Призрак крепости Теней - T. C. Эйдж
– Сюда.
Марак повел Литиана дальше, через внутреннюю стену, вверх по склону, к руинам крепости. С вершины холма открывался вид на окружающие долины, проглядывающие сквозь деревья. За обвалившимися стенами главной крепости Литиан увидел Кин’рара и Борруса. Последний был закутан в толстую черную накидку и выглядел невероятно усталым. Литиан сразу же устремился к нему и заключил в объятия.
– Ты здесь, – сказал он, крепко прижимая к себе друга, когда какой-то человек вышел вперед и накинул ему на плечи овчину. Литиан отступил на шаг, плотнее завернулся в шкуру, а затем положил Истребителя звезд рядом с клинком Борруса, прислонив его к каменной глыбе, ярко выделяющейся в темноте. – Когда вы прилетели?
– Минут двадцать назад или около того, – ответил Боррус. – Похоже, бедная Нейруу чуть со мной не надорвалась, иначе мы были бы здесь намного раньше.
– Вы все равно добрались быстрее нас.
– Гарлат не самый быстрый дракон, – нараспев произнес Марак, подходя к ним. Он повернулся к Кин’рару: – Боррус его уже видел?
– Пока нет. Мы ждали вас, милорд.
Марак оглядел руины и рощицу на самой вершине холма.
– Пойдемте, я отведу вас.
Он вывел их на плато, откуда открывался вид на холмы и горы за ними. Там стоял человек в королевском багровом плаще, украшенном на спине огненным узором: восемь колец клубящегося пламени охватывали голову дракона. Мужчина смотрел на юго-запад, на простиравшиеся перед ним земли; каскад густых черных волос струился по его шее и плечам.
– Ваше высочество, они здесь, – сказал Марак, и мужчина обернулся.
Литиан пару раз моргнул. «Дулиан? – Это была его первая мысль. – Но как? Король ведь мертв». И тогда до него дошло. Тогда он понял.
– Принц Тетиан, – произнес он, поклонившись.
Боррус в замешательстве посмотрел по сторонам и тоже опустил голову.
Принц Агарата улыбнулся. Он так напоминал своего отца в молодости, во время войны, – благородный, красивый. У него были ржаво-красные глаза, немного золотистая кожа, волосы цвета чернильной ночи.
– Я удивлен, что вы узнали меня, капитан Литиан. Не думаю, что мы когда-либо встречались.
Они и не встречались. Тетиан был совсем маленьким, когда Дулиан ушел на войну, и остался его единственным ребенком, поскольку позже Амрон Дэйкар лишил агаратского короля возможности завести других. Кин’рар и Марак сказали им, что принц Тетиан пропал, что его все считали мертвым.
– Я… простите меня, ваше высочество. Я… я удивлен, вот и все.
– Сегодня вы пережили много неожиданностей, капитан. – Голос Тетиана звучал мягко и утонченно, с характерными теплыми нотками. – Немногие знают, что я жив.
В голове Литиана роились вопросы, он не знал, о чем лучше спросить в первую очередь, но Боррус, недолго думая, избавил его от мук выбора.
– Где вы были? – спросил рыцарь, насупив брови. – Вы позволили своему двоюродному брату занять трон. Корона Агарата по праву принадлежит вам.
– Мне? – Тетиан издал короткий смешок. Что-то мелькнуло в красных глазах принца, что-то, что Литиан никак не мог определить. – Нет, сэр Боррус. Этим королевством правлю не я и не Таваш. И не мой отец до него, и не мой дед, король Теллион. Пусть мой двоюродный брат сидит на троне. Пусть играет в войну. Он не умеет видеть, он не знает, что будет дальше. – Тетиан искренне улыбнулся, а затем сказал: – Его война – это не моя война, сыны Варина. Я сражаюсь в Вечной войне, единственной, которая имеет значение. И есть только один человек, который может положить ей конец. Один человек, который вообще не человек.
«Положить ей конец? Вообще не человек? Может, Тетиан тоже помутился рассудком, как и его отец?» Литиан в замешательстве уставился на принца, в то время как Марак невозмутимо стоял в стороне, а Боррус изо всех сил старался удержаться на ослабевших ногах. Но в этот момент разум Литиана внезапно прояснился. Эта эмблема на спине Тетиана… этот древний герб… Он узнал его.
– Вы носите герб Эльдура, – прошептал он, разглядывая узор, вышитый на черной кожаной тунике и плаще.
Тетиан улыбнулся.
– Да, – ответил он. – Потому что я следую за Огненным Отцом. Он – единственный, кто может восстановить равновесие, Литиан, единственный, кто может повелевать Связующим камнем. – Красный отблеск вспыхнул в его глазах, когда он взглянул на лорда Марака. – Душа Агарата ярко пылает, и драконы срываются с Крыльев. Это только начало, начало грядущего бедствия. Если мы не будем действовать, сыны Варина, все эти земли будут охвачены пламенем, пеплом и смертью. Весь Север. Весь Юг. Мы должны объединиться сейчас, чтобы остановить это.
– Тогда верните себе трон, – сказал Боррус, глядя на него усталыми глазами. – Заберите корону и призовите южан к миру, это ваше божественное право.
– Корона не в силах положить конец Вечной войне. Никакая корона, сэр Боррус.
Боррус вздохнул. Он выглядел смущенным, замерзшим и явно был не в настроении общаться с этим человеком.
– Нам обещали, что нас отправят домой, – произнес он. – Вы обещали нам это, Марак. Вы и Кин’рар. Я бы хотел, чтобы вы выполнили это обещание. У нас идет своя война, и мы не будем участвовать в вашей.
– Мы все участвуем в войне, все играем роль, большую и малую, знаем мы это или нет. Мой двоюродный брат хочет завоевать Север, а король Джанила хочет завоевать Юг. Эти люди видят лишь часть картины… но они не видят всей правды.
– И что же это за правда? – спросил Литиан.
– Что сами боги и есть война, капитан, – сказал принц Тетиан. – Они будут враждовать вечно, если мы их не остановим. Вандар шепчет через частицу своего разбитого сердца, разве нет? Его тело веками вооружало ваш народ и приносило войну за войной. А душа Агарата призывает драконов, связывает их с кровью Эльдура. Мы, как и вы, стремимся к войне, этого я не стану отрицать. Но как долго это может продолжаться? Война континентов была одним из самых кровавых Возрождений из всех. С каждым разом они становятся все хуже. Они приносят все больше ужаса, смерти и разрушений. И теперь мы стоим на краю пропасти, в то время как вокруг расползается тьма Последнего Возрождения. – Он вздернул подбородок. – Оно не положит конец войнам, оно принесет хаос во весь мир, если мы не предпримем никаких действий, чтобы остановить это.
Боррус вяло фыркнул в ответ.
– Говорили, что ваш отец был сумасшедшим, добрый принц. Кто-то может подумать то же самое и о
