Женское предчувствие - София Брайт

Я чувствую, как сердце сжимается от её слов. Полина действительно редко показывает свои слабости, особенно перед детьми. И то, что они застали ее в таком состоянии, только добавляет мне чувства вины.

– Мама расстроилась, – говорю я, стараясь звучать как можно мягче. – Но это не значит, что всё кончено. Мы просто переживаем сложный момент, и нам нужно время, чтобы всё обдумать.

– А почему вы ссоритесь? – спрашивает Савелий, наконец поднимая глаза на меня. – Вы же любите друг друга… – в последней фразе слышится надежда.

Я чувствую, как его слова бьют прямо в цель. Мы действительно всегда старались быть примером для детей, показывать, что семья – это что-то крепкое и нерушимое. И теперь, когда они стали свидетелями нашей первой крупной ссоры, я понимаю, что для них мир пошатнулся. Сейчас передо мной стоит задача не дать ему пойти трещинами.

– Иногда даже у идеальных пар бывают проблемы, – отвечаю я, стараясь не уходить в подробности. – Но это не значит, что мы перестаем быть семьёй. Мы просто… пытаемся найти выход из сложной ситуации.

– А что за ситуация? – настаивает Савелий, и я вижу, что он не собирается отступать.

Шумно вздыхаю, понимая, что теперь придется объяснять больше, чем я хотел бы.

– Видите ли, – начинаю я, выбирая слова, – иногда взрослые могут ошибаться. И я… допустил ошибку. Которая очень расстроила маму.

– Какую ошибку? – спрашивает Нелли, и её глаза становятся ещё больше.

В комнате мгновенно становится сложно дышать. Как объяснить детям, что их отец чуть не разрушил семью из-за мимолетного увлечения?

– Я… – начинаю я, но слова застревают в горле. – Я допустил ошибку, которая заставила маму усомниться во мне. Но я люблю её. И я люблю вас. И я сделаю всё, чтобы исправить то, что натворил.

– А мама простит тебя? – прикусывает нижнюю губу Нелли, и её голос звучит так тихо, что я едва слышу.

– Я надеюсь, – отвечаю я, чувствуя, как сердце сжимается от её вопроса. – Но для этого мне нужно время. И ваша поддержка.

– Мы всегда будем с тобой, пап, – твердо произносит Савелий, и его слова звучат так искренне, что я чувствую, как глаза начинают наполняться слезами.

– Спасибо, – говорю я, чувствуя, как комок подкатывает к горлу. – Это значит для меня очень много.

– А что мы можем сделать? – спрашивает Нелли, и я вижу, как она старается быть сильной.

– Просто будьте рядом с мамой, – говорю я, чувствуя, как голос дрожит. – И помните, что мы всё ещё семья. И что я люблю вас больше всего на свете.

Дети кивают, и я чувствую, как напряжение в комнате немного спадает. Но я знаю, что это только начало. Что мне предстоит долгий путь, чтобы вернуть доверие Полины. И что дети будут наблюдать за каждым моим шагом.

– А теперь, – говорю я, стараясь звучать бодрее, – давайте пойдём завтракать. И постараемся сделать этот день лучше, хорошо?

Дети кивают, и мы все вместе идём на кухню. Но даже за столом, среди привычных звуков и запахов, я чувствую, что тяжесть случившегося не отпускает никого из нас.

– А мама?

– Мы позовем ее позже, – подмигиваю, рассчитывая использовать этот момент для сближения с женой. – Приготовим омлет? – предлагаю. И наблюдая за тем, как бодро кивают дети, думаю, что я даже рад тому, что поговорил с ребятами.

– Главное, в школу не опоздать, – произносит дочь.

Сава на нее шикает, а я усмехаюсь, глядя на часы.

Рановато они соскочили. Похоже, даже им сложно спать, когда между родителями столько вопросов.

– У нас еще есть время, – приступаю к приготовлению завтрака, надеясь увидеть улыбку на лице жены.

Глава 21

Полина

Смотрю в окно спальни, но не вижу ничего. Будто меня окружает пустота. Рой мыслей в голове ни на мгновение не затихает. Жужжит и жалит, пытаясь свести меня с ума. И ничто не в состоянии остановить его.

После разговора с Андреем я спряталась у нам в комнате, собираясь взять себя в руки перед тем, как поднимать детей в школу.

Хотя после тяжёлого разговора с мужем теперь и не знаю, где взять сил, чтобы продолжать делать вид, будто все в порядке.

Меня разрывают на части противоречия. Должна ли я дать нам шанс преодолеть это испытание вместе или все же позволить мужу прежде разобраться в себе?

Часть меня унижена и растоптана тем, что у супруга есть чувства к другой женщине, но вторая моя часть требует, чтобы я думала головой и не отдавала любимого мужа на блюдечке с голубой каемочкой другой, требуя бороться за нашу семью и за его любовь.

Но сердце не может смириться с тем, что кто-то в его глазах смог затмить меня, вызвать у него эмоции, которые прежде относились только ко мне.

Слез уже не осталось. Но воспаленные глаза печет. Я должна прийти в себя как можно скорее, чтобы не показывать свою слабость. Но как быть сильной, когда всё внутри обливается кровью?

– Мам? – слышу я голос Нелли в приоткрытую дверь и оборачиваюсь, встречаясь с её испуганным взглядом.

– Да, солнце? Ты уже проснулась? – мгновенно сажусь на кровати и стараюсь улыбнуться, но чувствую, что улыбка получается фальшивой.

– Мы с Савой и папой приготовили завтрак, – говорит она, смущенно улыбаясь. – Поедем поедим?

– Вы уже приготовили завтрак? – мне кажется, что я ослышалась.

– Ну да… – краснеет она.

– Но… еще слишком рано. Когда вы успели?

– Встали пораньше, – отводит она глаза. И прежде чем я спрошу что-то еще, быстро добавляет: – В общем, мы тебя ждем! – закрывает она дверь.

Смотрю на деревянное полотно, чувствуя, как сердце сжимается от нежности. Не могу поверить, чтобы мои дети сами встали пораньше перед школой и приготовили завтрак. Это так на них не похоже. Или… или они что-то знают?

Я встаю с кровати, быстро привожу себя в порядок, сглаживаю следы бессонной ночи на лице и выхожу из комнаты. На кухне меня встречает неожиданная картина: стол