Гори, ведьма, гори! - Абрахам Грэйс Меррит

– Я ничего не могу сказать о том юноше, пребывавшем в состоянии алкогольного опьянения, – осторожно ответил я. – Что касается вас, то могу предположить, что кукла лежала на проезжей части, а кошка или собака пробежала прямо по ней, когда на улицу выехал грузовик. Животному удалось избежать столкновения, но его движение привлекло ваше внимание к соответствующему участку дороги. Вы увидели куклу и подумали…

Шевлин махнул рукой.

– Ладно. Ладно. Хватит, док. Я оставлю вам куклу в оплату консультации.

Гордо вскинув голову и еще сильнее покраснев, Шевлин вышел из комнаты. Макканн трясся от беззвучного смеха.

Подняв куклу, я положил ее на стол и всмотрелся в злобную ухмылку на ее лице. Мне отнюдь не было смешно.

Сам не знаю почему, я вытащил куклу Уолтерс из ящика и положил на стол, а между двумя куклами бросил нить с узлами. Макканн, внимательно наблюдавший за мной, присвистнул.

– Где вы это взяли, док? – он указал на оберег.

Я ему рассказал, и он опять присвистнул.

– Босс не знал, что эта дрянь лежит у него в кармане, это уж точно. Интересно, кто ему это подбросил? Та толстая карга, конечно. Но как?

– О чем вы говорите? – нетерпеливо осведомился я.

– Это «ведьмина петля», – громила указал на нить. – Так ее называют в Мексике. Черное колдовство. Ведьма ее вам подбрасывает и обретает над вами власть, – Макканн склонился над ниткой. – Да, точно, ведьмина петля. Девять узлов, шнур из женских волос. И в кармане босса, надо же!

Он глядел на нить, но не прикасался к ней.

– Поднимите ее и рассмотрите получше, Макканн, – предложил я.

– Ни за что! – он отпрянул. – Я ж вроде как вам сказал, док. Это черное колдовство, оно порчу наводит!

В последнее время едкий туман суеверий неуклонно сгущался вокруг меня, и теперь я утратил терпение:

– Послушаете, Макканн. Что вы, как Шевлин выразился бы, баки мне забиваете? Всякий раз, сталкиваясь с вами, я слышу антинаучные бредни. Это какое-то попрание здравого смысла. Вначале ваша кукла в машине. Потом Шевлин. Теперь «ведьмина петля». Что у вас на уме?

Глаза Макканна сузились, на скулах проступили красные пятна.

– У меня только одно на уме, – вкрадчиво протянул он. – Как босса на ноги поставить. И как разобраться с тем, кто, значит, на него напал. А Шевлин… Вы же не думаете, что он врет?

– Не думаю. Но я помню, что это вы были рядом с Рикори в машине, когда он потерял сознание. И мне кажется несколько удивительным, что вам так быстро удалось найти констебля Шевлина.

– В каком смысле?

– Я о том, что этот подвыпивший франт как сквозь землю провалился. И вполне возможно, что он был с вами в сговоре. Вполне возможно, что наш легковерный Шевлин попался в коварно подстроенную вами ловушку. Актерский талант вашего подельника, кукла на проезжей части, внезапно выезжающий из-за поворота грузовик, тщательно спланированный маневр со срывающимся с места легковым автомобилем – и результат обеспечен. В конце концов, мне остается полагаться только на ваше с Паоло слово, что кукла вообще была в машине Рикори. Вполне возможно… – я осекся, осознав, что просто срываю на нем накопившуюся от череды бессмыслиц злость.

– Выходит, это вроде как я все сам подстроил, верно говорю, док? – его лицо побелело от злости. – Повезло вам, что вы мне нравитесь, док. Еще больше вам повезло, что вы с боссом на короткой ноге. А больше всего вам повезло, что только вы можете ему помочь. Если ему вообще кто-то может помочь. Так-то, док! – заявил он, играя желваками.

– Макканн… Мне очень жаль. Я не прошу у вас прощения за свои слова, но мне жаль, что пришлось произнести их. В конце концов, в сложившейся ситуации уместны определенные сомнения. И они вполне обоснованы. Вы не можете с этим не согласиться. И лучше при таких обстоятельствах говорить откровенно, чем скрывать свои мысли.

– Но какой мне смысл ломать эту комедию?

– У Рикори есть влиятельные враги. Кроме того, у него есть влиятельные союзники. Врагам Рикори сыграла бы на руку его гибель, которая ни у кого не вызвала бы подозрений, учитывая, что врач с безупречной репутацией и высочайшей квалификацией объяснил бы его смерть проблемами со здоровьем. А я без ложной скромности готов заверить вас, что я именно такой врач, Макканн.

Громила кивнул, его лицо смягчилось. Напряжение спало.

– Я с вами не спорю, док. Я ж с вами вроде как во всем согласен. Мне даже, чего уж тут, лестно, что вы, значит, такого высокого обо мне мнения. Это ж каким башковитым парнем нужно быть, чтобы все так подстроить? Прям как в фильмах, когда злодей мастерит хитроумную машинку из кучи всякого хлама, чтобы, значит, ровно в два часа двадцать минут и шестнадцать секунд пополудни кому-то на голову шлепнулся кирпич! Да я прям гений, чего уж тут!

Я улыбнулся, но промолчал. Взяв куклу-Петерса, Макканн принялся разглядывать ее, я же направился к телефону, чтобы выяснить, не изменилось ли состояние Рикори. Правда, позвонить я так и не успел – меня отвлек возглас громилы.

Макканн подозвал меня и, вручив мне куклу, указал на воротник ее наряда. Я сунул руку ей за ворот и нащупал шероховатую головку большой булавки. Будто из ножен, я вытащил из подкладки тонкую металлическую иглу девяти дюймов в длину. Она была намного острее и уже обычной шляпной булавки, которыми пользуются модницы, чтобы шляпка не сползала набок. Я тут же понял, что смотрю на то самое оружие, которое чуть не пронзило сердце Рикори.

– Ну вот, вроде как еще один вызов здравому смыслу, – протянул Макканн. – Может, это я ее туда подбросил, а, док?

– Может, и вы, Макканн.

Он рассмеялся, я же принялся осматривать это странное оружие, ибо, безусловно, то было оружие. Мне показалось, что лезвие сделано из стали, хотя я не разбираюсь в металлах. Как бы то ни было, эта игла оказалась невероятно прочной. Полудюймовое расширение в основании иглы напоминало не столько булавочную головку, сколько рукоять кинжала. Взяв увеличительное стекло, я увидел на расширении крошечные насечки – чтобы рука не соскальзывала. Рука куклы. И кукольная шпага. На лезвии я заметил какие-то пятна. Я не сомневался, что это кровь, но нужно было проверить. В любом случае, даже если то была кровь, это не доказывало невероятное – что этой смертоносной иглой управляла рука куклы.

Взяв куклу-Петерса, я принялся изучать ее более тщательно. Из чего она сделана, выяснить