Мой первый встречный: случайная жена зельевара (СИ) - Лариса Петровичева

Кажется, я закричала — вернее, замычала, уткнувшись лицом в подушку. Вскоре хватка ослабла, Кассиан выпустил меня и, перевернувшись и отползая от него подальше, я увидела, как он запустил руку в волосы, словно злился на самого себя.

— Флер? — окликнул он. — Это ты? Прости.

— Это я, — прошептала я. Боль разливалась от руки по всему телу — да смогу ли я завтра пошевелиться после такого? — Вы всегда так заламываете людей?

Кассиан ушел за шкаф, и я услышала, как он открывает одну из полок и звенит склянками. Вернувшись, он показал мне плоскую баночку с мазью и велел:

— Спустите рукав, я нанесу вот это.

Я машинально повиновалась. Ночная сорочка легко поддалась, ткань сползла по плечу, обнажив кожу. И тут меня накрыло странное волнение: сейчас ко мне прикоснется мужчина. Не доктор, который просто делает свою работу, не случайный кавалер на балу — а мой муж.

Он зачерпнул мазь и принялся втирать ее в кожу — уверенно, профессионально. С каждым движением по моей коже пробегали искры — то ли от мази, то ли от его прикосновений. Я задержала дыхание, боясь, что он услышит, как бешено стучит сердце.

— Простите, Флер, — произнес Кассиан с искренней горечью. — Я очень много времени провожу в полевых условиях, забираюсь в такие места, где не гуляют прекрасные барышни, а шастают порождения тьмы. Промедлишь — и оно отхватит голову.

Я понимающе кивнула. Боль отступала, но смущение и другое чувство — сильное, властное, горячее, которого я еще не знала — лишь росли.

Мне не хотелось, чтобы он убирал пальцы. Это, вообще-то, было ужасным — я благородная девица из достойной семьи и не должна так трепетать перед мужчиной. Но все во мне сейчас звенело и плыло навстречу Кассиану. Это была странная жажда, которую испытывало не тело в жаркий день, а душа.

— Простите еще раз. Наверно, мне пора отвыкать от полевых привычек. И привыкнуть уже к тому, что рядом со мной хороший человек.

Он убрал руку, и моя душа потянулась за его пальцами, словно по лунной нити. Я поправила рукав, села поудобнее и заметила:

— Вы ведь собирались жениться однажды. Остепениться. Вдруг ваша жена прикоснется к вам ночью, во сне?

Кассиан снова запустил руки в волосы. Дернул пряди, отпустил.

— Честно говоря, я и не думал о создании семьи. Правда! — он искренне посмотрел на меня, улыбнулся. — Сами видите, сколько у меня проблем. И нагружать ими девушку, которая ни в чем не виновата… — он сделал паузу. — Впрочем, уже нагрузил.

Я ободряюще дотронулась до его запястья. Кассиан посмотрел так, словно точно не ожидал этого после своего броска.

— Вы меня спасли, — сказала я. — Защищали мою честь. Так что если у вас есть еще какие-то проблемы… ну, можете спокойно меня ими грузить! Ничего не имею против.

Кассиан вздохнул, и я вдруг испугалась, что он отстранится. Что странная магия лунной осенней ночи, которая соединяла нас, возьмет и оборвется, и мы снова останемся одни — каждый со своей жизнью, со своими печалями и радостями.

— Вам не нужна жена, — продолжала я. — Но вам нужен друг. Близкий друг, который будет вас понимать. Заботиться.

Он накрыл мою руку своей, и я растерянно подумала, что говорю не то и не так. Что выгляжу полной дурой. Предлагаю дружбу! Кто я такая, кому вообще нужна моя дружба?

Но Кассиан лишь улыбнулся и посмотрел так, словно был мне бесконечно благодарен. Словно я неожиданно для себя самой сделала что-то очень важное — что-то такое, чего он всегда хотел, но давно перестал ждать.

— Отличная мысль, — произнес Кассиан: он, казалось, растерялся и сам не знал, как выразить то, что на душе — просто потому, что ему давно не приходилось об этом говорить. — Будем помогать друг другу… может, из этого и вырастет что-то большее.

— Вам бы этого хотелось?

— А вам?

— Не знаю, — ответила я. — Но вы очень хороший человек, Кассиан. Как сказочный принц, который приходит и спасает девушек от драконов. Как можно…

“...не влюбиться в вас?” — подумала я и вовремя прикусила язык.

Мы ведь знакомы каких-то два дня. Да, я благодарна, да, Кассиан замечательный, но не рано ли говорить о влюбленности? О чувствах?

Он понял, что я окончательно смутилась, покосился в сторону лунной дорожки на полу и сказал:

— Давайте спать, Флер. Завтра у нас пять пар с утра до вечера.

Я кивнула и ушла за стену — вытянулась на кровати, пытаясь успокоить хоровод мыслей и чувств, который неожиданно закружился в голове. Скрипнула кровать за стеной — Кассиан тоже лег и негромко произнес:

— Доброй ночи, Флер.

— Доброй ночи, Кассиан, — откликнулась я.

Хоть бы уснуть. Хоть бы получилось уснуть.

Глава 4

Кассиан поднялся в четыре утра — сквозь сон я слышала, как он вышел из комнаты. Как можно вставать в такую рань, это просто бесчеловечно. Особенно, если пол-ночи мучаешься.

Но и мне поспать не удалось — некоторое время я вертелась в кровати, пытаясь устроиться поудобнее, но сон ушел и не хотел возвращаться. Со вздохом встав и приведя себя в порядок, я выглянула в окно. Ночь была безоблачная, светлая, и здание оранжереи, которое расположилось за жилым корпусом, сияло в ней, как причудливо ограненный драгоценный камень. За стеклами виднелись лохматые прически растений, и среди них медленно плыла человеческая тень.

Кассиан пошел в оранжерею? Собрать какие-то растения для занятий? Некоторые травы для зелий надо было собирать утром — тогда они надолго сохраняли свою силу.

Почему бы и мне туда не заглянуть, раз уж я помощница зельевара?

Ранним осенним утром, в безмолвной густой тьме, жилой корпус казался вымершим. Из-за дверей не доносилось ни звука, даже воздух казался каким-то густым и застывшим. Ни шороха, ни вздоха, даже домовые не скользили тенями по стенам. Я бесшумно спустилась по лестнице к выходу, и странное колючее чувство заставляло меня постоянно оглядываться.

Кто может напасть в академии? Я ведь не лунная лиса. На меня некому охотиться.

Но тревога не уходила.

Стоило выйти, как напряжение отступило. Вдалеке по дорожке брел сторож, покуривая трубочку, и терпкий запах его табака далеко плыл в чистом осеннем воздухе. Дверь в оранжерею была приоткрыта — я быстрым шагом прошла туда, заглянула внутрь и позвала:

— Кассиан? Вы здесь?

Воздух в оранжерее был густым, пропитанным запахом влажной земли, свежей зелени и чего-то сладковато-приторного. Безупречно прозрачные своды купались в потоках золотистого света. Бесконечные ряды кадок из полированного