МИСС ВСЕЛЕННАЯ для Космопиратов - Тина Солнечная

Я слышала, как он дышит — тяжело, хрипло, чувствовала, как он держит меня за бедро — грубо, крепко, как будто я могла сбежать. Глупость. Я не сбегу.

— Скажи, — вдруг хрипло бросил он мне прямо в шею. Его губы скользнули к уху, горячее дыхание обожгло кожу. — Чего ты хочешь, детка?

Детка. Этот шёпот прошёл по позвоночнику искрой.

— Тебя… до конца… — выдохнула я. Слова едва сложились из стона. — Не уходи. Не смей останавливаться.

Он только выругался глухо и впился губами в мои губы — грубо, жадно, так, что я задохнулась этим поцелуем. И он двинулся быстрее. Глубже. Моё тело выгибалось само — я потеряла себя, отдалась ему вся, без остатка. Каждое новое столкновение — как удар молнии, я разрывалась внутри и тут же собиралась заново в его руках.

Я цеплялась за него, задыхалась в этом жаре. Я знала — вот он, мой край. Он чувствовал, как я сжимаюсь вокруг него, слышал мои всхлипы и только сильнее рвался ко мне. Я вскрикнула — высоко, глухо, как зверёк, которого он держит в ловушке. И сама же хотела остаться в этой клетке.

Когда внутри всё оборвалось, сжалось и распалось сотней искр, я закричала от нахлынувшего удовольствия. Я чувствовала, как его тело напряглось, как он выдохнул моё имя, зарывшись лицом в мою шею. И больше не сдерживался, заполняя всю меня изнутри своим желанием.

Его руки всё ещё держали меня крепко.

Когда всё стихло — только наше дыхание ещё стучало в унисон, слишком громко для этой тихой каюты — он вдруг напрягся. Его руки сжались на моих бёдрах, а потом он резко выдохнул и отстранился. Я едва не застонала от пустоты, когда он вышел из меня.

Сарх рухнул рядом — не прижимая меня, не обнимая. Наоборот — закинул руку на глаза, второй сжал кулак на простынях. Я слышала, как он ругнулся себе под нос — коротко, зло, на каком-то жутком наречии, которым он обычно прикрывался, когда хотел казаться грубее, чем есть.

— Какого демона я трахнул тебя, — процедил он так, будто только сейчас понял, что натворил. — Чёрт бы меня побрал. Что вообще произошло?

Я улыбнулась — ещё не до конца веря, что всё это не сон. Повернулась к нему на бок, подтянула простыню к груди, хотя толку от этой скромности не было уже никакого.

— Ты… спал, — начала я, кусая губу, стараясь не рассмеяться от абсурдности происходящего. — Но твои руки, Сарх… Они не спали. Я проснулась от того, что они творили… Ты держал меня, ты… трогал меня. Долго и очень умело, надо признать. Я пыталась отодвинуться, но ты только сильнее… Ну, ты понял.

— Я… — Он опустил руку с глаз, повернулся ко мне так резко, что простыня соскользнула с его плеча. Глаза горели, но взгляд был злой — не на меня, на себя. — Чёрт, я не должен был. Прости, Света. Я не хотел.

— Честно говоря, я не жалуюсь, — подумав, сказала я. — Это было шикарно. Ты невероятный любовник.

Он дёрнулся, будто я его пощёчиной наградила.

— Шикарно? — Он хрипло рассмеялся, но смех был тяжёлый, колючий. — Я взял тебя силой.

— Знаю, — усмехнулась я и склонилась к нему, коснувшись пальцами его щеки. — И прощаю тебя. Если тебе так спокойнее. Я знаю, что ты не хотел ничего такого. Но какие же у тебя талантливые пальцы. Кажется, в конце это уже я тебя заставила переспать со мной. Наверное, и мне стоит извиниться.

На секунду он всё же хмыкнул. Что-то у него дрогнуло в глазах — что-то тёплое, совсем не похожее на его обычную ворчливость. Даже уголок рта дёрнулся в улыбке, такой редкой для него.

Но длилось это недолго. Он снова выдохнул, устало, откинул голову на подушку и пробормотал:

— Это была ошибка.

— Ошибка? — переспросила я тихо, но без укоров — только чтобы убедиться, что не ослышалась.

— Да, ошибка, — повторил он, жёстче. Глаза снова закрылись, рука легла на лоб, пальцы стиснули волосы. — Ты не должна больше у меня ночевать. Никогда. У меня никого не было после Сары и я не хотел… В общем. Мы не станем это повторять. А когда ты в моей постели… Похоже мне сложно себя контролировать. Ты слишком похожа на нее. Такая же добрая и невинная. Я не хочу переживать это снова.

Глава 41

Он ещё какое-то время лежал рядом — я слышала, как сердце у него стучало так же бешено, как у меня. Даже дыхание немного выровнялось, но в нём всё ещё чувствовалась какая-то оборванная злость на себя. Он больше не смотрел мне в глаза.

Он только выдохнул — коротко, будто принял внутри себя какое-то окончательное решение. Поднялся, тяжело опустил ноги на пол. Я лежала на боку, держась за угол простыни, прикрываясь, хоть он только что видел меня всю — да что там, чувствовал меня всю.

— Ты куда? — хрипло вырвалось у меня.

— Туда, где я не натворю ещё большего, — буркнул он через плечо. В глазах — сталь. — Спи.

Он даже не стал оглядываться, когда выходил — просто поднял свою рубашку с пола и натянул её на себя, будто доспех. Дверь за ним закрылась мягко, но этот звук был холоднее пощёчины.

Может, я и попыталась бы обидеться, разозлиться, заплакать — но, боги, сил не осталось. Всё моё тело было расплавленным после этого прекрасного, безумного секса. Каждая мышца, казалось, ещё отзывается лёгкой дрожью.

— Чёрт с тобой, Сарх, — прошептала я в пустую каюту и повернулась на спину. Простыня скользнула по моим бёдрам — а я только улыбнулась в темноту, потому что всё равно не собиралась думать о нём плохо. Не в эту ночь.

Я закрыла глаза — позволила усталости забрать меня целиком. Не хватило и пары минут, чтобы провалиться в сон. Спокойный, глубокий, полный того, что мы только что натворили.

Но проснулась я всё равно одна.

Я вылезла из каюты, собрав волосы в узел на затылке и натянув первый попавшийся комбинезон. Лицо всё ещё горело от воспоминаний о ночи — но я упрямо приказала себе об этом не думать. И всё же внутри что-то сладко заныло, стоило вспомнить, как Сарх…

Хватит. Всё, довольно.

Я выпрямила спину и пошла по коридору, собираясь найти кого-то из экипажа — кого угодно, лишь бы отвлечься. Но буквально на повороте чуть не врезалась в новенького. Феран, кажется, так его зовут.

— Доброе утро, —