Тактик 14 - Тимофей Кулабухов
Тяжёлая пехота на ходу формировала монолитные прямоугольники боевого построения. Второй полк, облачённый в «тяжей» и с ростовыми щитами, собирался, Бойцы Штатгаля плотно смыкали окованные железом скутумы и синхронно выставляли вперед длинные копья. Колонны готовилась шагнуть навстречу новому врагу.
Я отдавал должное их выдержке и дисциплине, но собирался вмешаться, запретить идти в бой. Новак не знал, что я слежу за ситуацией, как не знал и того, что я понятия не имею, как завалить долбаного дракона.
Всё дело в том, что я хотя и запомнил слова Арктерриона про драконов, не воспринимал это как сигнал немедленной готовности бороться с драконами. Не был я к такому противнику готов.
Я сейчас оказался в ситуации близкой к пехоте и лёгкой коннице Первой мировой войны, когда против них выкатились первые танки.
Даже слово «танк» — обманка из той эпохи, перевозили их с большой секретностью и в документации обозначали «танк», то есть резервуар для хранения воды. Вот слово и прилипло.
И да, впоследствии у танков оказалась куча недостатков, в первую очередь проходимость, они застревали на поле боя и их могли расстрелять в статичном положении тогдашние пушки.
Но в первый момент эффект был пренеприятным.
Новак вышел к полкам, будучи облачённым в походную броню, смешанную, ту которую таскал чаще всего. Она не соответствовала стандартам лёгкой или тяжёлой, но ему были позволены многие вольности, его броня и не предполагала, что ему придётся лично махать мечом.
В это же время по центральному плацу Цитадели наперерез к Новаку, который собрался сказать несколько слов прежде, чем возглавить не особенное перспективное мероприятие «а давайте навалимся всей толпой и набьём зарвавшейся рептилии морду» — тяжело шагая, вышел майор Хайцгруг.
Внешний вид орка нисколько не соответствовал даже нашим вольным армейским стандартам. Вместо одного из своих четырёх стандартных облачений его мощное тело покрывала громоздкая, глухая броня неестественного тёмно-зелёного оттенка, делающая его похожим на ростовую куклу качка-лягушки.
Материал выглядел так, словно его грубо вытесали из цельного панциря реликтовой болотной твари, скрепив толстые пластины жилами и заклепками из матового металла. Массивные наплечники угрожающе бугрились костяными наростами, а шероховатая поверхность доспеха слегка блестела, заставляя оседающий пепел соскальзывать вниз.
Хайцгруг не стал тратить драгоценные секунды на уставные приветствия. Он вскинул закованную в перчатку руку и махнул, привлекая внимание к себе.
Новак развернулся. Его и без того высокий уровень раздражения сейчас явно достиг критических отметок. Несмотря на то, что Хайцгруг был любимчиком герцога, имел особенный статус, Новаку не понравилось, что орк проигнорировал приказ для Первого полка занять южную стену и более того, бросил свой полк непонятно зачем.
Сейчас, когда предстояло напасть на дракона, любая заминка ещё больше раздражала полковника.
— Полковник Новак!
— Майор Хайцгруг, можешь мне объяснить, какого рожна ты тут, а не со своим полком и что на тебе напялено?
— Полковник, я прошу тебя отменить приказ нападения на дракона.
— Чего⁈ — голос Новака разнёсся над Цитаделью так что вороны на дальней стене с криками сорвались с насиженных мест и улетели с карканьем.
— Отмени приказ на общую атаку, Новак, — голос орка рокотал низко и предельно уверенно. — Ты прямо сейчас кладёшь тяжёлую пехоту под огненный шторм. Их стальные щиты пожжёт раньше, чем солдаты успеют нанести первый удар. Прошу разрешить мне попытку одиночной атаки.
Новак замер, смерив майора холодным, оценивающим взглядом. Предложение матёрого орка попахивало идиотизмом.
— Ты собрался в одиночку буром переть на дракона? — Новак криво усмехнулся, хотя в его глазах не было ни капли веселья. — Твой первобытный героизм здесь абсолютно неуместен, Хайцгруг. У нас идёт война на выживание, тут не старые сказки про героя Сиврита Отважного, который победил в одиночку Фаэфнира и обмазался его кровью. Я не собираюсь бессмысленно класть на алтарь одного из лучших полевых командиров нашей армии ради твоего глупого красивого предсмертного жеста.
Орк с силой хлопнул массивной перчаткой по своей выпуклой нагрудной пластине. Звук получился глухим и тяжёлым, словно удар пудовой кувалдой по стволу векового дуба.
— Это не геройство, я всё рассчитал, — упрямо парировал майор. — Это один из доспехов гвардии Великого мага Грифона, причём офицерский, солдатские изготовлены из искусственно облегчённого металла, а эти из полиохта, природные. Он массивный, зато даёт неуязвимость к огню магического и естественного происхождения, против дракона тоже должно сработать. Я смогу пройти сквозь огненную стену и пробить ему мягкое брюхо.
— Должно быть… наверное, — скривился Новак. — Допустим, пламя действительно стечёт. А что ты собираешься делать с его силой и весом? У него когти на лапах как копья.
Тем временем к Хайцгругу подбежал гном из числа держателей склада Ластриона, который без всякого приказа и согласования со своим начальством припёр длинное тонкое чёрное копьё, изготовленное из единого металлического сплава.
Гном на бегу отсалютовал Новаку и всучил Хайцгругу копьё, пробурчав:
— Удачи идущему на дракона!
Гном отсалютовал орку, причём сделал это с какой-то трагической торжественностью. Вероятно, гном был уверен, что Хайцгруг погибнет, но сейчас гном испытывал трогательное уважение и некоторый трепет (который гном черта с два покажет на своём суровом бородатом лице) перед мужеством орка.
Новак несколько раз удивлённо моргнул и закряхтел:
— Хайцгруг, он же тебя раздавит как таракана. Одно прямое попадание этого бронированного хвоста превратит твои органы в кровавое пюре прямо внутри твоего великолепного чудо-доспеха. Пёс с ним с огнём, удары никто не отменял.
Я не спешил вмешиваться, несмотря на напряжение ситуации, я считал, что мои мальчики уже взрослые и должны самостоятельно справиться с ситуацией, пусть даже есть риск умереть. Мир Гинн вообще жутко опасное место. А я постараюсь им подыграть.
Новак испытывал острую, разрывающую мозг дилемму. Прагматик прямо сейчас взвешивал шансы.
Бросить в лобовую атаку тысячу бойцов означало, по его ощущениям и опыту — потерять треть, зато получить математический шанс завалить монстра общими усилиями. Рискнуть Хайцгругом означало поставить на кон уникального командира и своего приятеля с минимальным процентом успешного исхода дуэли.
Лично между ними были скорее дружеские отношения, они в любом случае были братьями по оружию, но и свой полк он откровенно любил. Тут были орки, люди, гоблины и даже незначительное количество гномов и эльфов, с которыми он прошёл огонь и воду. Ими рисковать он тоже не хотел.
В Новаке вспыхнул гнев. В обычной ситуации он бы выкрутил руки магам и заставил бы атаковать их. Да, магов бы прикрывала пехота, даже его пехота, но она бы играла от обороны.
И конечно же, он и до слов
