Жена тёмного бога - Элис Айт
На горизонте поднималось багровое зарево. Пылала одна из деревень, примыкавших к столице. Враги уже были у порога.
По улицам опять разлился колокольный звон, хотя вряд ли в нем все еще была нужда – отсветы пожара, наверное, виднелись отовсюду. Аштар все же дотронулся теплой ладонью до моей щеки и печально улыбнулся.
– Мы победим, – повторил он.
– Да, – спокойно сказала я, глядя ему в глаза.
Он развернулся и совсем другим тоном отдал стоящим рядом группам воинов приказы. Больше никакой грусти в голосе – только суровость, твердость и абсолютная уверенность. Берзанцы хором отозвались четким «эш, атар-дарзарат», что значило «есть, указующий путь», и Аштар сбежал с лестницы.
Возможно, это был последний раз, когда мы видели друг друга.
Зарево продолжало разрастаться. Странный гул повторился, на сей раз ближе. Что его вызывает, отсюда было не видно, но я предположила, что это рушатся полыхающие здания. Еще никогда раньше мне не случалось попадать в пожары – в каменном Тайезе они происходили крайне редко.
С Полей Атаны, где разместился один из отрядов, в воздух поднялся золотой дракон. Элай умудрялся блистать даже в ночи – каждый горящий в городе огонек отражался от его шкуры, переливаясь и создавая волшебное свечение. Король пролетел над улицами и опустился в другом месте, ненадолго исчезнув. Кажется, там находилось одно из укрытий.
Элай не бросал подданных и своим присутствием вместе с ободряющим словом старался вселить в них веру, что все будет хорошо.
Я надеялась, что он хотя бы сам в это верит.
А затем в отблесках зарева наконец стали различимы силуэты приближающихся к Эсаргосу крылатых ящеров. Отсюда они казались стаей птиц, только крупных. Всего-то с дом размером…
Теперь я понимала, почему Мирале ошибся, написав, что их около сотни, и почему другие свидетели посчитали, что драконов целая тысяча. Они сливались с ночным небом, становясь неразличимыми, а их гигантские тени, наоборот, искажались в пляске огня, сплетались в бешеном танце друг с другом, и падали на землю, перекрывая свет луны и звезд. Наблюдая за врагами издалека, с холодным разумом, я и то не смогла бы назвать их число, а у страха, как известно, глаза велики.
Рядом со мной Хведер переступил с ноги на ногу.
– Ты точно человек, Мелевин? – неожиданно поинтересовался он.
– Физически – да, – рассеянно ответила я, вглядываясь в оранжевое марево на юге. – А что?
– Да, по-моему, даже вон то мраморное изваяние над фонтаном уже занервничало, а ты остаешься спокойной. Вот мне и стало любопытно: это какой-то особый курс подготовки, который проходят все божественные воплощения, чтобы у окружающих не возникало ни капли сомнения в их всемогуществе, или ты просто уверена в своем бессмертии?
Я тихо фыркнула.
– Очевидно, из нас двоих у тебя нервы крепче, потому что мне и в голову не приходит шутить в такой ситуации.
– А это ни хрена джинньего не шутка, Мелевин, – серьезно ответил маг. – Я не раз бывал в переделках, из которых по-хорошему не должен был выйти живым. Буквально вчера, как ты знаешь, Аштар меня опять отсылал на верную смерть, вручив сосуд с ифритом и заставив пробраться в сердце вражеской армии. По идее мне следовало привыкнуть, но демона с два – мне все еще так страшно, что впору припомнить идиотские армейские шутки про запасные штаны. Ты же паникующей не выглядишь совсем. В чем секрет?
– В том, что я в юбке.
Ржание Хведера посреди напряженной тишины, стоявшей на крепостной стене, звучало до дикости неуместно. Несколько дроу оглянулись на нас, смерив недовольными взглядами. Мы как будто нарушали некий сакральный момент.
– Ладно, – слегка успокоившись, северянин вытер заслезившиеся от смеха глаза. – А в самом деле?
– В самом деле перед атакой меня так разозлил Аштар, что сложно думать о чем-то другом, – призналась я. – Если бы не это, я бы, наверное, сжалась где-нибудь в уголке и хныкала от ужаса. Никакого бессмертия у меня нет – в случае моей гибели продолжит жить лишь частичка души Аннатэ, которая содержится где-то внутри меня. Ну а я сама, как и все люди, отправлюсь в загробный мир.
– Ясно. Значит, Аштар тебя так выбесил, что это оказалось сильнее, чем страх смерти. Из вас двоих отличная пара. Как вы друг друга сами еще не поубивали?
– Сама не знаю. Отношения у нас и правда… странные. Может, мы в них и разберемся, если выживем.
И в этот миг первый из драконов достиг Эсаргоса.
Струя пламени пролилась как будто из некой дыры в пространстве – темный драконий силуэт сливался с антрацитовым небом. Трущобы на городской окраине мгновенно занялись огнем. Я надеялась, что у их жителей хватило ума первыми убраться оттуда как можно дальше – в деревянных хибарах, крытых соломой, не было и шанса на выживание.
Пожар не должен был перекинуться оттуда на сам город. Эсаргос с древних времен окружало еще одно кольцо крепостных стен – намного более широкое, чем дворцовое, на котором сейчас стояли мы с Хведером. А перед этим внешним кольцом ширились рвы. За последние дни их вновь расчистили, создав естественное препятствие и для огня, и для войска Бейхара, которое, к счастью, все равно не стало атаковать столицу.
Всего через миг район трущоб подожгли с противоположной стороны. Воздух стал наполняться хлопками гигантских крыльев, на фоне зарева проявлялось все больше драконьих теней. Пожалуй, их пока было всего два-три десятка – остальных задержал отряд Веласко.
Но даже столько – это слишком много.
Я невольно закусила губу. Уже третий, потом четвертый дракон плюнули огнем в дома бедняков, окружая Эсаргос кольцом пламени. Почему маги бездействуют? Почему до сих пор не показался Элай? Чего он ждет?
Я знала наш план боевых действий – большую его часть, по крайней мере, – но не могла не нервничать. Руки сцепились в замок сами собой, и я обнаружила, что мои челюсти плотно сжаты. Страх наконец напомнил о себе, и напряжение наполнило тело.
– Сейчас, ну же… – пробормотал рядом Хведер, пристально вглядываясь в окраины.
Ответом ему стал грохот.
Над внешней крепостной стеной пролетели валуны, выпущенные из катапульт. Один пронесся мимо и рухнул куда-то в
