Фантастика 2025-44 - Александр Сороковик
— Извини, я правда не специально, — пропела следовательница медовым голоском.
Мне было интересно посмотреть, как будут развиваться события дальше. Я расчитывал, что и Курочкина, и Кира воспользуются временным устранением конкурентки и попытаются переключить все внимание на себя. Но Курочкина вдруг посмотрела мне за спину, как-то сразу перестала улыбаться и ни с того ни с сего засобиралась.
— Вы знаете, ребят, мне пора.
— Почему уходишь? — поинтересовался я.
— Да поздно уже, завтра на работу рано, может быть, увидимся в следующий раз…
— А в отдел, получается, не пойдем? — уточнил я.
— Не сегодня.
И следовательница пошла быстрым шагом прочь от нашего столика, но вдруг резко сменила траекторию и свернула в уборную.
— Что это с ней? — Кира проводила её взглядом, а потом, оглянувшись, тише добавила. — Понятно, кажется, её мужик нарисовался.
Я обернулся, чтобы понять, о чем говорит Кира, и увидел, что через пару столиков от нашего рассаживается компания из двух молодых человек. Один из них действительно проводил следовательницу взглядом, а потом пошёл к нашему столику.
— Не помешаю? — он, не дожидаясь ответа, присел на Любин стул.
Кира, понимая, что тут, скорее всего, предстоит мужской разговор, встала из-за стола и сказала, что пойдёт закажет себе ещё кофе. Правильно сделала, потому что я не взялся бы гадать, чего хочет от меня этот наглый парень, а когда я чего-то не понимаю, настроение резко портится.
Впрочем,чего он хочет, стало понятно уже по его следующему вопросу:
— Твои все бабы? — спросил он, ехидно улыбаясь и по-хозяйски сложив руки на столешницу.
Глава 5
— А тебе какая разница? — отрезал я, рассматривая подсевшего незнакомца, ну и добавил, чтобы вопросов не возникло: — Гуляй, Вася, без тебя разберёмся.
— Ты не так понял, — сбавив сразу обороты заявил он,
— Намекаешь, что я непонятливый?
— Да нет, — с секунду подумав, отмахнулся он. — Я вообще не про это. Просто говорю, что ты действительно не так понял.
— Вали, паря, — ответил я. — А вообще, если ты не заметил, я не один сижу и с девушками вечер провожу. Тебя сюда никто не назвал, надеюсь, я-то так тебе доступно объясняю?
— Вот про это я и хотел у тебя спросить, — пояснил паренёк, взял со стола чистую салфетку, потеребил и, собравшись с мыслями, продолжил. — Короче, Машка Курочкина, ну брюнетка, следачка, красивая такая — она что, с тобой сюда пришла?
— Со мной, — подтвердил я, поглядывая в сторону уборной, когда Курочкина отлучилась.
Тут же поймал себя на мысли, что все время до этого я обращался к следачке по фамилии. Хотя у неё, вон, имя есть — Маша, которого я, правда, не знал. Так бывает, подходит человеку фамилия, даже больше, чем имя, и само собой так выходит, что ты его все время по фамилии называешь.
Я заметил, как после моего утвердительного ответа, собеседник недовольно нахмурился. Пора, однако, было выводить разговор в более или менее конкретную плоскость.
— Вопрос то в чем? Девчонка тебе понравилась и в кино позвать хочешь? — поторопил я мысли паренька.
Но тот почему-то усмехнулся.
— Не хочу, я с ней уже пять лет знаком. Чтобы ты понимал, Маша — моя женщина… — он запнулся и добавил нехотя: — Бывшая.
Вон оно что! По крайней мере, стало понятно, чего его так заинтересовал досуг следовательницы. Он её бывший, увидел свою несостоявшуюся суженую-ряженую и, скорее всего, приревновал. Знал бы он, что я помимо Маши со своей бывшей женой тут сижу… на которой женился бы года через три в той жизни, так, наверное, относился бы ко всему проще.
— И я тут при чём? Мне эта информация по барабану, — ответил я.
Я немного расслабился, откинулся на спинку стула. Если он без наездов, так и я пока спокоен, но начеку.
Собеседник принялся рвать салфетку на длинные полоски.
— Как тебя зовут? — спросил он, не поднимая глаз от стола, и сам представился. — Меня Артём.
— Меня Егор зовут, — в ответ назвался я. — Тебя твой друг там не заждался?
Артём поднял взгляд и впился в меня глазами.
— Короче, Егор, как есть скажи, ты на мою Машку какие-то виды имеешь? Как женщину её рассматриваешь? — он даже стиснул салфетку в кулак, видимо, одна только мысль об этом вызывала у него негодование.
Остались у него к Курочкиной чувства, имеет на них полное право, только отчитываться перед ревнивцем я не собирался. С другой стороны, к гадалке не надо ходить, невооруженным взглядом было видно, что Курочкина Артему небезразлична. Так эмоционально на бывших не реагируют.
— Слушай, Артем, все понимаю — не долюбил, не разлюбил, все бывает, такова жизнь. Но ты же сам говоришь, что Курочкина для тебя — бывшая? Дам тебе совет, как мужик мужику, а прислушиваться или нет — твоё право. Хочешь перестать мучиться и себя изводить — просто вычеркни Машу из своей жизни. Ты не убогий, другую себе найдёшь, а про Машу забудешь и даже не будешь вспоминать.
Артём мой совет внимательно выслушал. Поерзал на стуле, не находя себе места, а потом, сжав руку в кулак так, что она побелела, выдал:
— Никто кроме нее мне не нужен, я ее муж, и развод ей давать не собираюсь!
— В смысле — муж? — удивился я.
— В коромысле! Машка — моя жена! Я за ней со школьной парты ухаживал, вместе сидели, предложение делал двенадцать раз, и только на тринадцатый она согласилась! — в сердцах поведал свою историю Артём. — И теперь — ты что, думаешь, Егор, я её просто так отпущу?
— Ни фига, какие у вас напряженные отношения, — только и нашелся я.
А вообще хорошо, что я ему нос не стал ломать сразу — у Артёма, оказывается, все права есть на то, чтобы про Курочкину вопросы задавать.
— Она от меня ушла! — обиженно выдал мой собеседник.
— Раз ушла, значит, была причина? Просто так люди не уходят. И что, ты за ней теперь следишь, я правильно понимаю?
Парень казался адекватным, девчонки пока не возвращались (это не мужики, которые в уборную заходят на пару минут по непосредственной надобности, женщинам-то надо подкраситься, кудри поправить), поэтому можно было немножечко почесать языком
