Тактик 14 - Тимофей Кулабухов
— Высшей ведьмой, — севшим голосом сказала Бреггонида. — Одной на десятки миллионов.
Глава 27
Игра ва-банкъ
Я шагнул в портал первым. Даже сквозь плотно сомкнутые веки пробежали узоры вспышек. Веки не защищали, потому что энергия пронизывала тело насквозь, рождая завихрения прямо внутри глаз, на долю секунды лишая зрения.
Подошвы сапог ударились о сухую, растрескавшуюся землю, шурша по камням. В лицо ударил порыв горячего ветра, несущий едкий запах серы и гнилой болотной воды.
За моей спиной из портала выходила Сводная рота, Фомир, некоторое количество магов и Бисс Урай, теперь уже без кандалов. Я прибыл в новый форт, который на картах был обозначен как Форт Марка с большой свитой, но большую часть работы придётся выполнить мне. Если получится, конечно.
Форт, который Четвёртый полк и сапёры возвели за несколько дней на месте и на основе бывшего лагеря гноллов, кипел жизнью.
Бойцы Марка занимали позиции на наспех выстроенных каменных насыпях-навалах, выставляли пики, готовили арбалеты. Сам командир полка хрипло выкрикивал приказы у привратного рва, короткого, сухого, но снабжённого подъёмным мостом.
Горизонт дрожал, подрагивая в свете жаркого солнца, в потоках горячего воздуха.
По просоленной земле двигалась туча, целая армада.
Я взобрался на стену и присел, хотя в этом пока что не было необходимости.
Рядом со мной материализовался Орофин. Эльф и его разведка была тут, именно они предупредили гарнизон о приближающейся угрозе.
— Как думаешь, друг-эльф, откуда их нелёгкая принесла? Ведь в том же направлении на побережье Газарии нет поселений?
— Нет, — подтвердил он. — Там пустующие бухты, в основном скальные, где невозможна высадка и рыбалка, местные их не используют.
— Но враг нашёл место. Высадился, теперь идёт к нам, — констатировал я. — Небось, для этого задействовал целый флот. Попытались сунуться напрямую в Порт-Арми, отгребли по полной, сейчас используют новые пути.
Мы немного помолчали и я продолжил:
— Сколько их? Прикидывали?
— Да. Если считать по коробкам костяной пехоты, то порядка двадцати тысяч.
— Но оценивать массовку было бы нечестно. Что там у них? Дракон?
— Костяной дракон, я про таких в сказках слышал, Костяные великаны, как минимум два, вероятно и Мёртвые рыцари присутствуют.
— Личи?
— Не видели, но наверняка и они есть.
Я кивнул.
Армия Озриса не шла — она пёрла. Река из мёртвой плоти и холодного металла, чей шаг был ровным, как ход маятника Вечности. В самом сердце этого потока угадывались угловатые, чуждые глазу формы осадных машин и исполинская фигура Костяного гиганта, в чьих глазницах тлел гнилостный огонь. А над всем этим, заслоняя собой солнце и само небо, парил Костяной дракон — венец творения некроманта и символ неотвратимой гибели.
Двадцать тысяч мёртвых воинов против одной тысячи живых. Апокалипсис. Математика войны выводит в результате расчёта слово «смерть» и «поражение».
Озрис решил тряхнуть мошной, показать силушку богатырскую. Если эта падла явится лично, тогда сражение и правда, станет эпичным.
Я усмехнулся. Поскольку были в моём рукаве не то, что джокер, а целая колода собственных краплёных карт, то орда не была угрозой.
Я мысленно прощупал Бисс Урая. Индикатор лояльности лича горел ровным зелёным светом — 100 %. Доспех Ньёрва работал даже в убранном состоянии. А может быть, это результат его осознанного выбора. Кто знает? В любом случае, Рой не фиксировал никаких попыток перехватить его как машинку на радиоуправлении. Это чуть ли не самое главное!
…
Я дошёл до алтаря. Один. Сейчас его охранял единственный солдат, который переминался с ноги на ногу.
Бросив на меня беспокойный взгляд, он лишь кивнул, показывая, что узнал меня.
Я кивнул ему в ответ. Его звали Хлейди, он был человеком, из рода крестьян, с отличным навыком щитовика и копейщика, опытом драки на крепостных стенах Вальяда и за вторую оборону Вальяда он получил статус капрала. Сейчас у него лёгкое ранение, это понижает его эффективность как бойца, зато ему вполне можно доверить охраны алтаря, что и сделал Марк.
Всё это охотно сообщил мне Рой.
Я взошёл на алтарь и активировал доспех Ньёрда. Весь, даже шлем.
Интерфейс моментально изменился и стал видеть, слышать и чувствовать намного больше. Мне кажется, я и сам становился больше.
Я положил голую ладонь на шероховатый камень. Символ зелёного глаза был холодным, но внутри пульсировала глубокая, спящая ярость Озриса. Я чувствовал этот гнев. Слабый и бессильный против нового владельца, то есть меня.
Итак, фишки на столе, пора позвать игроков. Доспех Ньёрва давал контроль над мёртвыми. Книга «О богах» даровала мне представление о природе богов, полубогов и механику возвышения.
Армия нежити, марширующая сюда, выступала в роли ставки в моей игре. Они, собственно, пришли сами.
Теперь, когда приготовления совершены, пришла пора для призыва.
Я закрыл глаза. Вдохнул горячий, провонявший серой воздух.
Даже с закрытыми глазами, сквозь шум собственного дыхания (а тут мне некстати припомнилась аналогия с Дарком Вейдером) я чувствовал, как орда нежити подходит к форту. Как медленно, но неотвратимо огибает его с двух сторон как волна, выстраиваясь для атаки, которая могла бы стать для моих бойцов последней.
Но…
Внутренне я спокоен. Речь вообще не идёт о сражении в обычном смысле этого слова.
Я переместился, присел в самый центр алтаря, прямо на выбитый символ, и положил обе затянутые в сталь ладони на камень.
Я направил волю через Доспех Ньёрва, пропуская энергию вниз, заставляя камень алтаря резонировать.
— Я требую разговора, — произнёс я вслух. Это вовсе не была своего рода молитва. Обращение к богам. Живым богам, в первую очередь к Анае. Да, она проигнорировала мой призыв из Пантеона, но если проигнорирует и отсюда, это само по себе развяжет мне руки.
И…
Они откликнулись. Сначала появилась Аная. Её фигура соткалась из струящегося серебристого света. Изящная, текучая, как ртуть. За ней материализовался Дикаис — сотканный из строгих геометрических линий холодного белого сияния широченный мужчина в доспехе из света и тьмы.
Третьим возник, внезапно, бог Григгас. Массивный, могучий, подавляющий своими габаритами. Его тело казалось высеченным из раскалённой магмы. Григгас был уродлив и ему было на это наплевать. От него веяло силой, магией, жаром и могуществом.
Появление богов отсекло алтарь полупрозрачным мутноватым колпаком. Нас не слышали, а видеть могли только смутные пятна света и тени.
— Ты звал нас, Голицын, — голос Анаи прозвучал прямо в моей голове. В нем слышались снисходительные нотки покровителя. — Тебе нужна помощь? Мы видим армию, что стоит за этой стеной. Наша помощь будет стоить дорого, даже для тебя
