Демид. Пенталогия (СИ) - Андрей Вячеславович Плеханов

– Ну и черт с тобой, умник. Молчи в тряпочку! - сказал я и полез в кузов.

Трюфель быстро пришел в себя. Сидел в своем проволочном шлеме, грустно трясся на ухабах и молчал.

Что он мог сказать?

У меня, честно говоря, настроение тоже было препаскудным. Хотелось мне поскорее найти Лурдес, забрать ее и свалить прочь из этого гадкого места. Только теперь я уже совсем не был уверен, что все закончится хорошо. Я с удовольствием поучаствовал бы в честном бою, но вместо этого приходилось играть в муторные кошки-мышки. И Демид… Чего он опять темнит? Знает ведь намного больше, чем говорит, паскудник. Вечно он так…

До города добрались уже вечером. Я заранее привел пулемет в рабочее состояние, превратив наш грузовичок в некое подобие тачанки. «Эх, тачанка-ростовчанка, наша гордость и краса»… Пулемет-быстрострел вызывал у меня откровенное недоверие. В жизни не видел более корявой конструкции. Мне бы сюда пару автоматов Калашникова да побольше патронов… И десяток гранат. Камня на камне не осталось бы от этой чертовой инквизиции.

Улицы резали глаз своей одичалой пустынностью. Свет не был виден в окнах, заслоненных глухими ставнями. Что, здесь уже поубивали всех жителей? Нет, вряд ли. Следы обычной жизни присутствовали. Просто попрятались обыватели в свои конурки. Кларвельт стал негостеприимным.

Мы миновали две площади и на каждой из них видели виселицы и следы костров. Население Светлого Мира планомерно уничтожалось Вальдесом с соизволения Госпожи Дум. Зачем? Какой был в том смысл?

Засада ждала нас за поворотом. Едва вырулив за угол, грузовик тюкнулся носом в баррикаду, сложенную из мешков с песком. И тут же конники, вооруженные саблями, с гиканьем налетели со всех сторон. Я схватился за пулемет. Быстрострел по-молодецки сделал пяток выстрелов и заткнулся. Ленту перекосило. Я не успел сделать ничего - даже дать кому-нибудь в морду. На нас набросили сеть. Я пробовал барахтаться, пытался разрезать сеть ножом, но гвардейцы действовали быстро и профессионально. Через пять минут мы, все четверо, уже валялись связанными на булыжной мостовой. С Трюфеля и Йохана сорвали их проволочные шлемы.

Вот и все. Все сражение. Обидно как-то.

– Дема, - прошептал я тихо на русском языке, - нужно драпать. Ты можешь взлететь так, связанным?

– Могу.

– Тогда давай так - я вспыхиваю, мои веревки сгорают, и я бегу. А ты улетаешь. Мы же демоники, в конце концов.

– Ага… Размечтался, демоник. Мы тут же словим по десятку арбалетных стрел - и пикнуть не успеем. Подождать надо.

Я оглянулся - действительно, нас держали под прицелом человек двадцать. Не успеем.

– Эй вы, гнусные демоники! - взревел двухметровый усатый детина, судя по удвоенному количеству украшений - начальник гвардейцев. - Кончайте болтать на своем гнусном демоническом языке. Иначе я вырву ваши гнусные демонические языки!

– Господин Шнапс! - К начальнику подскочил один из гвардейцев. - Ваше приказание выполнено! Демоники схвачены.

– Сам вижу, - проворчал Шнапс. - Значит, так. Развяжите им ноги.

– Но они могут сбежать…

– Развяжите им ноги, я сказал!!! Или вы хотите нести демоников на собственных плечах, идиоты?

Веревки с наших ног сняли.

– Эй, демоники! - рявкнул Шнапс. - Надеюсь, вы понимаете, что шансов сбежать у вас нет? Даже не пытайтесь.

Мы и не пытались. Мы понимали.

– Демоников надобно доставить в Обитель Закона, - командовал начальник. - Всем разбиться натри отряда. Четырнадцать человек пойдут в авангарде - на сто шагов впереди. Еще четырнадцать - в арьегарде, на сто шагов сзади. Преступников поведу я и со мной оставшиеся четверо стражников. Ты, ты, ты и ты. - Он ткнул пальцем в четырех человек - почему-то именно в тех, кто не был вооружен арбалетами. - Стройсь! Первая группа вперед - шагом арш!!!

– Господин Шнапс… - Один из гвардейцев - наверное, какой-нибудь младший офицер - застыл с недоуменным лицом. - Но ведь… Наверное, вы что-нибудь перепутали в своем приказе. Это неправильно - оставлять самую маленькую группу с преступниками…

– Неправильно? - взревел начальник. - Это я-то делаю неправильно?! Да ты хоть понимаешь, ничтожный червь, что я выполняю приказы самой Госпожи? И неповиновение ей - это тягчайшая ересь!

– Прошу прощения! - Гвардеец побелел как мел. - Мне просто показалось…

– Иди в арьегард! - Шнапс угостил гвардейца таким тычком, что тот едва не повалился. - Сосунок. Благодари Госпожу за ее милость…

Итак, мы двинулись по улице в сопровождении лишь четырех гвардейцев и начальника отряда. А в самом деле, что за странный приказ? Почему начальник фактически разогнал всю свою команду? Очередные закидоны Госпожи? Или, может быть, не Госпожи?

– Цзян, ты здесь? - откровенно спросил я по-испански. - Если ты здесь, то почеши кончик носа.

– Сколько раз говорить тебе, демоник: заткнись и не разевай пасть! - гаркнул Шнапс и отвесил мне