Наследие - Джоан Виндж

Мы в «Планетах на продажу» не раскрываем точных цифр, но я ответила:

— Примерно. И все они так же нестабильны, как эта планета. Тебе что, культура одноразовых миров по нраву?

— Угу, а что такого. Если в цене сойдемся. Традиционное терраформирование, конечно, тоже пригодится. Так или иначе, а человечество расширяется. — Он улыбнулся сияющему дню. — Еще несколько десятилетий назад мы были заперты на одной маленькой планете, тесной и опасной. Мы стояли на краю глобальной катастрофы. Мы прошли по очень узкой тропе, но у нас получилось. И хотя параметры fl, fi и fc оказались близкими к нулю, мы обнаружили, что L на практике, вероятно, безгранично. Вся Вселенная стала нашей частной лужайкой! Проблема только в деревьях, траве и домашних животных. Биологи продолжают поиски высших форм жизни; я слышал, Пак Дэ покоряет пределы запределья. Окаменелые водоросли повергают ее в экстаз, но… это уже неважно. Через тысячу лет нам, людям, уже не будет грозить никакая опасность. Через сто тысяч лет профессора станут спорить, откуда пошло человечество — из одного источника или со множества миров. Через миллион лет… гм, к тому времени жизнь колонизирует всю Вселенную и эволюционирует в новые виды. Некоторые, готов побиться об заклад, не уступят смекалкой нам самим. Тогда и проведем новую оценку параметров уравнения Дрейка!

Как знать, а вдруг Рон прав насчет будущего? Такая точка зрения сейчас весьма популярна. Но я не могу ждать миллион лет или хотя бы тысячу. К тому же земная жизнь, распространяясь, искажает интересующие нас факты. Так случилось на Марсе, так едва не случилось на планете Ли. Мне бы хотелось ее опережать, открывая вам, уважаемые клиенты, новые уголки Вселенной. Я остаюсь исследовательницей, чья опора — прочный вакуум реальности, а взор устремлен за этот горизонт.

ПОСЛЕСЛОВИЕ

Фредерик Пол ворвался в мой мир примерно в 1957‑м, когда я прочел Торговцев космосом (написанных в соавторстве с другим моим любимым автором, Сирилом Корнблатом). Мне было тринадцать.

Торговцы космосом выделяются среди множества занимательных произведений, повстречавшихся мне, прежде всего тем, как мастерски демонстрируют они влияние пропаганды и экономики на саму ткань нашего мира. Разумеется, и другие авторы НФ обращались к этим социальным аспектам, но Фред, как обнаружил я, умеет исследовать не только социальные аспекты, а и технологические, на которых они зиждятся. Думаю, именно у Фреда я впервые прочел про выгрузку сознания в компьютер. А потом были Невольничий корабль и Туннель под миром.

Они подвернулись мне в период формирования личности, но составляют лишь малую часть из всего написанного Фредом. В более поздних его романах обсуждаются физические пределы астрономической Вселенной. Чудесное странствие и для писателя, и для читателя.

Спасибо тебе, Фред.

Вернор Виндж. Что, если Сингулярность так и НЕ случится?

Доклад на семинаре по проблемам долгосрочного планирования человеческой цивилизации в Long Now Foundation, 15 февраля 2007 года

Предварительные замечания

По тому, как называется моя лекция, ясно, что я хотел бы дать определение тому, что понимаю под Технологической Сингулярностью, и кратко обсудить его.

Итак, представляется вероятным, что с доступной нам ныне или в достаточно близком будущем технологией мы способны будем сотворить существ, превосходящих людей во всем, что касается интеллекта и творческих способностей, либо сами превратиться в таковых. После этого события, которое я называю Технологической Сингулярностью, дальнейшая история для нас так же непостижима, как опера для плоского червя.

Из сказанного почти автоматически явствует, что долгосрочное планирование в варианте будущего, где Сингулярность состоится, бессмысленно.

Однако возможно, что Сингулярности не произойдет. В этом случае планирование за пределами срока в следующие пятьдесят лет обретает значительную практическую важность. Да и потом, хороший писатель–фантаст (или сценарист) всегда рассматривает альтернативные варианты.

В дальнейшем обсуждении также подразумевается, что сверхсветовые путешествия никогда не будут возможны.

Важное замечание для тех, кто выпал из контекста: я все еще считаю Сингулярность наиболее вероятным некатастрофическим результатом нашего близкого будущего.

Катастрофических сценариев изучено много (см., например, работу [королевского астронома Великобритании] Мартина Риса Our Final Hour), но сегодня я попробую сосредоточиться на тех вариантах будущего без Сингулярности, где мы все равно выживаем.

Век напрасных мечтаний

Возможное объяснение “неудавшейся Сингулярности” в том, что мы так и не научились правильно “писать код” (или, если вам угодна более мистическая трактовка, “не нашли душу в железе”). Вот некоторые симптомы:

• Разработка программ продолжает доминировать над созданием программ.

• Программные проекты, в которых делаются попытки адекватно использовать стремительно растущую мощь железа, терпят все более сокрушительные неудачи.

• Провалы программных проектов становятся так сокрушительны, что их не исправишь ни за какие деньги, и единственной разумной альтернативой видится полный отказ от продолжения работы.

• Впечатляющие провалы крупных проектов, рассчитанных на полную автоматизацию. К примеру, диспетчеру–человеку случается иногда столкнуть пару самолетов, но полностью автоматизированная система способна загнать в одну точку пространства–времени десяток самолетов.

• Такие неудачи ведут к снижению спроса на усовершенствованное оборудование, которое не получается толком использовать. Производители железа пересматривают графики выпуска усовершенствованной продукции. Закон Мура перестает действовать даже несмотря на то, что физические преграды, сдерживающие его, еще не достигнуты.

• В итоге стагнируют даже базовые исследования в сопряженных областях наук о материалах. Среди прочего потому, что новые поколения компьютерных систем, предназначавшиеся для них, так и не увидели свет.

• Последними в потолок усовершенствований упираются аппаратные накопители простых и существенно структурированных данных. Конечным результатом будут исключительно хорошие аудиовизуальные инструменты индустрии развлечений (ничего трансцендентного в них не окажется) и очень крупные базы данных (но программное обеспечение, необходимое для эффективной работы с ними, не появится).

• Большинство найдет не слишком удивительным тот факт, что не только обещания сильного ИИ не сбылись, а и другие амбициозные проекты, существенно опиравшиеся на перспективу ИИ (скажем, нанотех–ассемблеры), ускользают от реализации.

Этот ранний период получит имя Века Напрасных Мечтаний.

Более подробные характеристики раннего периода

• На дворе 2040 год. Техногики в домах престарелых озадаченно бродят из угла в угол, скребут затылки и жалобно восклицают: “Но… но… а где же Сингулярность?”

Некоторые последствия могут показаться довольно обнадеживающими.

• Закон Эдельсона утверждает, что число важных идей, которые не были своевременно высказаны, растет экспоненциально. На мой взгляд, это связано с головокружительным