Странные камни - Эдвард Ли
Теперь, когда он собрался с мыслями, Эверард укрепился в уверенности, что он действительно находится в комнате старой ведьмы: то, что должно было быть северной стеной, казалось неестественно вдавленным в комнату сверху, в то время как нижняя часть той же стены была построена под углом наружу; кроме того, потолок был наклонен вниз, и когда зрение Эверарда суммировало все это, он обнаружил, что геометрическое единство этих причудливых углов представляло собой шокирующую копию скошенных углов большого "паруса", через который его протолкнули, а затем вытолкнули сюда. Суть метафизической науки старухи утверждала, что изгибы и линии, начертанные на соответствующих структурах, на самом деле достаточны как своего рода "руководящие принципы", которые указывают на определенные космические отверстия, которые приведут опытного путешественника к чуждым областям и измерениям, таким как область, из которой он недавно был выброшен, геометрическая область, города которой были призмами и многоугольниками, а склоны гор существовали как возвышенности кристаллических отложений высотой в мили. Он содрогнулся, подумав о чистом возрасте этих отложений: явления, которые, несомненно, существовали с незапамятных времен.
Измученный, Эверард сидел, сгорбившись, на похожей на стойку кровати Уолтера с железным изголовьем. Неужели таинственные углы северной стены выдавали слабейшее фиолетовое свечение?
"Должно быть, это мое воображение, - сделал он вывод. - Сила внушения, оставшаяся от деталей рассказа..."
На отслаивающихся, пожелтевших обоях он заметил рукописные каракули углем, несомненно, свидетельствовавшие о мозговом штурме Уолтера в предрассветные часы. Уолтер, хотя и был изолированным социальным неудачником и затворником-яйцеголовым, на самом деле должен был обладать знаниями теоретической многомерной физики, которые соответствовали или даже превосходили гениальность старой ведьмы; Уолтер, действительно, был первым, кто понял такую математическую и квантовую механику почти за двести пятьдесят лет. На стенах были нацарапаны вариации уравнения Реймана, наряду с кривыми Агнеси и наложенными геометрическими фигурами. Именно на этом Уолтер сосредоточил свой интеллект, когда приближалась ужасная Вальпургиева ночь, и его усилия, очевидно, увенчались успехом по крайней мере несколько раз. Поскольку Уолтер использовал такие устройства, чтобы перемещаться из этого мира в тот, другой, не мог ли Эверард использовать подобную энергию, чтобы покинуть это древнее гнездо и вернуться в тот проклятый отель в Уильямсбурге, где начался этот кошмар? Он знал, что его работа была вырезана для него: он должен был найти следующий многогранник в списке пергамента. У него возникла идея найти их по порядку (иначе зачем бы они были написаны в таком порядке?) Он снова посмотрел на пергамент:
ЦЕНТАГОН: 100-сторонний многогранник - ИН
ЭННЕХЕДРОН: 9-сторонний многогранник - ВД
ДЕКАГОН: 10-сторонний многогранник - ДЧ
ГЕКСАКОСИГЕКСАКОНТАГЕКСАГОН: 666-сторонний многогранник - ВЫХОД
"ИН - как я уже знаю, означает Иннсмут, а ВД - это Ведьмин дом, в котором я сейчас сижу. А следующий камень, ДЕКАГОН, может означать только Данвич - черт, не могу дождаться, когда отправлюсь туда!"
Его единственным желанием было предположить, что после того, как он найдет ДЕКАГОН и будет доставлен в Данвич, место рождения Уилбура Уэйтли, ему придется найти этот безумный 666-сторонний камень, называемый ГЕКСАКОСИГЕКСАКОНТАГЕКСАГОН. И он мог только надеяться, что "выход" на пергаменте означает, что это устройство, с помощью которого он сможет вернуться туда, откуда начал.
"Но где искать? Какая заноза в заднице. Не могу поверить, что эта сисястая сука делает это со мной..."
ДЕКАГОН должен был быть спрятан где-то в этом огромном ветхом доме. Чердак казался логичным местом для начала, но он знал из истории, что чердак давным-давно был запечатан врезными колышками; чтобы попасть туда, понадобятся инструменты - громкие инструменты - по крайней мере молоток и лом, и ему нужно было как-то попасть туда, чтобы не слишком приятный домовладелец Дромбовски не услышал грохот. Он не хотел попасть в тюрьму в 1930-х годах.
Другой возможностью были открытые пространства за стенами, которые были наклонены внутрь и наружу, и скошенный потолок. А если ему там не повезет?
"Мне придется обыскать каждую комнату в этом гигантском гребаном куске дерьма".
Мобильный телефон в его кармане зазвонил, напугав его настолько, что он чуть не закричал вслух. Ему не нужно было угадывать, кто это был...
- Привет, Асенат...
- Где ты сейчас, профессор? - спросил ее сексуальный, мелодичный голос. - Последнее известное место жительства Кезии Мейсон?
- Да. Дом еще уродливее, чем в рассказе.
- Ну, будем надеяться, что тебе удастся пересечься с Кезией. Может, ты сможешь урвать кусок ее задницы, а? Я имею в виду, что для тебя женщины - это кусок задницы, верно?
- Да ладно, это уже слишком. Не так ли?
"И я никогда не получал кусок от тебя... сука!"
- И такой отчаянный старый дурак, как ты, вероятно, также бы на это пошел. Там, где ты сейчас, Кезии больше трехсот лет. Как раз тебе подходит.
Эверард нахмурился.
- Есть ли причина, по которой ты звонишь? Или ты просто хотела поболтать?
- Ты, может, и академик и профессор, но ты на самом деле не такой уж умный...
- Спасибо.
Ее голос понизился в трубке. Казалось, он стал насмешливый.
- Тебе становится тяжело слушать мой голос?
- Думаю, я могу ответить на этот вопрос решительным и очень решительным "нет".
Из телефона раздался смешок.
- В любом случае, я подумала, что немного помогу тебе. Дам подсказку.
- Подсказку для чего?
- Где искать следующий камень.
Эверард оживился.
- Я был бы... очень признателен.
Голос Асенат замер, словно для развлечения, а затем нараспев произнес:
- Весело, весело,
