МИСС ВСЕЛЕННАЯ для Космопиратов - Тина Солнечная

— Справимся? — спросила я, чуть слышно.

Он улыбнулся, склонился к моему уху и почти шёпотом сказал:

— Если нет — будем повторять, пока ты не будешь сверкать от чистоты, дорогая. Намыливать тебя я готов часами… — И губы его скользнули по моей шее, а я вдруг поняла, что смущение окончательно растаяло где-то между горячим паром и его тёплыми ладонями.

Я вдруг почувствовала, как пальцы чешутся повторить его движение. Осторожно набрала ещё этого специального мыла из бокового краника, чуть намочила ладони и коснулась его плеч.

Гладкая, горячая кожа под моими пальцами была тёплой и упругой — мазут легко скользил под пеной, и я водила руками по его ключицам, чувствуя, как каждый миллиметр отвечает мне едва заметным дрожащим напряжением.

Арен не мешал. Наоборот — замер, чуть подавшись вперёд, чтобы мне было удобнее.

— Светлячок… — хрипло выдохнул он, когда я провела пальцами ниже, по грудной клетке, смывая остатки грязи. — Ты хоть понимаешь, что делаешь?

Я не ответила — просто провела мыльными ладонями по его рёбрам, вдоль живота. Там кожа чуть подрагивала от моего прикосновения, а у самой в животе скручивалось в тугой комок желания. Так странно… я вроде бы просто отмываю его, но от одного этого прикосновения всё внутри горит.

Он чуть сильнее прижал мою ладонь к себе, а другой рукой скользнул по моей талии, оставляя на коже горячие мыльные следы.

— Чёрт… — он тихо рассмеялся, прикусывая уголок губ. — Ты явно входишь во вкус…

Я не удержалась и тоже тихонько рассмеялась. От моего смеха между нами будто пробежал новый разряд — тёплый, будоражащий, такой, от которого хотелось утонуть под этим горячим душем и не выходить оттуда никогда.

Но вместо ответа я лишь взглянула ему в глаза — в эти светлые, насмешливые и хищные глаза — и потянулась к его губам. Мои пальцы всё ещё лежали на его груди, скользили выше, к шее, пока я не прижалась к нему ближе, подставляя губы под поцелуй.

Арен не стал медлить — его губы накрыли мои так жадно и нежно, будто этот поцелуй был самой важной частью всего, что происходило между нами под этой горячей водой. Он целовал меня медленно, но глубоко, с каким-то ленивым наслаждением, будто смаковал каждое движение.

Я почувствовала, как одна его рука ложится мне на спину, сильная, уверенная, а вторая скользит по боку, по ребрам, оставляя за собой тёплый след даже сквозь воду и мыло. От этого прикосновения внутри будто вспыхнул огонь, сладкий и тихий — мне захотелось быть к нему ещё ближе.

Я прижалась к нему грудью, ощущая, как наши скользкие тела соприкасаются. Капли воды стекали по моим плечам, между лопаток, вниз по пояснице, и я сдалась этому ощущению целиком — воде, его рукам, его губам.

Мир будто сужался до этого тесного пространства между нашими телами, до того, как он чуть прикусил мою нижнюю губу, от чего у меня вырвался короткий стон.

Я чувствовала, как всё внутри пульсирует от этого поцелуя — горячего, затяжного, почти невыносимо нежного. Но ещё сильнее чувствовала другое — твёрдую, нетерпеливую тяжесть его возбуждения, которая касалась моего бедра, тянула за собой какие-то новые, сладкие импульсы.

Рука сама скользнула вниз — осторожно, будто пробуя запретный плод. Я провела пальцами по его члену, чувствуя, как он дрогнул под ладонью, и сердце тут же стукнуло быстрее.

Я чувствовала его — всего, каждую деталь этого момента: как сильно он твёрдый, как под моей ладонью дрожат его мышцы, как вода стекает по нам обоим, смывая всё лишнее, оставляя только жар и трепет внутри.

Я провела ладонью по его члену — осторожно, с замиранием сердца, будто ещё не до конца веря, что могу это делать. Но во мне не было страха — только то странное, пьянящее чувство, что я хочу подарить ему удовольствие. Что мне это нужно так же сильно, как и ему.

Я оторвалась от его губ — наши дыхания смешались, мне не хватало воздуха, но хотелось ещё больше. Сначала я просто посмотрела на него снизу вверх — в его глаза, такие тёмные сейчас, наполненные этим голодом, который был не страшен, а наоборот, вызывал во мне ещё больший трепет. Я чуть улыбнулась — неуверенно, но искренне.

А потом медленно опустилась ниже — на колени прямо под горячими струями воды. Вода лилась по моим волосам, по спине, но всё, что я чувствовала — это его тепло и этот момент, когда мои губы коснулись его члена.

Я коснулась его осторожно, сначала лишь губами, пробуя этот вкус. От горячей воды и жара внутри губы казались особенно чувствительными — я провела ими по его стволу, чувствуя, как он напрягается ещё сильнее под моим дыханием.

Пальцы Арена зарылись в мои мокрые волосы — не жёстко, а будто поддерживая, направляя, но и позволяя мне быть хозяйкой этого мгновения. Я подняла взгляд, встретилась с его глазами — они были прищурены, полны чего-то тёплого, одобрительного и в то же время хищного.

Я обвила его основание ладонью, чуть сжала и медленно взяла его глубже в рот, на вкус — горячий, тяжёлый, пахнущий им и этим влажным мылом. С каждым новым движением я чувствовала, как внутри меня нарастает странное удовольствие — словно отдавая ему наслаждение, я тоже растворяюсь в этом.

Он выдохнул — низко, сипло, так, что у меня по спине пробежали мурашки. Его пальцы чуть сильнее сжали мои волосы, но всё ещё нежно — так, что мне захотелось быть ещё смелее. Я заскользила губами глубже, медленно, наслаждаясь его реакцией, слыша, как меняется его дыхание, как напрягается его живот под моей ладонью.

Каждый его тихий стон, каждый сдержанный рывок бёдер будто подстёгивал меня — я хотела, чтобы он забыл обо всём, кроме меня, здесь и сейчас, под этим душем, под этой водой, где нет ничего, кроме нас.

Я почувствовала, как его дыхание стало рваным, как мышцы на его бёдрах дрогнули под моими ладонями — и мне это так понравилось, что я только сильнее прижалась губами, проводя языком по чувствительной коже. Я отпускала его ненадолго, чтобы вдохнуть, и тут же возвращалась, ловя каждую новую реакцию — этот низкий, хриплый выдох, лёгкий толчок бёдер навстречу.

— Чёрт… Светлячок… — пробормотал он, голос дрожал, но в нём было столько тепла, что я