Цвет из иных времен - Майкл Ши

перемена в половой жизни не повлияла. Он снова взял в руки газету, но понял, что до сих пор не готов прочитать передовицу. У него не получалось сосредоточиться на ней с самого утра, когда он эту газету купил. Пол снова начал бездумно перелистывать страницы в поисках более локальных новостей и с радостью прервался, когда Брэд объявил, что дневная работа закончена. Оставив Дага упаковывать оборудование, они вышли к машине Брэда и достали по баночке пива из его плотно набитого портативного холодильничка.

– Хочешь выпить чего-нибудь покрепче вместе со мной и Дагом, когда он закончит? – предложил Брэд.

– Нет, я, пожалуй, пойду поищу жучков в соседних домах. Сегодня для этого подходящий солнечный денек.

– Ты трудоголик, что ли?

– Эй. А как, по-твоему, я добился того, что в мою честь назвали два новых подвида? Я ведь тебе говорил, что в мою честь назвали два новых подвида?

– Ты рассказываешь мне об этом каждый день с тех пор, как мы познакомились.

– Ну ладно, постарайся об этом не забывать.

На дорогу вывернул шелушащийся, помятый «порш» Дина. Воспользовавшись пустотой улицы, он с визгом описал широкую дугу и заехал на тротуар перед «доджем» Пола.

– Привет, дружище! – крикнул Пол. Дин не ответил. С необычайной торжественностью захлопнув дверцу, он подошел к друзьям, прислонившимся к борту фургона Брэда.

– Ох и странную историю я вам привез, – провозгласил он.

– Ты, главное, не делай ничего необдуманного, – посоветовал ему Брэд. – Дыши глубже, и желание пройдет.

Все трое умолкли, выжидая, потому что из-за горизонта показался очередной самолет, волочивший за собой на цепи огромное ядро шума. Он протащил его над ними, скачущее и ревущее, и утянул за собой в небо.

– Я только что из морга, – сообщил Дин с гнусной, зловещей улыбочкой.

– Вот как? – сказал Пол. – Что ж, они неплохо над тобой поработали – если бы ты не был таким бледным, я бы и не догадался.

Дин пожал плечами.

– Что ж, наверное, я не обязан вам ни о чем рассказывать.

– Да уж конечно, – сказал Брэд. – Стоит нам только заткнуться – и оно мигом все наружу выплеснется, я прав?

– Сегодня рано утром к нам в морг привезли вонючку. Самого странного вонючку, какого я только видел – какого все мы только видели. Его обнаружили в парке – ну, знаете, в юго-восточном его углу, там, где у речки берега расходятся? Кто-то спрятал его под бревном. Не закопал – просто поднял бревно и уложил на него. Бревно от этого стало не сильно выше, потому что труп и так был плоский – я до этого еще доберусь, – но приподнялось достаточно, чтобы бродячие собаки попытались выкопать мертвяка, и патрульные их за этим застали.

Так вот, вонючку поручили Арни Дорффману, но он позвал меня, как делает всегда, когда не может в чем-то разобраться. На этот раз не смог и я. Вот что я вам скажу, джентльмены. Из-за этого тощего сорокапятифунтового вонючки в старом добром мотеле «Морозильник» очень много голов качалось и очень много пальцев чесало затылки в недоумении. Заметили, как я сказал «сорокапятифунтовый»? Росту в этом парне было шесть футов один дюйм, и, судя по телосложению, весить он должен был больше двух сотен. Кожа у него сморщилась, потемнела и огрубела, как будто ее дубили в кислоте. А внутри? Внутри были кости – и где-то на сантиметр в глубину очень хрупкие кости – и больше ничего. Вообще ничего. Органы, сосуды, мышцы, нервы, мозг – все пропало. Даже хрящи и соединительные ткани – кости на месте удерживал только кожаный мешок.

– Господи, – проговорил Пол.

– И что, – подтолкнул Дина Брэд, – вы нашли этому какое-нибудь объяснение?

– Ну, я хотя бы смог выдвинуть гипотезу. – Дин звучно хохотнул – очевидно, смакуя бесполезность этой гипотезы для коронерской службы. По небу скользил «боинг-747», визгливо, точно алмаз, прочерчивая на нем длинную царапину. – Я предположил, – продолжил Дин, – что внутренности покойного были разжижены сильными энзимами, а получившийся в результате эндодермальный раствор выкачан наружу, в то время как кожа подвергалась влиянию некоего дубильного вещества. Отсутствие глаз и языка демонстрирует, что одновременная работа энзима и дубильного агента была на удивление хорошо скоординирована. Выходами для эндодермального раствора, скорее всего, послужили многочисленные широкие парные проколы на конечностях и груди покойного.

– Охренеть, – тихо сказал Брэд. Пол поймал быстрый взгляд Дина – не мелькнула ли в глазах приятеля вопрошающая искорка, не ожидает ли тот от него какой-то реакции?

– И что, по-твоему, все это значит? – спросил он у Дина. Тот с выражением глубокого удовлетворения на лице развел руками.

– А хрен его знает, ребята. Я спешил к вам в надежде, что объединенная мощь наших мозгов сможет пролить свет на эту тайну.

Они – с примкнувшим к ним Дагом – попытались пролить свет на эту тайну с помощью объединенной мощи еще дюжины банок пива. Но в итоге пришли только к ошеломительному откровению, что в последнее время вокруг творятся на редкость странные вещи. Потом договорились о следующей встрече – прогоне отснятого материала в своей штаб-квартире, расположенной в здании склада, – после чего Брэд и Даг направились в «Контору», а «порш» Дина последовал за ними.

Пол обнаружил, что рад их отъезду. Казалось, будто чудовищный труп, о котором рассказывал Дин, отбыл вместе с ними, или по крайней мере перестал так явно терзать воображение Пола. Странности начинали его утомлять. Ему нравилось обнаруживать новое и странное, охотясь за насекомыми; подобные вариации, в конце концов, появлялись в высокоструктурированных рамках известной морфологии и были, по сути, добавками – мелизмами в мелодии познанного.

Но эти грубые нарушения реальности, возникающие в последнее время! Пока Пол сидел в доме, ему не хотелось читать передовицу о предварительных выводах ПМККСК относительно воздушных дыр именно потому, что он устал от невероятного. Теперь же он расслабился в своем «додже», вытянув длинные тощие ноги, и прочел статью. После истории, которую недавно привез Дин из своего морга, ее тема казалась почти нормальной.

НЬЮ-ЙОРК – Сегодня участники Первой международной кризисной конференции специалистов по коммуникации обнародовали предварительные выводы относительно феномена «воздушных дыр» на ранней (7 часов утра по ВСТ) пресс-конференции. Доктор Золтан Вольтаметр зачитал собравшимся резолюцию, составленную координационным комитетом конференции и одобренную – практически единогласно – голосованием участников конференции на специальном собрании, прошедшем вчера поздно вечером.

«Оси интерференции, получившие в народе название „воздушные дыры“, – говорилось в резолюции, – по всей видимости, являются столбовидными конфигурациями „мертвого эфира“, идеально прямыми колоннами диаметром в несколько километров поднимающимися от поверхности земли как минимум