Всеслава - Тина Крав

Обогнув ристалище, таинственный незнакомец прошел вокруг дома, туда, где были построены амбары, возвышающиеся на дубовых сваях, в темноте похожие на сказочные избушки на курьих ножках. Остановившись у двери, он бросил взгляд вокруг, достал ключ и открыв дверь вошел внутрь. Слава, воровато оглядевшись подбежала к двери, слегка приоткрыв ее. Войти внутрь она не решилась. Вдруг ее тут ненароком запрут. Что она потом скажет?

— Тише ты! — донесся до нее голос Гостомысла, и она напряглась. — Не хватает еще чтобы нас услышали. Ты такое просто не задание выполнить не смог. А еще ватажник!

— Дык сами и пробуйте его убить. Он же не человек. Зверь. За версту ловушку чует. Я, итак, сделал все что мог. Думал он от этой раны к Марене отправится. А он, иноземец проклятый, выжил. Небось Славка его выходила.

Услад! Девушка чуть не закричала, но вовремя остановилась. Зажав рот рукой, прислушалась к приглушенным голосам.

— Выходила… он на следующий день с Остромыслом уже подрался. Не мог ему шею перерезать?

Славе стало дуро. Так они про Искро говорят? Значит это Услад ранил его? По наитию Гостомысла? Ее кулаки сжались. Вот гады ползучие!

— А ты сам пробовал с ним биться? Я со спины напал. Он все равно сумел выкрутиться. Даже не смотря на нож в спине. Там еще мальчишка какой-то бы. Он меня и спугнул, а то бы добил это скобленное рыло.

— Да заткись ты, лоший! — недовольно пробурчал Гостомысл. — Не смог сделать, так и не пыжься. А мне это было бы на руку, коли бы этот чужеяд к предкам отправился.

— Я-то понятно чего ему смертушки желаю. Ватажников, у которых я жил он истребил. Нас теперь горстка осталась. А тебе чем не мил стал? Вроде бы одному князю служите?

— Не твое собачье дело! — прорычал Гостомысл. — Твое дело было его к Марене отправить. Тогда бы баба его мне досталась.

— Славка тебе зачем? Ведь нет в ней ничего.

Гостомысл зашипел и набросился на Услада. Тот захрипел, когда ему сдавили горло.

— Не она мне нужна, негораздок. Такие бабы в теле на рынке ценятся. С нее столько золотых можно взять, что тебе и не снилось. Даже теперь, после того, как она со степняком была. Они работящие. А многим такие в хозяйстве нужны. Вот и покупают их. Не для плотских утех, а чтобы пахали, как лошади. За еду и крышу над головой.

— Вот как… — хрипло протянул Услад, и Слава невольно подумала, что ему пришлась по душе эта идея. Зря Гостомысл этому лошему все рассказал.

— Смотри, не проболтайся, — рыкнул Гостомысл. — Князю смерть Искро не нужна. Пока. А мне она очень на руку будет. Да князь что-то удумал. Ждет тебя.

— И не собираюсь я с ним говорить…

— Та то ты. А князь тебя видеть желает. Но помни. Слово лишнее ему молвишь, на тот свет отправишься.

— Да понял, я понял — огрызнулся Услад, — веди уж к своему князю. Узнаем почем я ему понадобился…

Поняв, что мужчины направляться ко входу, Слава бегом бросилась под высокие ступени амбара. Убежать она бы не успела. Притаившись под лестницей, прислушивалась к размеренно поскрипывающим под ногами мужиков деревянным ступеням. Сидя согнувшись в три погибели и закусив губу, она молилась всем богам, чтобы только ее не обнаружили. И лишь когда темные тени скрылись за поворотом, она позволила себе вылезти. Отряхнув юбку, задумчиво смотрела им вслед.

Искро. Надо срочно его найти и рассказать ему о том, что происходит. Девушка бросилась к избе.

— Верислав! — увидела она идущего к крыльцу дружинника. Тот оглянулся. — Искро где? Мне говорить с ним надобно.

— Ушел с отрядом. Говорят, на Мокрятино напали. Думаю, раньше утра не появиться.

С ее губ сорвался разочарованный вздох. Как все не вовремя происходит. И Услад этот. И нападения. Слава нахмурилась.

— Верислав, просить тебя хочу. Как Искро появиться, скажи, что видеть его желаю. Срочно.

Он вопросительно посмотрел на нее.

— Сказать, скажу. Да только сейчас повременила бы ты. Итак проблем…

— Верислав! — она схватила его за руку. — Пожалуйста! Это очень важно.

— Ладно, — махнул он рукой, — сами разбирайтесь. Пошли. До избы провожу.

Обреченно вздохнув, Слава направилась вслед за ним к дому. Только бы ничего плохого не случилось, думала она. Ох чует ее сердце, что беда им грозит. Да только как с ней справиться?

«Ладушка, береги его, — мысленно молила она богиню, — пускай живой домой вернется. А там мы поговорим. Ведь не просто так ты мне про Услада да Гостомысла открыла. Сбереги Искро для меня, Ладушка. Роптать не буду. Со всем справлюсь. Его защити, матушка»

Глава 29

Ревность

— Всеслава! — девушка вздрогнула, услышав этот голос за спиной. Протянув руку, взяла со стола нож и, пряча его за спиной, медленно обернулась. Перед ней стоял Осторомысл.

— Ты хорошо выглядишь, Всеслава.

— Что тебе надо, Осторомысл?

Он шагнул к ней, протягивая руку. Девушка отскочила в сторону, выставив перед собой нож.

— Еще шаг и на этот раз ты будешь валяться уже от моей руки, гадина.

Мужчина замер, пораженно глядя на нож в ее руке. Она посмела угрожать ему?

— Опусти нож, Всеслава. Не гоже руку на мужа подымать.

Ее глаза зло прищурились.

— Мой муж — Искро! Ты мне никто!

— Ошибаешься. Это степняк тебе никто. Но чтобы ты была уверена, я прошению князю отправил. На разводную запись.

— Что? — она аж задохнулась от возмущения. Как он посмел!

— После того, как ее подпишут, вы с Искро уже не будете считаться мужем и женой. И тогда ты станешь моей.

— Скорее степи потоп накроет, чем я стану твоей! И никто не посмеет отнять меня у мужа! Ясно, остолбень! Прочь с дороги!

Слава сделала угрожающий выпад вперед, как учил ее когда-то Искро, однако она не учла, что перед ней довольно неплохой дружинник. Выбросив вперед руку, он перехватил ее запястье, больно сжав его своими пальцами и вывернул руку за спину, прижимая девушку к себе. Нож выпал из ее пальцев. Вскрикнув от боли в руке, она попыталась ударить его по ноге, но он только поморщился.

— Видно