"Фантастика 2024-146". Компиляция. Книги 1-24 - Антон Дмитриевич Емельянов
Волобуев-младший с легкими беспокойством ждал визита в бригаду отца. Нет, в первом бою он не струсил, а, наоборот, дрался в первых рядах, и командование батальона было им довольно. Его беспокоило, что отец, употребив власть, переведет его из роты на тыловую должность, щадя сердце матери и свои отцовские чувства. Этого Павлу не хотелось категорически.
Слава богу, мысли генерала сейчас были заняты отнюдь не переводом сына с передовой под отцовское крылышко. Четвертая танковая бригада, взявшая Житомир, опасно оторвалась от основных сил первого гвардейского корпуса, при этом будучи серьезно ослабленной тяжелым вчерашним боем с седьмой французской бронетанковой бригадой. Французов отбросили, но это стоило русским почти трети бригады. Генерал-лейтенант понимал, что его корпус слишком измотан, и если противник нанесет контрудар, то удержать Житомир вряд ли удастся. Данные разведки, как корпусной, так и армейской, косвенно указывали на желание противника встречным ударом сбить темп русского наступления. Едва небольшая колонна штабных автомобилей в сопровождении бронемашин охранной роты прибыла в Житомир, как запищала радиостанция.
Генерал мгновенно включил гарнитуру связи и рявкнул в микрофон:
– Слушаю!
– Первый, сообщение из штаба армии. Срочное!
Ознакомившись с приказом, Константин Васильевич сочно матюгнулся и связался со своим начштаба Колосовым, оставшимся на месте прежней дислокации, отчаянно пытаясь подтянуть тылы и упорядочить движение на дорогах. В тылах Днепровской армии и украинских войск, надо сказать, творился сущий бардак. Дорожно-комендантская служба только налаживалась и не могла справиться с потоком грузов, идущим на передовую с левобережья Днепра.
– Ты, Вадим, копию стоп-приказа получил?
– Так точно, получил.
– И что скажешь, голова?
– Скажу, что все правильно. Нам сутки как минимум нужны. Одно плохо, авиацию у нас забирают.
– Вот-вот. Ты думаешь, нам Рамелов сутки отдохнуть даст? Боюсь, сегодня ударит, именно по Житомиру.
– Да надо убрать оттуда четвертую танковую, а пятьдесят седьмую десантно-штурмовую ввести. Или вторую механизированную. У них «городская» специализация. Пусть лезут, зубы себе ломая.
– Как ты это делать собираешься, Вадим? Неужели ты думаешь, что у них в разведке и штабах полные кретины служат?
– Нет, не думаю. Я думаю, что этот контрудар – политический заказ, и сейчас в штабе коалиции никто особо на мелочи смотреть не будет. Им что четвертая танковая, что пятьдесят седьмая десантно-штурмовая, по хрену.
– Это как понимать, Вадим?
– А так и понимать! Вот скажите, товарищ генерал-лейтенант, что бы вы на месте фон Рамелова сейчас сделали? Отбивали бы не сильно нужный Житомир или перегруппировывали войска западнее и готовились перекрыть нам дорогу в Европу? Не забывайте также, что мобилизация резервистов в Евросоюзе практически сорвана, а второго «Сварожича» у них нет.
Генерал Волобуев на минуту задумался. Рассуждения Колосова показались ему взвешенными и логичными. Действительно, толстые трудолюбивые бюргеры и смугло-шоколадные «новые европейцы», сидящие на государственных пособиях, пополнять ряды коалиционных войск не спешили. Аналога американской национальной гвардии, пополняющей, в случае чего, армию, в ЕС отродясь не было. А вот на Руси уже несколько лет под негласным надзором главы правительства действовала национальная молодежная организация «Сварог». Молодые люди получали там полную армейскую подготовку в территориальных подразделениях и плюс возможность сделать карьеру в государственных органах. В обмен на это «свароги» исполняли функции резерва вооруженных сил и привлекались на борьбу со стихийными бедствиями. Кто хотел отлынивать, тот автоматически ставил крест на будущей карьере и возвращал из своего кармана деньги, потраченные на его обучение и содержание. Учитывая, что большинство нынешних «сварогов» дети из неблагополучных семей, простолюдины или бывшие малолетние бродяги, на такое решались единицы. Остальные рвались в бой в надежде получить свою «путевку в жизнь». Так что кризис первых дней конфликта, когда в боевых частях из-за потерь стало не хватать солдат и их срочно заменяли тыловики, был преодолен. В армию хлынули молодые, крепкие ребята с неплохой общевойсковой подготовкой. В отличие от «тыловых контрабасов», воевали они с охотой в надежде на послевоенные «бонусы». Странно, как предыдущие власти до такого не додумались…
У союзников же все острее чувствовалась нехватка живой силы на передовой. Каждый боеспособный батальон европейцев требовалось беречь для участия в скорой «битве за Европу», а не бросать в контратаку, бесперспективную с точки зрения стратегии. Рамелов и его начштаба в Самаре, люди весьма неглупые, и пуститься на такое могли только под сильным давлением «сверху». Из заоблачно высоких кабинетов… Избиратель в Европе должен видеть и знать, что доблестные войска ЕС не драпают с Украины, а героически лупят русских агрессоров и украинских варваров. Значит, его налоги потрачены не зря, и он, избиратель, сделал правильный выбор, опустив в урну бюллетень со знакомой мордой.
Если Колосов прав, то есть возможность снова поймать Рамелова на старый трюк с макетами… Союзному главкому сейчас, поди, не до тотальной разведки. Он потрепанные силы в кулак собирает. Авось проскочит хитрость.
– Давай, Колосов. Выдвигай вперед штурмовиков из пятьдесят седьмой…
Едва генерал прибыл в Житомир, как вся танковая бригада стала на последних литрах ТС-1 «разворачивать оглобли» на юг. В арьергарде была рота старшего лейтенанта Бакланова, где и служил его сын. Проводив взглядом «восьмидесятые», которым предстояло совершить пятидесятикилометровый марш, там залить топливо и ожидать новый приказ, генерал посмотрел на только что прибывшего в город командира десантно-штурмовой бригады полковника Румянцева.
– У меня к вам, товарищ генерал-лейтенант, просьба! Обеспечьте моим ребятам «зенитный зонт», и они здесь, в Житомире, год сидеть будут.
– Не надо год, Румянцев, сутки надо, понимаешь, только сутки. Тебе в помощь сейчас украинцы свою тактическую группу пришлют. Там танковый батальон и механизированный. Под твое командование. Макеты уже прибыли?
– Так точно. Вертолетом! Через часок надуем, по улицам и дворам расставим. Нехай думают, что четвертая танковая здесь! Будем надеяться, что враг нам поверит и снова обманется. Нам надо продержаться сутки… В бригаде Румянцева почти сотня ПТРК «Корнет», много гранатометов и «Шмелей». От воздушных атак мы их «Панцирями» и «Торами» закроем, а вот танки и пехота – уже их специализация.
Румянцев лихо козырнул и отчеканил:
– Есть, держать сутки!
– И знайте, Румянцев, мы рядом. Свяжите боем их последние боеспособные части.
Волобуев-старший разместил свой КП всего в двух десятках километров от Житомира. Это было весьма рискованно, но упускать из рук нити руководства корпусом ему не хотелось. Слишком высоки ставки. На поддержку Румянцева и контрбатарейную борьбу выделили три дивизиона ствольной артиллерии и три реактивных дивизиона «Смерчей».
Французы атаковали с юга из-за реки Тетерев, а поляки – с северо-запада, из района станции Богунский после часового артобстрела и ударов авиации. Из передовых
