Женское предчувствие - София Брайт
– Чур, мне омлет, – заходит следом за сестрой Сава.
Я наблюдаю, как они возятся у холодильника, и чувствую, как что-то внутри меня тает.
Это мой мир. И я готова бороться за него.
Эпилог
Спустя три года
– Мам, Булка проснулась, – басит Сава, заглядывая на кухню.
– Сейчас, сын, я почти закончила, – киваю на чашку чая и тарелку, на которой лежит корка от пирога.
– Не торопись. Я отвлеку ее. Это я так, чтобы ты была в курсе, – улыбается мой почти взрослый сын, постепенно превращающийся в юношу, и уходит в детскую, откуда доносится его бубнеж.
Я же спокойно допиваю свой чай, доедаю пирог и, когда иду сменить сына, сталкиваюсь у дверей с Андреем и Нелли.
– Привет! Вы уже вернулись? – целую в щеку дочь, а муж сразу ловит меня в объятия, прижимаясь губами.
– Да, Анна Ивановна раньше отпустила. Сказала, что завтра мы должны быть в двенадцать во дворце культуры.
– Значит, будем, – не собираюсь пропустить премьеру своей дочки.
– Привет! – низко говорит Андрей, потершись носом о мой висок, крепче обнимая за талию. – Малышка не дала тебе отдохнуть?
– Она только проснулась, поэтому у меня даже получилось немного поработать над новой детской коллекцией, – обнимаю его и прижимаюсь щекой к широкой груди.
– После того, что принцесса устроила ночью, я думал, ты будешь спать вместе с ней, но никак не работать, – в его голосе слышатся нотки возмущения.
– Да какое спать? Когда я так переживаю перед премией… – цепляюсь еще крепче за мужа.
Через два дня состоится премия “Дизайнер года”, и я вся как на иголках. Потому что с недавних пор больше специализируюсь на детской одежде. Почему-то не хочется одевать женщин, которые захотят в моей одежде влезать в чужие семьи.
– Ты обязательно ее получишь.
– Мне бы твою уверенность, – вздыхаю тяжело.
– А еще ты там будешь самая красивая, – целует меня в макушку.
– Ну и льстец ты, Андрей. Я теперь не та хрупкая лань, что влезала в сороковой размер… – после третьих родов вес уходит гораздо медленнее, и у меня еще как минимум шесть лишних кило.
– И я балдею от твоих новых форм, – сжимает мою ягодицу. – А в том платье, что ты сшила, ты выглядишь как настоящая богиня, – продолжает поднимать мою самооценку муж.
– Правда? – поднимаю лицо кверху, заглядывая в глаза Андрею, потому что до сих пор не могу поверить, что нравлюсь ему в таком виде.
– Чистейшая! Ты моя самая красивая и сексуальная девочка, – целует он меня в губы.
– Фу-у-у! – раздается голос сына. – Идите в спальню. Тут, вообще-то, ваши дети ходят!
Мы с супругом тихо смеемся, и я прячу пылающее лицо на его груди.
– Ты пока умывайся, а я пойду к нашей Булочке.
Целую Андрея и направляюсь к детской комнате, где по факту наша четырехмесячная принцесса спит только днем. А ночь она проводит только в нашей спальне. Я ленивая мама, и мне не хочется лишний раз бродить по дому. Проще, когда дочка на расстоянии вытянутой руки.
Захожу в детскую, где Нелли, склонившись над кроваткой, корчит рожицы нашей младшей Булочке.
– Мам, смотри, она хохочет, – скашивает глаза и показывает язык, и наша младшенькая заливисто смеется.
– Эля, тебе нравится, когда старшая сестричка с тобой дурачится? – заглядываю в кроватку, и, увидев меня, дочь радостно хватает ртом воздух и дергает ручками и ножками. А я смотрю на то, какая она у нас получилась идеальная, и чувствую, как в груди прибывает молоко.
– Булка! – отвлекает от меня Эльвиру Нелли. – Смотри! – и снова кривляется, и Булочка продолжает хохотать.
– Молодец, – глажу по голове старшую дочь. – Иди, перекуси, пока пирог не остыл.
Нелли кивает и уходит, а я тяну руки к малышке и достаю ее из кроватки. Большие карие глаза, точь-в-точь как у Андрея, смотрят на меня с такой любовью, что я с ужасом думаю о том, что всего каких-то несколько месяцев назад ее еще не было в нашей жизни.
– Выспалась, моя сладкая? – улыбаюсь малышке, и она улыбается мне еще шире.
Три года назад я и подумать не могла, что мы решимся на третьего ребенка. Но после всей той истории с Алисой и Белогорским что-то в нас изменилось. Мы стали ближе, сильнее. И когда Андрей впервые заговорил о малыше, я не испугалась, но и не торопилась стать мамой снова. Все произошло в нужный момент. Тогда, когда мы снова стали близки и наши отношения окрепли настолько, что теперь я уверена, никто и никогда не сможет их разрушить.
За дверью слышны шаги.
– Ну как мои девочки? – Андрей заходит в комнату уже без пиджака, с расстегнутой рубашкой.
– Отлично, – улыбаюсь ему.
Он подходит, обнимает нас обеих, и Булочка тут же тянет к нему ручки.
– Привет, мое сокровище, – целует он в лоб малышку, и я таю от того, как он смотрит на нашу дочь.
Андрей без ума от Эльвиры. И поговаривает, что неплохо бы ей родить еще компаньона для шалостей. Так, как это было у наших старших детей. Ведь очень скоро они покинут наш дом, уехав учиться, а потом заведут свои семьи. А в нас еще столько сил и любви, что кажется, мы готовы объять ею весь мир.
Мы прошли через многое. Пережили увлечение Андрея другой женщиной, предательство друзей, угрозы, похищение… Но выстояли. И теперь наша семья – это не просто союз двух людей. Это крепость, которую не сломать.
– Поля, – Андрей поворачивается ко мне, держа Булочку на руках. – Спасибо.
– За что?
– За то, что не сдалась.
А я даже не представляю, что поступила бы иначе. Потому что это мои любимые люди, моя семья, и за каждого из них я буду бороться до последнего вздоха. Но самое главное, я знаю, что Андрей поступит так же, если того будут требовать обстоятельства.
– Не могло быть иначе.
И это правда. Каждая слезинка, ссора и каждое препятствие на пути к нашему счастью – все это привело нас сюда. К этому моменту. К
