Мореку, — отчеканил он, и в его синих глазах снова вспыхнуло то самое демоническое пламя. — Мне не нужна слабая женщина. Мне нужна Лириэль. И если ты не знаешь, где она, ты для меня бесполезна.
Он оттолкнул ее руку и снова резко повернулся к нашему гроту. Его магическое чутье, подстегнутое яростью, явно указывало на то, что пустота впереди — вовсе не пустая.
— Эрмери! — закричал он в нутро пещеры, и от этого звука по камням побежали трещины. — Я знаю, что ты там! Выходи и выводи ее, пока я не обрушил этот свод на ваши головы!
Эрмери среагировал мгновенно, стоило голосу Императора отразиться от сводов нашего убежища. Он не стал дожидаться, пока монарх начнет крушить скалы, и вместо этого мягко, но решительно оттолкнул меня вглубь грота, туда, где за выступом чернела узкая, едва приметная расщелина.
— Бегите вглубь через расщелину, — шепнул он мне, и его голос был лишен малейших признаков страха. — Там есть выход к старому руслу ручья. Я задержу Императора, пока он не придет в себя или пока действие средства императрицы не ослабнет.
Я хотела возразить, но Эрмери уже развернулся и уверенным шагом направился к выходу из грота. Его силуэт четко обрисовывался на фоне туманного света снаружи.
— Ваше Величество, — произнес советник, выходя под прицел яростного взгляда своего господина. — Вам стоит успокоиться. Вы пугаете леди Лириэль больше, чем Черный лес и все его обитатели вместе взятые.
Император замер, его рука, уже занесенная для магического удара, неспешно опустилась. Он смотрел на Эрмери, на лучшего друга, и в его глазах закипало нечто потяжелее обычного гнева.
— Где она? — прорычал монарх, игнорируя попытку Эрмери воззвать к разуму. — Отойди с дороги, пока я не забыл, сколько лет мы сражались плечом к плечу.
Оливия, стоявшая чуть поодаль, во все глаза смотрела на вышедшего из пещеры Эрмери. Ее план по соблазнению Императора рушился на глазах, сменяясь мужскими разборками, в которых ей не было места.
Я же, повинуясь приказу Эрмери, боком протиснулась в холодную щель расщелины. Камень обжигал холодом даже сквозь плотную ткань костюма для верховой езды, а впереди ждала полная темнота. Но оставаться там, где Император вот-вот мог потерять последний контроль над своей «яростью», было еще опаснее.
И вдруг позади стало тихо. Так жутко и пугающе тихо.
Я остановилась.
Тишина за спиной давила сильнее, чем каменные своды грота. В голове вспыхнуло воспоминание о бледности Эрмери, об обжигающем жаре его кожи и о той страшной ране, которую я сама ему перевязывала всего пару дней назад.
Этот человек, рискуя собой, закрывал меня от гнева Императора, пока его собственное тело едва держалось на эльфийском сиропе и моей упрямой заботе. Если я сейчас уйду, за мой побег и «неподчинение» отвечать будет он — раненый, истощенный и единственный, кто встал на мою сторону.
— Бесхребетная идиотка, — прошипела я сама себе, чувствуя, как кулаки сжимаются до боли.
Проклиная собственную нерешительность и этот проклятый сюжет, который заставлял меня делать выбор между страхом и совестью, я развернулась. Пробираясь обратно через узкий лаз, чувствовала, как паника сменяется холодной злостью на Императора, на тетушку и даже на Оливию, чьи «козыри» оказались бесполезны.
Когда я снова оказалась в основном зале грота, голос Императора снаружи звучал уже не просто как приказ, а как обещание неминуемой расправы над советником.
— Эрмери, — рычал монарх, и я почти видела, как его магия искажает воздух вокруг. — Где. Она. Находится?
Я вышла из тени пещеры, сбросив с головы платок Эрмери, чтобы мое лицо, бледное от ярости и решимости, было четко видно в сумраке.
— Я здесь, Ваше Величество! — выкрикнула, выходя за спину Эрмери и вставая рядом с ним.
Император замер. Оливия ахнула, прикрыв рот ладонью. А Эрмери лишь слегка повернул голову, и в его серо-голубых глазах промелькнуло такое отчаяние, что у меня перехватило дыхание.
— Охота окончена, — произнесла я, глядя прямо в демонические глаза Императора. — Эрмери тут не причем. Если вам так нужно «удовольствие», то оставьте в покое раненого человека и делайте то, зачем приехали. Но имейте в виду — вы мне отвратительны. Просто отвратительны!
Слова сорвались с моих губ прежде, чем я успела осознать последствия, и в воздухе повисла такая звенящая тишина, что было слышно, как туман оседает на камни. Император застыл, и в его глазах, все еще затянутых демонической пеленой возбуждающего яда, отразилось нечто, похожее трещину во льду. Его рука, сжимавшая мой сапфировый плащ, плавно опустилась, а пальцы разжались, позволяя дорогому бархату бесформенной грудой рухнуть в грязь.
— Отвратителен? — переспросил он практически шепотом.
Он сделал шаг вперед, и Эрмери, несмотря на мое сопротивление, решительно задвинул меня себе за спину, закрывая своим телом.
— Значит, раненый советник вызывает у тебя жалость, а я — лишь отвращение? — его голос вибрировал от сдерживаемой магии, которая заставляла мелкие камни у входа в грот мелко подрагивать. — Ты вернулась не из преданности мне, а чтобы спасти его? Ты променяла Императора на слугу.
Он внезапно рассмеялся — сухо и надломленно.
— Хорошо, Лириэль. Охота действительно окончена. И раз ты сама пришла за своим призом, то получишь его сполна.
Он резко вскинул руку, и я не успела даже вскрикнуть, как Эрмери оказался скован магическими цепями, которые прижали его к стене грота. Советник глухо застонал, но тут же смолк и сделал вид, что он в полном порядке.
— Нет! — вырвалось у меня.
— Тихо! — прошипел Император, и в следующее мгновение он оказался в
