Фантастика 2025-44 - Александр Сороковик
Такой поворот меня, прямо скажем, не устраивал. Я максимально сконцентрировался, чтобы от тяжести дивана меня не заносило на поворотах. Всё-таки и по весу я полегче Бабушкина, вот и поматывает меня, как грузик на удочке. Конечно, я уже начинал становиться тренированным и сильным парнем, но одно дело — силовые тренировки в зале, где за тобой присматривает тренер, маты везде разложены и всё такое прочее. И совсем другое — развлекаться тасканием тяжестей на заброшках, среди битых стёкол и арматуры.
Когда мы с Денисом все-таки затащили этот многострадальный диван на верхний этаж без крыши, раздались радостные выкрики и улюлюканье. Я повернул голову и увидел компанию из нескольких пацанов и девчонок. По тому, как раскованно они себя здесь чувствовали, сразу стало ясно — этот полудом они облюбовали давно.
— Здорово! — обратился один из них к Денису. — Ну вот, обустройство идет полным ходом!
Все снова заржали. Я заметил, что Бабушкин, поставив диван, явно ищет кого-то глазами. Наконец, он крикнул куда-то в сторону:
— Ленка! Эй, Ленка! — он сделал несколько шагов по направлению к ближайшему повороту. Да, по части лабиринтов, конечно, заброшки — штука идеальная. Проще, чем здесь, спрятаться можно разве что в подвалах с коммуникациями, которые идут по всему городу.
— Да Ленка, чтоб тебя, глухая, ты, что ли! — продолжал надрываться Бабушкин.
— Ну чего тебе? — раздался откуда-то недовольный голос, который показался мне смутно знакомым.
— Чего, чего, — передразнил ее Бабушкин. — Я тебе диван принес. Новенький, как и обещал!
Из-за стены нехотя вышла красивая девушка и недоуменно уставилась на меня. От неожиданности я и сам застыл на месте как вкопанный. Ленка. Вот как, значит, зовут ту красотку, которая затребовала у меня эту чертову морскую ракушку!
Глава 13
Оглядываясь по сторонам, я не переставал удивляться тому, насколько голые бетонные стены можно приспособить под, выражаясь языком будущего, молодежные тусовки. Тот диван, который приволокли сюда мы с Бабушкиным, был уже, можно сказать, последним штрихом к картине места встреч. Посреди этой крыши, которую образно можно было бы назвать и залом, стоял довольно приличный стол, окруженный стульями. На этом столе были расставлены тарелки с домашними салатиками, стаканы и здоровенная бутыль самогона, а к одному из стульев была прислонена гитара — ребята сегодня явно что-то отмечали.
В пользу последнего предположения говорила и музыкальная техника: чуть поодаль от стола располагался катушечный магнитофон, подключенный к усилителю и огромным колонкам. Уж не знаю, как они в заброшке умудрились решить вопрос с электричеством — если я правильно понял, кто-то притащил военный электрогенератор. «Значит, здесь собирается не просто шантрапа с улиц, а люди из небедных и привилегированных семей», — подумал я. «Такие вещи просто так в магазине не купишь, а если и купишь — вряд ли станешь по заброшкам таскать».
Такой вот у их коммуны домик на дереве, с удобствами.
— Так, пацаны, я не поняла, вы чего расслабились-то? — раздался звонкий Ленкин голос. — А диван на место ставить кто будет — я, что ли?
— Так кто-нибудь бы сказал еще, где его место, — хмыкнул один из гостей.
Ленка огляделась.
— Вон там пока поставьте, — она махнула рукой куда-то в сторону. — За стульями пусть пока стоит, вдруг кому-то прилечь понадобится. А там дальше видно будет.
Двое парней тотчас же перенесли диван на указанное место и с победным видом уселись на нем, откупорив по бутылке пива. Бабушкин всячески делал вид, что меня не знает и вообще я не с ним, а как-то сам приблудился. Я невольно усмехнулся: в принципе, чего-то подобного я от него и ожидал. Он не из тех людей, которые дорожат своим окружением — если только это окружение не может ему дать каких-нибудь желаемых благ. Такой персонаж легко пообещает тебе с три короба, когда ему что-то от тебя нужно, будет улыбаться и даже угождать, но в момент о тебе забудет, получив желаемое. Зря только о ракушке ему рассказал, хотя… кто его знает, может, это как-нибудь потом и сработает.
В компании я остался один. Понятное дело, для Бабушкина я был просто глупый малолетка, которого можно, конечно, иногда использовать, но общаться с ним на равных — увольте: скучно и вообще не круто. Ну а остальные меня попросту еще не знали… хотя чего уж там, все они тоже были на пару-тройку лет постарше меня, а в этом возрасте два-три года — огромная разница.
И что мне оставалось делать? Уйти? Это было бы, во-первых, как-то глупо — пришел, огляделся и ушел. Тем более, что меня уже видела здесь Ленка, и выглядеть перед ней «лохом» мне совсем не хотелось. А во-вторых, тогда получилось бы, что я просто подорвался по первому зову Бабушкина, оттащил за бесплатно тяжеленный диван и тут же тихо свалил подальше, чтобы не мешать ему развлекаться. Это уж было бы совсем унизительное положение. И если на остальных в этой компании мне было, по большому счету, наплевать (за исключением Ленки) — вряд ли мы с ними пересечемся где-то еще — то Бабушкин из этого сделает только один вывод: мной всегда можно пользоваться по своему усмотрению. А с такими установками о спокойной жизни в общежитии можно было забыть навсегда. Тут закон простой, тот же самый, что и в пионерском лагере: как себя поставишь с самого начала — так к тебе и будут относиться.
Нет уж. Если я, пусть и случайно, затесался в эту компанию, нужно постараться проявить здесь себя по максимуму. Тогда и старшие пацаны уважать начнут, да и, чем черт не шутит — может, и с Ленкой что-нибудь получится со временем. Девчонки в этом возрасте не особо-то вдумываются во всякие тонкости, им важнее, что скажут в компании сверстников. Так что у меня был двойной стимул достойно показать себя.
— Да ты садись, не бзди, — один из парней с пивом, глядя на меня, хлопнул по дивану рукой. — Ты с Денисом пришел — значит, свой. Как тебя зовут-то хоть?
— Михаил, — ответил я, присаживаясь на диван между двумя любителями пенного напитка.
— Я Андрюха, — протянул мне руку парень
