Мама для Солнышка, или Как воспитать дракона - Лия Совушкина

— Откуда?!

— Настоящая леди всегда готова к дипломатическим переговорам, — ответила я с важным видом, не упоминая, что стащила пряник с кухни, пока кухарка не видела.

Мы закончили урок под вечер. Книга лежала раскрытая, страницы чуть колыхались от сквозняка. Люми дремала, уронив голову мне на плечо. Я смотрела на золотой отблеск заката, скользящий по корешкам книг, и думала, как странно меняются мечты. Когда-то я хотела ребёнка, чтобы не чувствовать себя одинокой. Теперь же понимала: это не я спасала её — а она спасает меня.

Я тихо провела рукой по её волосам, чувствуя лёгкое дыхание.

— Всё у нас получится, — шепнула я. — Просто нужно время.

Ответом стало лёгкое, сонное:

— Угу… мисс мудрая наставница…

Я улыбнулась. Кажется, титул закрепился официально. Осторожно подняв малышку на руки и кряхтя от детского веса, я вышла и библиотеки. Сегодня мы ни разу не встретились с Дорианом, который улетел по делам и ещё не возвращался. Выходя на ужин, который сделали пару часов назад, никто из слуг не располагал новостями. Впрочем, Люми не слишком грустила, либо же не показывала мне своей печали.

Отнеся девочку в комнату и уложив в постель, я вернулась к себе. В этот вечер позволила себе понежиться в ванной, наслаждаясь горячей водой. Странная татуировка на руке мерцала загадочным светом, словно переливаясь в свете свечей. Красиво, но странно. От неё исходило тепло, и спокойствие, от которого клонило в сон.

Поняв, что вот-вот усну, поскорее выбралась из ванной. Укутавшись в халат, вышла в спальню. По полу скользил луч лунного света, а мебель бросала причудливые тени повсюду, куда падал свет из окна. Поленья тихо потрескивали в камине, горя ровным светом. Забравшись под одеяло, я накрылась им с головой.

Вместо сна ко мне пришли воспоминания, от которых на глаза навернулись слёзы. Родные, мои дорогие братья и сестры, наверное, сейчас в трауре. Страшно представить, что произошло в моём родном мире. Перенеслась ли Лили в моё тело, или же оно осталось бездушной оболочкой, которую предали земле? Я никогда не узнаю этого, но одно ясно точно: мне никогда больше не доведётся увидеть семью.

Не пройтись по магазинам в шумной компании, не посидеть за праздничным столом в канун Рождества и Нового года. Не увидеть племянников взрослыми, идущими в школу и университет. Из глаз брызнули слёзы, и я кусала губы, сдерживая рвущийся наружу вой. Почему я попала сюда? Зачем? Неужели мои родители похоронят меня, хоть я ещё жива и здорова? Боже, как же болит душа.

Глава 15

Глава 15

Солнце стояло высоко, лучи пробивались сквозь витражи библиотеки и рассыпались по полу цветными осколками. Воздух пах пылью, бумагой и чем-то сладким — может, тем же пряником, который я вчера выудила из кармана. Люми сидела за столом, подперев щёку рукой, и с сосредоточенным видом рисовала на листке пером… человечка в платье и с короной.

— Это я, — заявила малышка, не отрываясь от рисунка. — Я — леди.

— Очень похожа, — подтвердила я. — Особенно корона. Только настоящие леди обычно не носят сапоги по колено.

— Но в платье холодно! — возмутилась Люми. — А сапоги тёплые.

— С этим не поспоришь, — вздохнула я. — Жаль, что автор этого монстра этикета не учёл температуру в замках.

Мы обе рассмеялись. В библиотеке стало как-то особенно светло — от детского смеха стены будто становились мягче. Сегодняшнее занятие шло лениво: мы перечитывали главы про манеры в гостях, и я старалась переводить надменные формулировки на человеческий язык. Утром мне было тяжело подняться, да и лицо опухло от слёз. Но холодное умывание слегка исправило ситуацию, а общество Люми и вовсе прогнало печальные мысли.

— «Леди не должна говорить первой, если к ней не обратились», — прочитала я и закатила глаза. — Так и вижу: сидишь ты, молчишь, пока все обсуждают погоду, а потом тебя спрашивают, как жизнь, а ты — «прекрасно, я здесь просто существую».

— Это глупое правило, — категорично заявила девочка хмурясь.

— Полностью согласна. Скажем ему «фу» и вычеркнем, — улыбнувшись, ответила я.

Малышка радостно перечеркнула строчку пером, и у нас обеих от этого было чувство маленькой, но значимой победы. Пусть в реальности оно никуда не делось, но сейчас мы могли порадоваться. Уверена, Люми всё равно запомнит и будет следовать всем выученным правилам. Просто ради того, чтобы все знали, что она умная и способная ученица.

— Лили, — спросила девочка через пару минут, — а правда, что мальчики всегда должны быть главными?

Я замерла, глядя на строчки перед собой, но потом медленно закрыла книгу.

— Кто тебе это сказал?

— Ну… все говорят. В книгах, в городе, даже служанки считают, что мальчики решают, а девочки слушают. Потому что у мальчиков сила и власть. — Задумавшись, ответила малышка.

В её словах не было злости — просто факты, которые она впитала с детства. Однако в голосе звучала усталость, не по возрасту глубокая. В который раз меня удивил подход жителей этого мира к воспитанию, и знаниям, что вдалбливают в детские головы. Не удивительно, что в прошлом у женщин было мало прав, а вот обязанностей хоть удавиться.

— А знаешь, что интересно? — начала я, складывая руки на столе. — Силу ведь можно мерить по-разному.

Люми приподняла бровь.

— Как это?

— Вот смотри. Мальчики действительно сильные — у них мышцы, громкий голос, они могут сражаться, защищать, махать мечом. Но сила — это не только про то, кто кого ударит.

— А про что тогда? — заинтересованно уточнила малышка.

— Она про тех, кто способен не ударить, даже когда хочется. Кто может защитить, а не разрушить. Силу даёт умение выслушать, простить, и не стыдиться чувств.

Девочка слушала затаив дыхание.

— Девочки умеют быть мягкими, — продолжила я. — Это не слабость. Это как вода — она кажется лёгкой, но способна точить камень.

Я поймала её взгляд: в этих серебристых глазах отражался солнечный блик.

— Сила девочки в том, что она может быть разной. Хочет — смеётся, хочет — плачет, хочет — учит других. Это не делает её глупой. Это делает её живой.

— Но ведь мальчики тоже иногда бывают добрые, — после недолгого