"Фантастика 2025-29". Компиляция. Книги 1-21 - Том Белл

- Эй, братишка, как впечатления?

Клаус вздрогнул. Он бы поклялся чем угодно, что мгновение тому назад, кроме Ари, рядом не было ни единой живой души. Как Лим здесь оказался?

- Впечатления? Ну... высокие.

Лим рассмеялся. Он пребывал в отменном настроении и совершенно не собирался этого скрывать.

- Надоели лестницы? Понимаю. Сам когда-то от них уставал. Ну что, Ари, перекусим?

- Не торопись. Должны ещё появиться Рокас и Алия.

- А, тогда ладно, - Лим подмигнул Клаусу. - Только не разевай рот, когда их увидишь.

- Постараюсь.

В этот самый момент в столовой тем же способом, что и Лим, появились Рокас с Алией. А Клаус вопреки данному обещанию разинул рот.

...В спортзале гермогородка Клаус уже видел эту пару. Собственно, именно они пригласили их с Лимом погостить на Седом Взморье. Рокас запомнился Клаусу как крепкий и рослый парень с длинными волосами, собранными в хвост, серьёзным вытянутым лицом и светлыми глазами, лет около семнадцати. Теперь он был почти таким же, только одежда и причёска стали вариацией на тему того, как выглядел Лим. Не он заставил Клауса замереть, а его спутница.

Алия обзавелась длиннющими, до колен, распущенными волосами. Уже не чёрными, как дома, а золотыми. Платье на ней было такое... такое... ну, кое-где облегающее, словно перчатка, а кое-где и полностью скрывающее фигуру пеной кружев. В трико, не оставлявшем воображению ни пяди, она выглядела худой и мускулистой, как профессиональная спортсменка; в этом платье - пышной, как орхидея, чарующей и опасной. Последнее подчёркивали глаза. Они не изменились. Столь пронзительно зелёные, что даже не верилось в естественность этого фосфорического цвета, глаза Алии вполне могли бы принадлежать дикой кошке.

Ведьма.

- Как тебе воздух Взморья, Клаус? - спросил Рокас.

- Э... хорош, - с трудом отведя взгляд от Алии, Клаус добавил совершенно искренне. - Мне здесь нравится.

- Прошу к трапезе, - сказала Ари. И показала гостям пример, усевшись во главе стола.

...Мысли. Мысли. Эмоции. Как мухи кружат над...

Переваривая завтрак в своей комнате, Клаус перевернулся с левого бока на спину, потом на правый бок, но надоедливо жужжащие мысли никуда не делись.

На глаза попалась картина в простенькой раме. Висела она в месте, мягко говоря, странном: за платяным шкафом, в тёмном углу. На картине изображалось непонятное. Человек? Не человек? В общем, некая фигура со спины, застывшая в неестественной позе. То ли карабкающаяся куда-то, то ли с воплем падающая в облачную пустоту, не понять. Особенно если смотреть вот так, лёжа на боку. Клаус закрыл глаза, но плод вдохновения неизвестного художника продолжал светиться на внутренней стороне век, будто радиоактивный оттиск на опалённом полотне воображения. Этот образ даже потеснил другой - смущающий, манящий, запретный.

Алия, ведьма... Лим так и называет её - Ведьма. С оттенком ироничного, но уважения. "Ведьмочка Рокаса". Очень естественное, устоявшееся сочетание...

Клаус вскочил с кровати и тут же снова сел, запустив пальцы в растрепавшиеся волосы.

- Нет, - пробормотал он сам себе. - Хватит. Надо отвлечься на что-нибудь.

Ответ на эту мольбу явился почти сразу. Но если судьба подобным образом пошутила, то шутка вышла ну совершенно не смешной.

Скрип дверных петель.

- Это он?

- Да. Берём и уходим.

Клаус моргнул.

- Эй, вы кто такие?

Без долгих слов тот из незваных гостей, что повыше и пошире в плечах, двумя скользящими шагами переместился к кровати. Сжал руку в кулак.

Со звуком, похожим на треск намокшего дерева, реальность выбросила Клауса во тьму.

...и снова тьма. Уже другая: душная, вонючая, скрипящая и шипящая, больно вывернувшая руки и ноги. Клаус попытался шевельнуться, но боль хлестнула с такой силой, что он тут же затих, быстро и неглубоко дыша. Потом он не сдержался и застонал. Внутренности мотало и крутило, гудела голова, а руки и ноги...

"Да я же связан! Точно! Ох!"

Как вскоре выяснилось, не просто связан. Дышать было тяжело из-за мешка, надетого на голову. Но вонял как будто всё же не мешок, а само место, где он находился. И такой вони ему ощущать ещё не доводилось.

"Где я? Что это скрипит на сто ладов? А это что - плеск? Дела..."

Резкий приступ тошноты скрутил Клауса винтом. Панический ужас перед удушьем помог одолеть приступ, но выдавил остатки сил. Сам не заметив этого, Клаус провалился в сумрачную щель между полным сознанием и беспамятством, качаясь во мраке на пологих волнах небытия.

...потом ему как будто удалось заснуть. Во всяком случае, когда раздавшиеся поблизости голоса привели его в сознание, он чувствовал себя значительно лучше. Если, конечно, не считать рук и ног, которых Клаус не чувствовал совсем.

- Крысёныш. И заморыш.

- Ну почему? Голодать ему явно не доводилось.

- Я не в том смысле.

- А в каком?

- Колдуны - они все с изъяном, - тон наставительный, принадлежащий человеку, уверенному в себе и своей правоте. - Вспомни хоть Всадника. Этот тоже наверняка порченый. Граб говорил, что он даже не сопротивлялся, когда Трак его вырубил. Не по-мужски это.

- Ну, может, он не верил, что на него кто-то посмеет поднять руку.

- Тогда он просто дурак.

- А тебе-то какая разница, дурак он или умник? Если Всадник заплатит за него, как было договорено, до остального мне нет дела.

- Тоже верно. Ну, нагляделись? Пошли отсюда.

- Эй, эй! А ну как он тут нагадит?

- Пусть себе гадит.

- Это тебе - "пусть", корабль-то не твой.

- Если так, сам выноси за ним горшки. А вообще у тебя тут такой срач, что один малец воздуха не испортит. Что ты возил в этом трюме - навоз?

- Не, "головёшек".

- Оно и видно. Никогда не стал бы возить рабов.

- Да ну? А если хорошо заплатят? Очень хорошо?

- Всё равно не стал бы. Грязи уж больно много. Не люблю.

- Кончай болтать. Пошли отсюда, в самом деле.

Голоса отдалились, превращаясь в бормотание, и стихли. Клаус сжался.

"Не верю. Не верю. Не верю!

Как они могут так равнодушно говорить о... они что, совсем глухи к чужой боли? Их совсем не страшит превращение в шейдов?

А ведь и в самом деле не страшит. Они здесь даже слова такого не знают".

От осознания данного факта Клаусу стало совсем худо. Позже он