Жена тёмного бога - Элис Айт

Аштар порывисто поднялся с кресла и отвернулся к окну. Его ладони сжались в кулаки.

– Ты не имела права решать за меня.

Голос звучал глухо.

– Но решила, – спокойно ответила я. – Как ты за меня – десятки раз до того. Может быть, это был некрасивый поступок, но не жди, что я о нем пожалею.

– Мэль… – начал он, но я не собиралась слушать упреки.

– У нас будет сын.

Он повернулся ко мне. Глаза округлились.

– Откуда ты знаешь?

– Ну, сначала беременность предположил господин Ифран, когда осматривал меня пару дней назад, но я не поверила. Потом это подтвердила Ланона.

– Это могла быть манипуляция, – отрезал он. – Чтобы ты поступила именно так, как ей нужно.

– Нет, она обо всем сказала уже после того, как я отдала искры нашей божественности. Договор был исполнен, Ланону ничто не заставляло сообщать мне о беременности. Это был жест благодарности с ее стороны. Хотя в такое, пожалуй, трудновато поверить, учитывая ее характер, – саркастично заметила я.

Аштар вновь отвернулся. Он все еще сжимал кулаки. Кадык дернулся, выдавая волнение.

– Можешь меня возненавидеть и уйти, – тихо сказала я. – По сенавийским традициям мы так и остались не женаты. На меня, конечно, посмотрят косо, но простят. Впрочем, мне не важно, как к этому отнесутся. Я буду любить тебя всегда.

А теперь обращенный на меня взгляд полыхнул гневом.

– Ты в самом деле думаешь, что я брошу нашего ребенка – и тебя, беременную им?

– Ты же собирался сделать это вчера. И тебя в этом ничто не смущало.

Он с шумом выпустил воздух сквозь зубы и медленно сел обратно в кресло. Кулаки наконец разжались, а в глазах появилось новое выражение.

– Вчера я не знал, что это правда.

– Если бы и знал, то не изменил бы решения, – я пожала плечами. – Брось, Аштар. Я успела неплохо тебя изучить и предлагаю тебе выбор. Либо ты прямо сейчас уходишь, посвящаешь себя без остатка делу укрепления мира между Берзаном и Сенавией и мы больше никогда не встречаемся, либо ты наконец даешь себе шанс стать счастливым. У тебя впереди еще полтора века долгой эльфийской жизни, у меня – хорошо, если пятьдесят лет. По твоим меркам я состарюсь за какие-то мгновения, и мне хочется, чтобы мы хотя бы эти крохи провели вместе, в радости. Я не стану тебе запрещать работать на благо двух стран и взамен надеюсь, что ты не будешь мешать мне заниматься плантациями, однако мое маленькое женское сердце никогда не сможет вместить кроме тебя, наших детей и Дисы еще и весь берзанский народ. Я всегда буду ставить на первое место семью, но я не Аннатэ, и все дроу в мире в мое понятие семьи не входят. Мне не нужны политика, магия, игры богов и вся прочая дрянь, раз уж из-за них я чуть не лишилась Дисы, тебя, а потом и сына. Впредь я собираюсь держаться от всего этого подальше. Если это будет означать разрыв с тобой… Я на него согласна. Живой, пусть и ненавидящий меня, ты мне важнее, чем мертвый, зато любящий.

Аштар вдруг рассмеялся. Не злобно и не горько, а, к моему удивлению, с облегчением. Затем он поднялся и протянул мне ладонь. Не переставая изумляться, я поставила кофе на стол и приняла ладонь.

В следующий же миг я оказалась в тесных объятиях дроу.

– Мэль, – его голос был тихим-тихим. – Только ты могла спасти весь мир, не пролив ни капли крови, и объявить, что сделала это из чистого эгоизма.

– Вообще-то не совсем из чистого, – проворчала я. – Например, я еще беспокоилась о Хведере с Элаем.

– И ты устроила им хорошую жизнь. Весь Эсаргос поет Элаю хвалу за то, что он защитил страну от брата-предателя. Даже сторонники Хашима уже с трудом могут сообразить, почему выступали против нового короля. Ну а Хведер, думаю, и так неплохо бы устроился. Он способный парень.

– Ради справедливости, – вздохнула я, – еще придется заняться восстановлением разрушенного Тайеза. И я не имею представления, что с моим поместьем. Оно может лежать в руинах.

– Видишь, сначала нужно разузнать, есть ли нам куда возвращаться, – хитро ответил Аштар. – То есть в любом случае придется задержаться в Эсаргосе.

– И привыкнуть к нашим новым ролям, – кивнула я.

– А заодно пожениться в соответствии с вашими традициями. Между прочим, я не отказываюсь от того, чтобы взять твою фамилию.

Я отстранилась, пораженно вглядываясь в его улыбающееся лицо.

– И ты сделаешь это? Ты – атар-дарзарат, воплощение Тахата, примешь фамилию какой-то хозяйки плантаций?

– Наверное, ты права, – кивнул он. – Я так долго исподволь перекраивал расстановку сил в нашей части континента, что стал опасен для него, и неизвестно, до чего бы могло дойти, сохрани я силу бога. Я сыграл свою роль, пора покинуть сцену и уступить место другим героям. И в конце концов, разве не может берзанский посол доброй воли быть еще и сенавийским плантатором?

– Может, – прошептала я и радостно прижалась к его груди.

– Значит, решено, – подытожил Аштар и хмыкнул: – На сей раз – нами обоими.

Эпилог

Примерно восемь месяцев спустя

За окном раздались громкие хлопки. Я невольно отвлеклась от деловых бумаг и выглянула во двор.

Над городским поместьем, едва не задевая крыши когтистыми лапами, пролетели три дракона: зеленый, белый и синий – и устремились к гавани Тайеза. Кусты рододендрона и кроны апельсинов-бергамотов напротив окна еще покачивались, потревоженные мощными взмахами гигантских крыльев. Под деревьями, прячась в тени, спорили Аштар и Веласко.

Я улыбнулась, глядя на яростно жестикулирующего дракона и сдержанного дроу, эмоции которого выдавали лишь полыхающие глаза.

Мы давно вернулись в Тайез, который пострадал от нападения барайшатцев сильнее Эсаргоса и требовал умелого, чуткого руководства при восстановлении. Дворец в самом деле превратился в груду обломков, и я даже прослезилась, когда впервые