Тактик 14 - Тимофей Кулабухов
Между ладонями заклинателей вспыхнули переплетения магических нитей такой плотности, что их было видно невооружённым взглядом. И это множество нитей стремительно сплелось в единую, пульсирующую энергетическую сеть, которая плотно окружила стоящего в центре Фомира.
Маг резко запрокинул голову. Его спина выгнулась дугой под невыносимой тяжестью вливающейся чужой энергии. Пространство вокруг Фомира пошло густой, полупрозрачной рябью, словно над раскалённой кузнечной жаровней. Воздух завибрировал с низким, утробным гулом, закладывающим уши.
Температура на скальном выступе стремительно поползла вверх, а волосы мага стали скручиваться, как при завивке.
Концентрация стихийной энергии достигла критических, почти нестабильных значений.
Авангард мертвецов тем временем миновал самую узкую часть каменного мешка. Гигантские костяные псы ускорили шаг, переходя на размашистую рысь.
В ущелье нависла тяжёлая, неестественная пауза. Гул концентрируемой магии достиг своего пика и внезапно оборвался, сменившись абсолютной, звенящей тишиной за секунду до неизбежного выброса. Пружина готова была разжаться.
Я не давал команд, магу самому было виднее, когда наилучшее время для запуска его мегазаклятия.
Фомир с хриплым выдохом выбросил обе руки вперёд и вверх. Скальная площадка под его ногами просела на несколько сантиметров. Прямо над головой мага родился даже не вихрь, это было скорее похоже на крошечную чёрную дыру с огненными краями, которая без всякого разгона двинулась вверх и вперёд, по баллистической траектории.
Надеюсь, Фомир научился целиться. Помнится, Тиль, первый наш маг пирокинетик, почти без всяких усилий создавал огненные шары — файерболы, но только почти никогда не попадал ими в цель. Я, конечно, решил эту задачу, придав ему столько целей, что точность была ему уже не нужна, скелеты пёрли толпой.
Но Фомир стрелял с большого расстояния, так что, если он просто грохнет о противоположный склон, это никого не впечатлит.
Огненный шар, который за время полёта раздулся до размера воздушного шара, сорвался с небес и всей своей разрушительной энергетикой обрушился прямо в центр вражеского строя.
Удар был чудовищным. Те скелеты, которые оказались в эпицентре, попросту испарилась, не успев даже догореть до состояния пепла. Белое пламя с оглушительным рёвом хлынуло по дну ущелья, заполняя каменный мешок от стены до стены. Гигантские костяные псы лопались от запредельной температуры, их деформированные черепа разлетались шрапнелью, мгновенно сгорая в полёте. Огонь жадно проплавлял глубокие, дымящиеся борозды в монолитном строю мертвецов.
Я задействовал навык Птичий пастух.
Мое сознание привычно раздвоилось. Часть восприятия взмыла в серое небо над перевалом, глядя на поле боя острым зрением орла-разведчика. С высоты ущелье напоминало жерло работающей доменной печи.
Мне стоило некоторых усилий подключить к Птичьему пастуху сознание Фомира, одновременно с этим давая ему возможность без слов координировать действия своей роты. Потому что они уже наполняли пространство для нанесения нового удара.
Новый шар, уже не такой большой, родился над головой Фомира и отправился в свой убийственный полёт.
Поток чёрно-красного пламени с размаху врезался в правый фланг орды. Горящие мертвецы вспыхивали как сухой хворост и с тихим шелестом осыпались на почерневшие камни. Вражеское наступление остановилось.
За вторым залпом последовал третий, четвёртый, пятый. На шестом возникла заминка, Ластрион проводил замену части магов поддержки, чтобы они не словили малое магическое истощение.
Фомир, усиленный магами, выдавал огневую мощь, сопоставимую с залпом десятка крупнокалиберных орудий. Передовые силы врага несли чудовищный урон.
И, за что похвалил бы меня Сунь-Цзы, враг мне ничем не мог на это ответить. Мы перемалывали их в шлак быстрее, чем они успевали преодолеть зону поражения, а сами сидели за изгибом скалы.
Мой орел-разведчик заложил широкий круг над ущельем, транслируя мне картину расстрела вражеской колонны.
Огненные шары уверенно били по скелетам, превращая узкий перевал в доменную печь.
Ситуация изменилась в одно короткое мгновение.
С окраин остановившейся орды нежити некоторые её представители начали взлетать.
Что, твою мать? Лететь?
— Сводная рота, к оружию, атака с воздуха! — мой голос хрипел, однако бойцы его услышали. Я дал команду раньше, чем смог проанализировать, что, собственно, происходит.
Глава 9
Язык
На нас летело по меньшей мере три сотни существ. Кажется, мои познания взаимодействия с нежитью имели некоторые пробелы. Кто-то из них на полном серьёзе умеет летать. Шайсе.
В то же время, когда стая неизвестных неживых, но каким-то образом летающих тварей стала заходить к нам с двух сторон, словно беря в клещи, случилось нечто неожиданное. Из глубины ущелья навстречу очередному огненному шару Фомира вырвался массивный сгусток чёрного дыма, густо пропитанный ядовитой некротической энергией.
Дымовой конструкт не имел чёткой формы, он напоминал гигантский трепещущий плащ, однако он смог остановить и полностью поглотить шар.
Одновременно с этим из дыма к нам ринулись сразу несколько исполинских ледяных шипов, как сосульки, только каждая весом в несколько тонн и лёд был совершенно чёрным.
— Защитный контур! — заорал Фомир, — Блокировать атаку. В щиты!
Вот он и плюс подключения Фомира к Рою. Десяток магов одновременно сформировали плотный щит, о который ледяные копья разбились на куски.
В то же время стая летающих неживых тварей достигла нас.
Лиандиру не нужны были команды. И то что враг умеет летать, ни его, ни его бойцов не смутило.
Они окружили плотным кольцом скопление магов и принялись стрелять из луков и арбалетов.
Я обнажил меч, перехватил поудобнее щит и тоже бросился навстречу тварям.
Наш противник представлял собой какую-то достаточно странную разновидность умертвия. Словно скелет уменьшился до размера самого легковесного гоблина ростом чуть более метра и с тонкими костями. Зато из спины такой твари росли два крыла, наполненных кожаной перепонкой, как у летучей мыши, но только если бы эта мышь была дохлой.
Омерзительности прибавлял тот факт, что всё это существо в целом было скелетом, то есть не имело кожи, а кожа на крыльях была, к тому же покрыта неприятным чёрным пушком.
Эльфы на пробу стали простреливать летунам крылья, но эффект это давало слабый, стрелы прошивали перепонки насквозь, хотя это явно ухудшало аэродинамику, но лететь твари не перестали.
Три наиболее шустрые твари нацелились на меня. Первую я сбил мечом, который неприятно звякнул о мёртвые кости, второго я принял на щит и оттолкнул.
— Не такой уж ты и крутой, бэтмен! — весело выкрикнул, взмахом меча срубая у третьей твари крыло.
Первому упавшему я проломил череп ударом щита сверху вниз. Неблагородно, зато удар отработанный, классический.
Лишённый крыла монстр кинулся мне под ноги и попытался прокусить доспех в районе икры. Не тут-то было, я разнёс его ударом меча.
На этой
