Ползи, Тень, ползи! - Абрахам Грэйс Меррит

самоубийство не было спланированным. Ральстон действовал, повинуясь внезапному порыву. Подтверждением этому служит и письмо, так и не дописанное богатым наследником. Обрывки письма были обнаружены под прикроватным столиком в его спальне: „Дорогой Билл, прости, я не смог остаться. Надеюсь, ты отнесешься к делу объективно, а не субъективно, сколь бы невероятными ни показались тебе факты. Жаль, что Алана здесь нет. Ему известно больше…“ Написав эти строки, Ральстон, очевидно, передумал и порвал письмо. Полиция пытается установить личность „Алана“, чтобы выяснить, о чем же „ему известно больше“. Детективы также надеются, что адресат письма, „Билл“, обратится к ним. Нет никаких сомнений в том, что имело место самоубийство, но полиция пытается установить мотив, а факты, „сколь бы невероятными они ни показались“, смогут пролить свет на произошедшее. На данный момент не установлено ни одной причины для самоубийства мистера Ральстона. Его адвокаты из фирмы „Уинстон, Смит и Уайт“ заверили полицию, что финансовое положение мистера Ральстона-мл. оставалось безукоризненным и они не знают ни о каких „сложностях“ в личной жизни их клиента. Следует также отметить, что, в отличие от многих сыновей состоятельных промышленников, мистер Ричард Дж. Ральстон ни разу не был замешан в каком-либо скандале. Это уже четвертое самоубийство за три месяца среди людей того же возраста, социального положения и жизненного уклада, как у Ральстона. Во всех четырех случаях обстоятельства смерти настолько схожи, что полиция всерьез рассматривает версию самоубийств по договоренности. Пятнадцатого июля Джон Марстон, всемирно известный игрок в поло, застрелился в своей спальне в загородном доме в Локуст-Вэлли, Лонг-Айленд. Причины самоубийства не установлены. Как и Ральстон, он был холост. Шестого августа неподалеку от Риверхеда, Лонг-Айленд, было обнаружено тело Уолтера Сенклер-Кэлхауна. Кэлхаун съехал с дороги на открытое поле, остановил свой автомобиль и застрелился. Причины самоубийства не установлены. На тот момент Кэлхаун уже три года был разведен. В ночь на двадцать первое августа Ричард Стэнтон, миллионер, яхтсмен и путешественник, застрелился на борту своей яхты „Тринкуло“ – хотя на следующий день планировал отправляться в круиз в Южную Америку».

Я все читал и читал… размышления о клубе самоубийц, куда якобы вступали измученные скукой искатели острых ощущений… Истории жизни Марстона, Кэлхауна, Стэнтона… Некролог Дика… Я читал, сам не понимая, что там написано. В моей голове стучала только одна мысль: этого не может быть! У Дика не было ни одной причины для самоубийства. И в мире не нашлось бы менее склонного к самоубийству человека, чем он. Теория о клубе самоубийц представлялась мне абсурдной – по крайней мере в том, что касалось Дика. Несомненно, именно я был тем «Аланом», которого мой друг упомянул в письме. А «Билл» – это Беннетт. Но что же я такое знал, что помогло бы Дику?

Зазвонил телефон.

– К вам пришел доктор Беннетт, – сообщил мне портье.

– Пригласите его.

«Слава богу!» – подумал я.

Пришел Билл – бледный, измученный, точно на его долю выпали нелегкие испытания и опасность еще не миновала. В его глазах застыл отпечаток невыразимого ужаса, будто он смотрел не на меня, а в глубины собственного разума, где сей ужас оставил свой след.

– Я рад, что ты вернулся, Алан. – Он рассеянно протянул мне руку.

Билл взглянул на газету в моей руке.

– Вчерашняя. – Он заметил дату. – Что ж, там все написано. Все, что известно полиции, по крайней мере.

Его слова показались мне странными.

– Ты хочешь сказать, что тебе известно что-то еще? Что-то, о чем не знает полиция?

– О, они верно передали все факты, – уклончиво ответил он. – Дик застрелился. И они правы, связывая его самоубийство с остальными смертями…

– Но что тебе известно еще, Билл? – настойчиво повторил я.

– Что Дик был убит!

Я потрясенно уставился на него.

– Но если он сам пустил пулю себе в висок…

– Я понимаю, ты удивлен. Тем не менее я уверен, что Дик Ральстон совершил самоубийство. И в то же время я убежден, что его убили. – Он присел на кровать. – Мне надо выпить.

Я принес бутылку скотча – члены нашего сообщества оставили в своей гостинице подарок к моему приезду. Билл налил себе спиртное, не разбавляя его содовой.

– Я так рад, что ты вернулся! – повторил он. – Нам предстоит нелегкая задача, Алан.

– Какая? – спросил я, наливая и себе скотч. – Найти убийцу Дика?

– Да, и это тоже. Но не только. Нужно предотвратить новые убийства.

Я налил нам еще.

– Хватит ходить вокруг да около, Билл! – потребовал я. – Расскажи мне, в чем дело.

– Нет, Алан, – задумчиво ответил он. – Пока не могу. – Билл отставил стакан в сторону. – Представь себе, что ты обнаружил новый вид микробов. Еще никому не известный. Или же тебе кажется, что это новый вид микробов. Итак, ты изучаешь его и записываешь особенности. Ты хочешь, чтобы кто-нибудь подтвердил результаты твоих исследований. Что ты сделаешь? Дашь ему все свои записи и расскажешь о своих наблюдениях? А уже потом попросишь своего коллегу взглянуть в микроскоп и провести те же эксперименты, чтобы засвидетельствовать твою правоту? Или ты намекнешь своему коллеге, на что стоит обратить внимание, и просто подведешь его к микроскопу, чтобы он выделил особенности объекта твоего исследования самостоятельно?

– Безусловно, я предпочту, чтобы мой коллега провел самостоятельное исследование.

– Вот именно. Мне представляется, что я выделил новый вид микробов. Или очень старый. В метафорическом смысле, конечно. Микробы тут ни при чем. Но я не стану рассказывать тебе о результатах моих наблюдений, а просто подведу тебя к микроскопу. Я не хочу, чтобы мое мнение повлияло на твои наблюдения. Попроси портье принести газету, Алан.

Я так и сделал. Билл пролистнул страницы и наконец нашел, что искал. Прочитав заметку, он передал газету мне.

– Новость о Дике перенесли с первой страницы на пятую, – сказал он. – Впрочем, не важно. Прочти первую пару абзацев. Все остальное в этой статье – лишь досужие домыслы.

И я начал читать.

«Доктор Уильям Беннетт, перспективный специалист в области нейрологии и коллега знаменитого психиатра доктора Остина Лоуэлла, сегодня утром явился в полицию и заявил, что именно ему было адресовано незавершенное письмо, найденное в спальне Ричарда Дж. Ральстона-мл. По словам доктора Беннетта, Ральстон был одним из его ближайших друзей. Недавно он обратился к доктору Беннетту с жалобами на бессонницу и кошмары. Также доктор Беннетт заявил, что вечером накануне самоубийства Ральстон приходил к нему на ужин. Доктор пригласил своего друга остаться на ночь, тот согласился, но затем передумал и отправился домой. Именно так доктор Беннетт объясняет строки письма „Дорогой Билл,