Двуликая жена. Доказательство любви - Мария Шарикова

-Я не сплю.

-Но ты отдыхаешь,-возразила я.-И это главное.

Он кивнул и снова посмотрел на дочь.

-Я никогда не думал, что буду счастлив,-сказал он после долгого молчания.-Когда мне сказали о болезни, я решил, что моя жизнь кончена. Что я не имею права ни на любовь, ни на семью, ни на будущее. А теперь…

Он замолчал, и я видела, как дрожат его руки, держащие нашу дочь.

-А теперь у меня есть ты,-продолжил он.-И она. И я не знаю, что я сделал, чтобы заслужить это.

-Ты заслужил это тем, что был собой,- ответила я.-Тем, что боролся. Тем, что не сдался.

Он протянул руку и взял меня за руку. Его пальцы были теплыми, спокойными.

-Я буду бороться,-сказал он.-Ради вас. Всегда.

Амелия пошевелилась во сне, и мы замерли, боясь её разбудить. Она была такой маленькой, такой хрупкой, такой совершенной. И глядя на неё, я знала: все, что мы пережили - боль, страх, сомнения, - всё было не зря. Ради этого мгновения. Ради неё.

Доктор Сингх остался в Грейсток-Холле ещё на несколько дней. Он осматривал Амелию, давал мне советы по кормлению, но больше всего он наблюдал за Лусианом.

-Он спит лучше,-сказал я однажды, когда мы остались вдвоем.-Не как здоровый человек, но лучше. Это благодаря вам.

-Это благодаря вам, леди,-покачал головой доктор.-Я только дал ему травы. А вы дали ему то, что важнее любых лекарств. Надежду. Любовь. Причину жить.

Я смотрела, как Лусиан гуляет по саду с Амелией на руках. Она была закутана в пушистое одеяльце, и он что-то говорил ей. Тихое, нежно, и она слушала, открывая глаза и снова закрывая их, словно всё, что ей было нужно, это его голос.

-Он будет жить,-сказал доктор Сингх.-Не знаю, сколько. Никто не знает. Но он будет жить. И он будет счастлив.

Я кивнула, не в силах говорить. Слезы текли по щекам, и я не вытирала их.

Через неделю мы крестили Амелию в маленькой церкви, где когда-то венчались. Себастьян был крестным отцом, леди Харкорт - крестной матерью. Моя мать приехала, несмотря на холод и дальнюю дорогу, и стояла рядом со мной, держа свечу.

Лусиан держал дочь на руках, и священник, пожилой человек с добрыми глазами, смотрел на него с удивлением и уважением.

-Она будет счастлива,-сказал он после церемонии.-С такими родителями иначе и быть не может.

Мы вернулись в Грейсток-Холл, и там нас ждал сюрприз. Гроув, с таинственным видом, провел нас в малую гостиную, где у камина был накрыт стол, а на столе - маленький торт, украшенный сахарными розанами.

-Это Элси!- воскликнула я, догадавшись.

-Это всё мы вместе,-ответил Гроув с легкой улыбкой.-Мы рады, миледи. За вас. За милорда. За маленькую леди.

Лусиан смотрел на слуг, выстроившихся в холле, и в его глазах стояли слезы.

-Спасибо,-сказал он, и голос его дрогнул.-Спасибо вам всем!

Ночь после крестин была тихой. Амелия спала в колыбельке у кровати, и я сидела рядом, глядя на неё. Лусиан пришел позже. Он был в библиотеке, писал письма, разбирал бумаги, но я знала, что он просто не мог уснуть. Это было его обычное состояние, его постоянная борьба.

-Ты не спишь,-сказала я, когда он вошел.

-Не могу,-ответил он.-Но я не расстроен. Я привык.

Он сел на край кровати и посмотрел на Амелию.

-Она спит,-сказал он.- Так крепко. Как ей это удается?

-Она ребенок,-улыбнулась я.-У неё нет забот.

-У неё есть заботы,-возразил он.-Она растет. Она познает мир. Но она спит, потому что знает: мы рядом. Мы защитим её.

Я взяла его за руку.

-Ты тоже можешь спать, Лусиан. Я рядом. Я защищу тебя.

Он посмотрел на меня, и в его глазах было столько любви, что у меня перехватило дыхание.

-Я знаю,любимая,-сказал он.-Я знаю.

Он лег рядом, обнял меня, и мы смотрели, как наша дочь спит в своей колыбельке. За окном падал снег, в камине потрескивали дрова, и весь мир, казалось, замер, чтобы дать нам этот миг.

-Фрея,-прошептал он.

-Мм?

-Спасибо. За всё.

Я повернулась к нему и поцеловала.

-Не за что,-ответила я.-Это ты спас меня.

Он улыбнулся, и в этой улыбке было обещание. Обещание того, что мы справимся. Что бы ни случилось, мы справимся.

Прошло еще какое-то время. Амелия росла, и с каждым днем становилась всё больше похожей на отца. Те же светло-каштановые волосы, те же холодно-голубые глаза, тот же серьезный взгляд, который иногда сменялся взрывом смеха, заражавшего всех вокруг.

Лусиан всё ещё плохо спал. Были ночи, когда он вставал и уходил в библиотеку, чтобы не будить меня. Были дни, когда усталость брала своё, и он казался бледным, измученным. Но он был жив. Он был рядом. Он был счастлив.

Доктор Сингх навещал нас раз в полгода. Он привозил новые травы, новые рецепты, новые надежды.

-Он держится лучше, чем я ожидал,-сказал он однажды, когда Амелия, уже трехлетняя, играла у его ног.-Может быть, это любовь. Может быть, это упрямство. А может быть, это она,-он кивнул на нашу девочку.-Она дает ему силы.

-Она дает силы нам всем,-ответила я.

В тот вечер, когда Амелию уложили спать, Лусиан взял меня за руку и повел в библиотеку. Там, у камина, он обнял меня и долго молчал.

-Я хочу тебе кое-что сказать,-наконец произнес он.

-Что?

-Я не боюсь,-сказал он.-Раньше я боялся. Боялся, что умру. Боялся, что сойду с ума. Боялся, что ты уйдешь. А теперь… Теперь я не боюсь. Потому что что бы ни случилось, я прожил лучшие годы своей жизни. С тобой. С ней. И это стоит всего.

Я прижалась к нему, чувствуя, как слезы текут по щекам.

-Ты не умрешь,-сказала я.-Не скоро. Ты будешь жить. Ради нас.

-Ради вас,-повторил он.-Конечно, любимая.

За окном падал снег, такой же белый и чистый, как в тот день, когда родилась Амелия. И я знала,что впереди у нас ещё много зим. Много снега, много тепла, много любви. Мы не знали, сколько нам отпущено. Но мы знали, что каждую минуту, каждый час, каждый день мы проживем вместе. И этого было достаточно.

Эпилог 2. Долгожданный сын

Два года спустя

Весна в тот год пришла рано. Снег сошел ещё в марте, а к апрелю сады Грейсток-Холла стояли в белом цвету, и аромат яблонь был таким густым, что кружил голову. Амелия, которой исполнилось два года и три месяца, носилась по дорожкам с визгом, от которого взлетали птицы, а