Грандиозное событие - Морис Леблан
Все эти люди были странно возбуждены. И, как выяснилось, неспроста: английское побережье тоже подверглось землетрясению. Гастингс, как и Дьепп, стал центром подземных толчков и частично был разрушен.
Около восьми часов они подошли к глубокой расщелине шириной не меньше километра. Симону повезло: еще несколько часов назад тут стояла вода, и поэтому смельчаки, которые вышли из Гастингса обследовать новую землю, смогли пройти не много.
Несколько минут — и туман почти рассеялся. Симон различил непрерывную линию домов, тянувшуюся вдоль набережных Гастингса и Сен-Леонардса. Его уже сопровождало человек триста-четыреста, кроме того, по округе бродили с растерянным видом многие другие, которых стихия выгнала из домов.
Вскоре толпа возле него стала такой плотной, что в густых сумерках он различал лишь головы людей. Ему задавали тысячи вопросов, и он, как мог, отвечал. Его ответы передавались из уст в уста и вызывали возгласы удивления и восхищения.
В домах Гастингса уже появился свет, а уставший, но не сдающийся Симон продолжал упорно шагать, будто запасы его энергии и сил по мере того, как он их расходовал, пополнялись сами собой. Внезапная мысль заставила его рассмеяться: он, Симон Дюбоск, потомок старинного нормандского рода, ступил на землю Англии в том самом месте, где в XI веке высадился Вильгельм Завоеватель, герцог Нормандии! Гастингс… Король Гарольд и его возлюбленная Эдита Лебединая Шея… Знаменательные события древних времен повторяются! Новые земли опять завоеваны, и завоевал их опять нормандец! Эта мысль сподвигла его на последний рывок.
«Похоже, судьба мне благоволит, лорд Бейкфилд!» — подумал Симон.
Новая земля начиналась между Гастингсом и Сен-Леонардсом, она словно застыла волнами, ощетинилась утесами и каменными глыбами, среди которых в неописуемом хаосе громоздились обломки снесенных причалов, рухнувших маяков, разбитых кораблей. Но Симон ничего этого не замечал от усталости. Все вокруг было словно в тумане.
Вот и дошли до английского берега. Что же теперь? Симон едва осознавал, как его вели по изрытым улицам между развалин, и в конце концов они оказались у полуразрушенного казино с шаткими стенами и проломленным потолком, но при этом сияющего электрическими огнями. Там уже собрались городские власти, чтобы устроить Симону достойный прием. Все поднимали бокалы с шампанским и самозабвенно распевали гимны. Импровизированный праздник посреди разрушенного города демонстрировал стойкость этого народа. Какое волнующее было зрелище! Все понимали, что стали свидетелями величайшего события, настолько грандиозного, что оно способно затмить ужас катастрофы и страшных потерь: Франция и Англия соединились!
Страны соединились, и вот перед ними человек, который первым прошел от одной страны до другой по земле, восставшей из самых глубин издревле разделяющего их пролива. Как же его не чествовать? Он принес на английскую землю пламенный дух Франции. Он провозвестник неведомого будущего.
Симона встретили бурными возгласами, стали обступать. Его обнимали, пожимали ему руки, умоляли произнести речь, подобающую случаю. Симон и сам был взволнован не меньше, чем окружавшие его люди, и потому пробормотал несколько фраз во славу двух народов.
Исступление вспыхнуло с новой силой, Симона подхватило людским потоком и увлекло в самую гущу толпы, где он затерялся среди тех, кто явился чествовать его. Сейчас он хотел одного — войти в первый попавшийся отель и рухнуть на кровать. Вдруг кто-то схватил его за руку и произнес:
— Идите за мной, я выведу вас отсюда.
Он узнал молодую женщину, которую недавно освободил от веревок. Лицо ее тоже пылало.
— Вы совершили невероятное, — проговорила она. — Не думаю, что кто-либо другой оказался бы способен на такое. Вы превзошли всех.
Тут людской водоворот оторвал их друг от друга, даром что незнакомка изо всех сил цеплялась за его руку. Симон упал на перевернутые стулья, поднялся и с трудом стал пробираться к выходу, как вдруг увидел перед собой лорда Бейкфилда и Изабель. Он выпрямился, от усталости не осталось и следа.
Изабель решительно протянула ему руку:
— Мы были там, Симон, и видели вас. Я так горжусь вами!
От неожиданности он обомлел:
— Изабель! Вы? Возможно ли это?
Изабель улыбнулась, увидев, как он взволнован встречей:
— Очень даже возможно, Симон, и вполне естественно, ведь мы живем в Баттле, в миле отсюда. Катастрофа пощадила нашу усадьбу, но мы приехали в Гастингс помогать пострадавшим и тут узнали о вашем триумфальном прибытии.
Лорд Бейкфилд стоял не двигаясь и делал вид, что не замечает Симона. Но тот обратился к нему:
— Могу ли я надеяться, лорд Бейкфилд, что вы сочтете этот день первым шагом к моей цели?
В пожилом джентльмене взыграли гордыня и негодование, он не ответил, и Симон продолжил:
— Разумеется, Англию я не завоевал, но все произошедшее дает мне право, по меньшей мере, спросить вас, выполнено ли первое из поставленных вами условий.
На этот раз лорд Бейкфилд, похоже, намеревался ответить. Но выражение его лица не сулило ничего хорошего, и дочь не дала ему раскрыть рта:
— Не просите моего отца дать вам ответ тотчас, Симон. Он высоко ценит то, что вы совершили. Но мы с вами слишком сильно его огорчили, и ему трудно так скоро простить вас. Пусть время сотрет это неприятное воспоминание.
— Время, время, — засмеялся Симон. — У меня всего двенадцать дней, чтобы пройти оставшиеся испытания. Теперь, после завоевания Англии, мне еще предстоит заслужить славу Геракла или Дон Кихота.
— Да, но сейчас вам необходим отдых, — ответила Изабель и увела лорда Бейкфилда.
7. Зоркий Глаз
— Ну, что скажешь, мальчик мой? А ведь я знал, что так будет! Все изложено в моей брошюре о Ла-Манше в двухтысячном году. И, потом, вспомни наш разговор в то утро, на морском вокзале Ньюхейвена. Я ведь все это предсказал! И вот земли срастаются друг с другом, как когда-то в эпоху эоцена.
Внезапно разбуженный Мезозоем Симон, еле разлепив глаза, непонимающе смотрел прямо перед собой. По номеру отеля, где он провел ночь, расхаживал его старый учитель, а в темном углу сидел кто-то еще, очевидно, его приятель.
— Господи! Это который же час? — пробормотал Симон.
— Семь часов вечера, друг мой.
— Что?! Семь часов! Я пришел вчера из казино, лег и до сих пор спал?
— Да еще как! Сегодня утром я бродил по окрестностям и услышал о твоих приключениях. Симон Дюбоск? Да я же его знаю. Я поспешил к тебе. Постучался. Вошел. Ты не проснулся. Я ушел, потом
