Фантастика 2024-158 - Андрей Третьяков
По примеру жреца Эрхал с Темьяном уселись среди подушек, поджав ноги. Жестом трагги показал, что готов к разговору. Чтобы сделать Темьяну приятное, амечи заговорил по-саарски, зная, что для трагги чужие языки не проблема. Они в этом смысле уникумы – способны говорить на любом языке любого мира.
– Что происходит на Ксантине, жрец?
– Ты задал неправильный вопрос, Ученик Богов. Спрашивай конкретно.
– Кто такой Черный Чародей?
– Твой вопрос вновь неверен.
– Перестань юлить, жрец! Ты должен отвечать на мои вопросы. И отвечать правдиво, иначе сделка не состоится.
– Я готов выполнить свою часть сделки, Ученик Богов.
– Кто такой Черный Чародей? – с нажимом переспросил Эрхал.
Ему казалось, что он не вопросы задает, а плывет против течения, настолько сильный встречный ментальный поток приходилось преодолевать. Вероятно, жрецу очень не хотелось отвечать на вопросы!
– Кто такой Черный Чародей, жрец? – повторил Повелитель Воды.
Трагги раздраженно вскинул голову, на миг теряя свой невозмутимый вид.
– Говорю тебе, на этот вопрос нет ответа! Я не знаю никакого Черного Чародея, по крайней мере, в этом мире. Нет его здесь! Нет! Понятно?
Темьян, похоже, совсем обалдел от этих слов. Эрхалу удалось справиться с собой быстрее. Выругавшись про себя, он попробовал зайти с другой стороны:
– Тогда кто вызвал на Ксантину вас? Кто ваш хозяин?
Жрец посмотрел на Повелителя Воды, и в его темных бездонных глазах засветилась издевательская усмешка.
– На Ксантину нас вызвал… один из амечи.
Эрхал ошарашено уставился на него, не веря своим ушам. «Как же так?! – промелькнула у Повелителя Воды мысль. – Ведь неизвестный ломился на Ксантину из мира дейвов!»
– Точно амечи, жрец? Не дейв, принявший чужое обличье?
– Ни один дейв не сможет обмануть трагги – мы видим самую суть живых существ, особенно наделенных магией. Наш хозяин – амечи. На Ксантине он известен как Бовенар Третий, венценосный король Кротаса.
Всё. Это оказалось чересчур для Эрхала. Он почувствовал, что его голова пуста, ему требовалось осознать услышаное.
Тут подал голос Темьян.
– А Нефела? – нерешительно спросил он.
– Что ты хочешь узнать о ней, Зверь?
– Где она сейчас? Кто ее купил и зачем? Ее убьют?
– Нет. Она нужна живая. Где она сейчас, я не знаю, вероятно, на пути в Кротас.
– Живая, – Темьян воспрянул духом. – Ее точно не убьют? Разве она предназначена не для обряда? Чтобы расколоть мир?
– Для обряда нужна девственница, – возразил жрец, – а дочка графа Барконы уже знала мужчину.
– Но… как… – забормотал Темьян. – Разве… Когда джигли выкупали ее у отца, разве она не была девственницей?
– Нет. Персону Нефелы Баркона обсуждали при мне, так как вначале именно мы должны были выкупить ее у графа. – Жрец выглядел спокойным, бесстрастным и, на взгляд Эрхала, был честен. Он действительно сказал то, что знал. Но являются ли его знания истиной, предстояло решить Повелителю Воды.
– И какова ее роль? Для чего она понадобилась Бовенару? – спросил Эрхал, сочувственно покосившись на Темьяна. Оборотень сидел, нахохлившись, и напоминал обиженного медведя, которого грубыми пинками выгнали из сладкого малинника.
– Вот этого я не знаю, – ответил жрец, – но у хозяев на нее большие виды. Она одна из ключевых фигур их замыслов.
У Эрхала родилось сразу два вопроса:
– Каковы их замыслы?
– Не знаю. Я только слуга.
– А почему ты говоришь «хозяева» во множественном числе?
Жрец пожал плечами:
– Их же двое.
– Бовенар-амечи и…
– Дейв.
Эрхал покрутил головой. Ага. Значит, дейв все же есть. Но какая необычная парочка! Неизвестный амечи и странный дейв. Миссел или другой?..
– А в каком качестве выступает дейв?
Жрец помолчал, тщательно обдумывая ответ.
– Если ты спрашиваешь про официальный статус, то его просто нет, – наконец сказал он. – Дейв выступает в разных ролях, постоянно меняя внешность. Иногда он копирует самого Бовенара.
– Но дейв и амечи точно союзники? Не враги?
– Я отвечаю за свои слова, Ученик Богов, – надменно вскинул голову трагги.
Эрхал поторопился его успокоить:
– Ничуть не сомневаюсь в правдивости твоих ответов, жрец.
– У тебя еще много вопросов, амечи?
– Пожалуй, всего два. Первый: откуда пошла молва о Черном Чародее? И второй: что за чушь с Темными Небесами? Зачем понадобилось разрушать Храмы?
– На второй вопрос отвечу своей догадкой. Предупреждаю – не уверен, соответствует ли она истине.
Эрхал кивнул. Трагги продолжал:
– Разрушая Храмы, хозяева пытаются привлечь внимание Богов, чтобы те прислали кого-то на Ксантину. Может, тебя, маг?
– А может, они ждали настоящего Бога, и я оказался для них сильным разочарованием?
– Возможно. Что же касается первого вопроса… Не хозяева придумали Черного Чародея, а людская молва. Создавая веру Темных Небес, хозяевам, естественно, пришлось использовать магическую силу для подчинения остальных волшебников Ксантины. К тому же изменяющий внешность дейв… Возникновение порой двоих Бовенаров сразу… Разные другие трюки, неподвластные местным магам… В общем, люди обожают сочинять. Им необходимо всему давать названия. Они скользят по поверхности явлений, не стремясь проникнуть в суть. Впрочем, чего еще ожидать от «вечных»? Они глупы, ведь у них впереди еще очень много времени…
Прозвучавшая в словах жреца горечь вызвала у Эрхала искреннее сочувствие. «Пожалуй, стоит помочь трагги избавиться от их страшной участи, – решил он. – Неизвестно, правда, как отнесется к своей роли в Ритуале Судьбы Темьян. Есть там пара щекотливых моментов… Ладно, посмотрим».
Жрец встал.
– Я начинаю готовиться к Ритуалу, – объявил он. – Это займет некоторое время. Скоро вам принесут еду. Вы можете выходить из шатра, если захотите.
– А если у меня возникнут еще вопросы?
– Пока идет подготовка к Ритуалу, я отвечу на любые твои вопросы, Ученик Богов, – ответил жрец и оставил пленников одних.
Темьян по-прежнему выглядел вялым и подавленным.
– Ну, ты чего, а? – Эрхал подсел к нему и положил руку на плечо. – Разве так важно, был ли у нее до тебя кто-то или нет?
– Дело не в этом, ты не понимаешь. Просто Нефела казалась мне такой… неискушенной… уязвимой… А она…
– А что – она?
– В том-то и дело, что теперь я уже и сам не знаю. Запутался. Не могу отличить правду
