Откройте рот, скажите: "Р-Р-Р"! - Фунтик Изюмов
И все вокруг уставились на меня! Как будто ждали этого!
А у меня предательски защипало в глазах. И то колечко в коробочке, оно вдруг расплылось, стало бесформенным. Я отчаянно моргнула, и взгляд снова сфокусировался. Красивое колечко. С бриллиантиками… И так захотелось, хотя бы прикоснуться, что я, на всякий случай, спрятала руки за спину.
— Я не могу этого принять… — пролепетала я, с трудом отводя взгляд от коробочки.
— Госпожа Сюзанна! — в отчаянии воскликнул хозяин, — Вы можете сделать меня самым счастливым человеком на свете! И можете ввергнуть меня в бездну отчаяния! Прах и пепел! Я заговорил, словно какой-то Игнаций! Но, самое страшное, что это правда! Я люблю вас, Сюзанна! Вы думаете, я случайно приказал остановить карету возле вас, тогда, на улице? Нет! Я сразу почувствовал к вам… симпатию… нежные чувства… не знаю! Я не поэт, я не могу выразить всего! Но, я не смог проехать мимо, хотя направлялся в магистрат, узнать насчёт дома. И потом… вы думаете, я просто сидел в кресле, когда вы занимались лечением?.. Я любовался вами, Сюзанна! Вы… вы очаровательны! А знаете, почему я постоянно называл вас не Сюзанна, а Сьюзи? Потому что так, хоть на капельку, но ближе и родней! Я люблю вас, и могу поклясться в этом перед всем миром! Хотите, я прокричу об этом на всю улицу? Пожалуйста!
Хозяин стремительно поднялся, бросился к окну и заорал во всю глотку:
— Люди!!! Я лю…
Но тут его оттащили от окна. Мы все в этом поучаствовали, разве что, кроме инспектора, который просто не успел выбраться из уютного кресла. Даже призрак пытался ухватить Фредерика Рея за рукав, но прозрачные руки постоянно проходили сквозь ткань.
Тогда хозяин снова упал передо мной на колено и умоляюще посмотрел мне в глаза.
— Сударь… — тихо и печально сказала я, чувствуя, как мои глаза снова увлажняются, — Не то, чтобы я не разделяла ваших чувств… Но, согласитесь, какая из нас пара? Вы, потомственный аристократ, в котором течёт кровь императоров, и который сам претендует на трон, и я, простолюдинка из самых низов, которая, уж простите за выражение, вынуждена была чужое грязное исподнее бельё стирать, за кусок хлеба и мелкую монетку! Сегодня вы захватите трон. Я верю в это, я чувствую! А завтра вас будет окружать высший цвет знати. Представьте, что они скажут, если вы вдруг объявите, что мол, эта поломойка — это и есть моя дама сердца. Над вами смеяться будут! Не просто смеяться, а вас тут же попытаются свергнуть. Именно потому, что я не вашего круга.
И вообще… возле вас будут крутиться такие прелестницы… Которые разговаривают только стихами, играют на клавесинах, а если их вдруг тошнит, то непременно радугой! Которых с младенчества купали исключительно в молоке верблюдиц, или в огуречном рассоле!
Даже не знаю, почему я про рассол вспомнила? От нервов, наверное!
— И, зачем они мне? — удивился Фредерик Рей, — Чтобы после каждой рюмки рассол слизывать? Глупости! Достаточно мне намекнуть придворному специалисту по геральдике, и уже завтра окажется, что вы потомок высших герцогов Империи! Совершенно случайно и незаслуженно забытых, но совершивших геройские подвиги во имя страны… вот, буквально
