Кто ты, Такидзиро Решетников? Том 11 - Семён Афанасьев

Подруги переглянулись:

— Это как?

— Допустим, люди под номерами один, два и три стоят тесной группой. Второй и третий закрывают линию прицеливания, а работать нужно первого. Стрелок первыми выстрелами валит третьего и второго — чтобы расчистить сектор. Так-то они не нужны, их убивать не требуется — не было команды и задача по ним не стоит. Но они закрывают нужного.

— Ого.

— Вы спросили — я ответил… Потом, отработав сопутствующие цели, стрелок переключается на основную, ради которой всё затевалось.

— Как говорит Уэки Ута, ни****себе, — впечатлилась пловчиха.

Моэко опять перестала моргать:

— Стрелок вас с Хину тоже хотел…? Чтобы расчистить линию?

— Да. Он и попытался, но обстановка не позволила.

— Тогда логичен вопрос, даже пара. Нас ожидают дальнейшие приключения на эту тему? И кто это мог быть?

— Ничего не исключаю, — проворчал Решетников. — Поэтому смотреть буду в оба. Что-то подсказывает, это армейцы.

— Всё время не набегаешься, — констатировала Хину. — Однажды можно просто не успеть спрятаться за клумбу. Даже с аккуратным планированием маршрута из лимузина до суда по аллее — мы оценили.

— Надо купировать угрозу, — поддержала Моэко. — Для этого требуется установить стрелка, потом заказчика. — Чуть разочарованно добавила, — что есть прямая задача исключительно полицейского следствия.

— Есть подозрение, что речь не о заказе, — мрачно заметил метис. — Был отдан и выполнен приказ, это иное. Не частная лавочка.

— Н-да уж.

— Проблема, — Хьюга задумалась вслух.

Преступление специально натасканного государственного органа ловить труднее, может, вообще невозможно их ресурсами.

— Если это оно, то полицейских компетенций может банально не хватить, — помрачнел Такидзиро.

— Армейские стволы в баллистической базе данных не сохраняются? Ты об этом? — адвокат уже прикидывала, как зацепиться за кончик ниточки.

— Такие кому попало даже отстреливать запрещено, не то что результаты в полицию передавать.

Хину не ориентировалась в теме:

— Причина? Закон разве не один для всех?

— Не для специальных стволов, — покачал головой Решетников. — Мало ли, что когда придётся; можно и агентуру зарубежом спалить к чёртовой матери ненароком.

— А-а-а.

— Кто потом с тобой работать согласится? Поэтому контрольный отстрел проводится исключительно внутри военной системы и наружу ему ходу нет.

— Где потом хранятся баллистические данные после армейских контрольных отстрелов? — Моэко сделала стойку как охотничья собака на дичь.

— Либо у производителя, — Такидзиро снова пожал плечами, — либо в военной лаборатории Сил Самообороны Японии. Либо, третий вариант, в закрытом военном архиве при приёмке партии на баланс, но это больше про массовку, которая идёт в массы.

— ???

— Низовому личному составу. А в нас стреляли из, к-хм, менее распространённого ствола. Таких специалистов на бригаду здорово меньше, чем рядовых стрелков. Без подробностей.

— Досадно. Полиции, получается, этих данных никогда не получить? А без них — не выйти на отдавшего приказ?

— Ну. Хотя там логика не на нас с вами затачивалась: если какой-нибудь безвестный сержант полиции возьмёт банальную взятку в крипте, не пойми от кого, да из доступной ему базы качнёт ретроспекцию по армейским отстрелянным номенклатурам лет на десять назад — может выйти некрасиво.

— Практический пример можно?

— Если этот ствол по линии Главного Управления, допустим, за морем в политическом скандале потом всплывёт. А до этого он к нам в армию поступал и по документам со склада никуда не двигался. А из него, лежащего на японском складе, где-нибудь на другом континенте ну пусть кандидата в премьеры исполнили. Одновременно с нахождением этой самой единицы оружия на нашем складе.

— Разве для такой операции не снаружи ресурсы привлекут? — Хину стало любопытно исключительно с позиций менеджмента, хитросплетения тайных операций её не волновали.

— Разные бывают моменты. Допустим, таймер тикает — всё надо решить за десяток часов. А в той стране введено особое положение, передать инструмент исполнителю можно только из посольства. Туда его, соответственно, нужно доставить прямо СЕЙЧАС — повторюсь, время тикает. Или сейчас, или никогда. На закуп чистого ствола и его транспортировку по другим каналам просто нет времени.

Подруги не в первый раз переглянулись.

Глава 21

— Это ненормально. — Бывший министр внутренних дел Мацуи после новостей на экране озвучил то, что повисло в воздухе.

Перед этим чиновник с учётом личного опыта проанализировал случившееся — предположил, что без участия других государственных структур подобная стрельба в Японии, да по дочери оябуна Эдогава-кай, в текущих условиях невозможна.

Мы плюс-минус одного возраста, сходного рода занятий, во многом совпадаем по мировоззрению — отсюда, наверное, и два дня могли бы не выходить, рассеянно думал Майя. Массажный сектор Атлетики кормит, поит, развлекает. Комнаты для ночлега по типу гостиничных номеров тоже прилагаются — вон, китайский учёный Ван вообще здесь поселился (правда, ему больше идти некуда, а Хьюге Хину места для товарища Решетникова не жалко).

— Ты расстроен и выбит из колеи, — Чень без труда расшифровал эмоции друга. — Почему?

— Стреляли по моей дочери!

— Не объяснение, — китаец упрямо мотнул головой. — Я тебя знаю давно: ваша профессия предполагает это развитие событий — ты бы так не нервничал в стандартной ситуации. И дочь свою ты всегда воспитывал, насколько мне известно, с учётом подобной вероятности!

Оябун промолчал.

— Тебя гнетёт что-то иное. Что и почему? — ЖунАнь японцем не был, оттого традиционной тактичностью не заморачивался.

Мая немного подумал и объяснил, в том числе себе:

— Япония — один из немногих островков безальтернативного спокойствия в этом несовершенном мире. Всегда было так: огнестрел — табу, служители закона — надёжны, на их защиту — можно положиться. В повседневной же жизни если ты, образно, тонешь от стресса (таких людей в обществе немало), ты никогда не тянешь за собой других — потому что ты японец. — Глава Эдогава-кай расфокусировал взгляд. — Когда Моэко получала свой первый диплом, я из любопытства часто просматривал её материалы по психологии. Первый курс, второй, третий…

— Так вот откуда взялось это ваше умение общаться, — министр Мацуи не спрашивал, констатировал.

Мая спорить не стал, хотя и было что возразить. Вместо этого продолжил:

— В её учебниках лейтмотивом лежала мысль: если тебе плохо, если ты в этом мире чувствуешь себя чужим, рефлекторная реакция лимбической системы — неизбежная агрессия (это не вопрос да или нет, это вопрос рано или поздно). Агрессия, в свою очередь, может быть направлена наружу или вовнутрь человека — зависит от внутренних настроек личности.

Чень, с интересом слушающий переводчицу, поёрзал в кресле.

— У нас в Японии есть культурная особенность, переходящая в правило (тебе, ЖунАнь, должно быть интересно). Такая агрессия никогда не направляется наружу, не выплёскивается в общество ни при каких обстоятельствах, — завершил мысль кумитё. — В