Ведьмин капучино и тайна наследства - Елена Михалёва
– На что ты намекаешь? – Ярослава язвительно усмехнулась.
Она медленно встала на ноги. Её цепкий взгляд переменился. Теперь она смотрела на Дану как на врага.
– Что ты очень хороша в зельях, – спокойно ответила девушка.
Свечи замерцали.
– Не только я одна. – Ярослава скрестила руки на груди и с вызовом вскинула подбородок. – Весь наш шабаш. Кроме тебя, разумеется.
– Разумеется. – Дана медленно кивнула. – Тётя Предслава тоже была хороша. Но слишком поздно осознала, что отравлена. Она не могла в это поверить, поэтому начала искать опровержение своих страхов. Она стала гадать. Но предсказания озадачили её ещё сильнее. Она перепробовала разные способы: от карт до зеркал. Исход был один. И всё же тётя не хотела видеть свою любимую ученицу предательницей…
– Да что ты вообще несёшь? – возмутилась Ярослава. – Свечной гарью надышалась?
– Бедная тётушка приняла решение в последний момент. Возможно, когда все гадания сошлись на чём-то одном, – продолжала Дана, игнорируя Яру. – Чём-то таком, что стало последней точкой. Тётя так торопилась, что никому не успела рассказать. Она просто не понимала, кому можно доверять, а кому нельзя. Наверное, до последнего не хотела верить в твоё предательство.
– Я не стану слушать эту чушь. – Ярослава всплеснула руками. – Ты просто страдаешь и ищешь виноватого. А Предславу я бы никогда не тронула. Она была мне как родная.
Яра шагнула прочь из круга, но Дана встала у неё на пути.
– Я думала, ты ревнуешь, – продолжала она. – К Теодору. Я была наивна. Я не понимала. Ты не ревновала. Ты боялась, что я приму силу тёти. Вот почему в тот день, едва увидев мою фамилию в студенческом, ты поняла, кто я. И потребовала у Теодора избавиться от меня. Боялась, что я всё погублю: и Общество, и твои собственные планы.
– Ты это сейчас серьёзно? – Ярослава отшатнулась. – Ты выслушала какие-то бредни охотника и решила, что стала умнее всех? С тобой что-то не так. Может, этот дар не подошёл тебе. Свёл с ума.
– Ты даже не представляешь, как долго я в себе сомневалась, – с горечью призналась Дана. – Ты думала, Предслава не подозревала, кто её отравил? Она знала. Просто не могла никому сказать. Она передала мне силу так срочно, потому что во время последнего гадания выяснила что-то ещё. Что именно?
Ярослава отступила ещё на несколько шагов, пятясь к окну. Дана последовала за ней.
– Стыдно сказать, я поначалу подозревала вас всех. Даже Витана. Но когда я начала привыкать к моему дару, то стала улавливать чужое настроение и порой мысли. К примеру, сегодня на празднике я услышала твои. – Дана безрадостно усмехнулась. Кивнула в сторону цветов на подоконнике, среди которых гордо выделялся ярко-розовый горшок. – Но началось всё с моего фикуса. И тётиных кактусов. Именно они рассказали фикусу, что случилось в квартире тёти в день её смерти. То, как она в спешке возвратилась домой рано утром после краткого визита в кафе, в очередной раз погадала на зеркалах, а потом её будто осенило, и она вдруг схватилась за телефон и позвонила мне. А ещё кактусы поведали о том, что случилось в квартире спустя четверть часа после моего ухода…
Ярослава одарила скептическим взглядом цветы в горшках, а затем запрокинула голову и засмеялась. Звонко и издевательски.
– Ты бредишь, – с облегчением констатировала она. – Я не знаю, с кем именно ты говорила. Но с растениями никто не разговаривает, разве что леший или кикимора. И мысли читать никто не умеет. Особенно такая бездарность, как ты. У тебя нет способностей. Ты просто свихнулась.
Дана сладко улыбнулась.
– Ты права, звучит как бред. Но я могу это доказать.
Она сунула руку в карман и вытащила оттуда сливовую косточку, которую ей подарила Леся. Та была гладкой, блестящей и почти невесомой.
– Что это? – Голос Ярославы с сомнением дрогнул.
– Правда, – ответила Дана. – И ты сейчас её расскажешь. – Она нахмурила лоб и пробормотала похожее на стишок заклинание, рассказанное кикиморой: – Кость откроет, что сокрыто. Что запрятано, покажет. Вспомнится, что позабыто. Ярослава правду скажет.
Она сжала пальцы, совершенно не уверенная в том, что ей хватит силы, но полая косточка хрустнула и раскололась.
Комнату заполнил пронзительно-свежий запах, похожий на аромат мокрой травы после дождя.
У Даны была всего одна попытка. Вопрос следовало задать максимально точно и быстро, поэтому она спросила:
– Как ты связана со смертью Предславы?
Ярослава шарахнулась прочь и ударилась о подоконник.
– Я не… – начала она. А потом закашлялась. Заморгала часто и озадаченно. И произнесла, будто против собственной воли: – Я уже два года служу Драгомиру. Это ему понадобились силы Предславы для своих целей. Он хотел дождаться, когда она передаст мне их добровольно. Но в город вернулась ты – прямая наследница. Предслава начала сомневаться, Драгомир – нервничать, что она передумает обучать меня и примется за тебя. Это не я отравила Предславу, а он. Я просто подала ей чай, который он… – Она вдруг запнулась, по щекам потекли слёзы. Ярослава громко, отрывисто всхлипнула и навзрыд выпалила: – Это я виновата. Чай с зельем дала ей я. За неделю до её смерти. Он должен был действовать медленно и незаметно свести её в могилу. Но она как-то узнала. Может, я себя выдала в последний момент. Может, она действительно нагадала. Я без понятия. Но когда я пришла в её квартиру и застала её уже лежащей на полу, ведьмовских сил у неё не было. Она отдала их. Тебе, как позже выяснилось. А я…
Она вдруг осеклась и зажала рот руками. В широко распахнутых глазах читался ужас.
– Ты не стала помогать умирающей старушке. – Дана поджала губы. – Мой фикус так и сказал: ты посмотрела на неё пару минут, а потом просто ушла.
Дыхание перехватило.
Ей было что сказать Ярославе. В какой-то момент даже возникло желание выкинуть её в открытое окно, но тут в коридоре зазвучали торопливые шаги.
– Вы всё слышали? – не оборачиваясь, спросила Дана.
– Всё, – ледяным тоном ответил Теодор.
Он, Людмила, Веселина, Витан и даже Леся один за другим вошли в комнату. Последним в дверях появился Руслан. Все они ожидали в соседней комнате. Чтобы собрать их вместе, включая ненавистного Обществу охотника, пришлось действовать быстро, убедительно и осторожно. Так, чтобы Ярослава не заметила сговора за своей спиной.
– Яра! – Голос Веселины, полный самого горького разочарования, сорвался, когда она стиснула дрожащими пальцами висящие на шее часы на цепочке.
