Фантастика 2024-158 - Андрей Третьяков
Темьян вздохнул:
– Я не смогу хулить Богов. И тем более плевать на их статуи.
– Может, и не придется, – успокоил его Эрхал.
Аль промолчал. Ему было все едино – Боги ли, Темные Небеса ли. Его вера – Змееносец и священный долг перед ним. А все остальное такие пустяки перед действительно важными вещами!
Всадники вступили в деревню, но путь им преградила дородная женщина с вилами в руках. В ее позе вроде и не ощущалось угрозы, но темные глаза под набухшими веками глядели оценивающе и настороженно.
– Добро вам, путники, – сказала женщина низким, басистым голосом.
– И вам добро, милая госпожа, – вежливо поклонился с коня Эрхал.
Аль машинально отметил, что вокруг них собирается все больше селян – женщины, дети, старики. Постепенно подтягивались и мужчины. Складывалось впечатление, будто ради заезжих незнакомцев они побросали работу на полях.
– Вы кто ж такие будете? – приступила к допросу басовитая, сверля взглядом тунику Темьяна, и особенно его голые от колен ноги. В Кротасе, как и в других странах мира Кстантины, мужчины ходили в брюках. Поэтому легкомысленное одеяние урмака произвело на басовитую, да и на других селян неизгладимое впечатление.
– Мы из Беотии, милая госпожа, – вежливо ответил Эрхал, делая вид, что не замечает реакции селян на Темьяна.
– Проездом али как? – не отставала женщина.
– Мы едем в Дапру. А в вашей деревне хотели воды испить да коней напоить, если дозволите.
– Дозволим. Отчего ж не дозволить? – раздался вдруг зычный, уверенный голос.
Раздвигая толпу, вперед прошел веселый молодой мужчина в синей рясе священника. Разумеется, с красным крестом на груди.
На его появление селяне отреагировали одобрительным гулом и, как по команде развернувшись, разбрелись по своим делам. Через мгновение перед удивленными всадниками остался стоять только веселый священник.
Не переставая улыбаться, он окинул троицу внимательным взглядом. В отличие от селян, его больше заинтересовал не Темьян, а Эрхал с Алем. Вернее, их плащи пограничников. Глаза священника слегка прищурились. Он хотел что-то спросить, но сдержался, улыбнулся еще шире и указал в сторону остроугольной крыши с флагом:
– Прошу в чистилище, господа.
Аль прислушался к себе. Но знание о предстоящем обряде так и не всплыло в памяти.
«Опять снова-здорово, – огорчился Должник. – Мои способности вновь дают сбой. Я сейчас чувствую ту же странную «глухоту», что и в Степях. Но там мешала «Глотка мертвеца». А здесь-то что? Не этот же весельчак с крестом на груди? Он не может блокировать способности Должника! Я вообще раньше думал, что такое никому не под силу. Но «Глотка мертвеца» доказала обратное… Хорошо, хоть бессмертие все еще при мне. Пока не подводило не разу. Разве что в Галерее Зеркал, но там я сам отказался от него – добровольно… Мда-а… Похоже, мне пора привыкнуть к постоянным сбоям и постараться справляться с трудностями, не прибегая к силе Должника… Но что же делать с этим священником и чистилищем? Согласиться зайти туда? Или наоборот, противиться изо всех сил?..»
Священник решил за него. Он взял под уздцы лошадь Эрхала, повторил:
– Прошу за мной, – и решительно направился к остроконечному конусу чистилища.
Аль и Темьян переглянулись и тронулись за ними.
Лошади медленно пылили по дороге, приноравливаясь к шагу человека в рясе.
– Хорошие у вас кони, господа. Да и все остальное им подстать, – священник весело оскалился и демонстративно уставился на пропуск-амулет, снятый с убитого пограничника, который теперь висел на шее амечи.
– Мы едем в Дапру, – завел придуманную историю Эрхал, – по торговым делам да родственников навестить…
– Ладно-ладно, – отмахнулся служитель Темных Небес, откровенно смеясь в лицо магу. – После расскажете. Сперва очищение.
Эрхал вопросительно оглянулся на Аля. Тот пожал плечами: мол, посмотрим, что нас ждет, а там уж и решим, как лучше действовать.
Чистилище Темных Небес – высоченный конус, сложенный из струганых деревянных досок наподобие шалаша – было обнесено прочным забором с приветливо распахнутыми резными воротами.
Священник остановился подле ворот и неопределенно махнул рукой:
– Коней можете привязать здесь.
– Где здесь? – начал Темьян и осекся – снаружи у забора возникла коновязь.
– А напоить? – напомнил урмак.
– Сами попьют, – отмахнулся священник. У коновязи внезапно появилось корыто с прозрачной водой. Кони всхрапнули и, раздувая ноздри, потянулись к питью.
Всадники переглянулись, спешились, ослабили подпруги и привязали коней возле корыта.
Священник сделал приглашающий жест в сторону ворот:
– Прошу.
Эрхал, Аль и Темьян вошли в усыпанный речным песком двор.
– В чистилище проходят по одному, – улыбнулся служитель Темных Небес.
– Проходят? – Темьян почесал макушку, с сомнением разглядывая странное сооружение без окон и дверей.
– Проходят, – подтвердил веселый священник. – А остальные ждут здесь. Можете пока перекусить и отдохнуть.
В пустом ранее дворе возник деревянный стол с закусками и кувшин с вином. Помедлив, появилась скамья.
– Ну, кто первый пойдет в чистилище? – Священник демонстрировал все ту же жизнерадостную улыбку, и Алю вдруг захотелось заехать ему кулаком по зубам. Судя по насупленному виду, Темьян явно разделял желание Должника.
– Начнем с меня, – сказал Эрхал.
Аль явственно разглядел, как напряжена аура мага. Он насторожен и готов в любой момент применить какую-нибудь штучку из своего богатого магического арсенала.
– Нет, Эрхал, – Темьян решительно вышел вперед. – Позволь мне.
– Не спорьте, господа, – улыбка священника стала еще жизнерадостнее. Он обнял урмака за плечи и увлек к деревянному конусу.
Аль смотрел во все глаза и все же пропустил тот миг, когда эти двое исчезли – буквально прошли сквозь дощатую стенку чистилища.
Должник и маг поглядели им вслед.
– Ну, что? Присядем? – предложил Аль, кивая в сторону стола.
– Давай, – Эрхал оглядел разносолы. Творог в глиняной миске, лоснящиеся от масла лепешки, соленые грибочки, тушеные овощи. Амечи нерешительно взялся за вилку. – Не понимаю, – пробормотал он, подцепляя грибочек и принюхиваясь. – Не понимаю…
– Чего?
– Да вот… Странно все это… – Эрхал сделал неопределенный жест над столом. – Как на твой взгляд, это можно есть?
– Вроде да. Я опасности не чувствую. А ты?
– Я тоже, только…
– Только священник и само чистилище очень напрягают, – договорил Аль и
