Фантастика 2024-158 - Андрей Третьяков
В перерывах между боями юноша сидел рядом с Лоддой, и ему показалось, что девушка чем-то расстроена.
Когда развлечения окончились, они с Лоддой пошли к дому вдвоем: Коста отозвал к себе Свирин, а Хью довольно шепнул на ухо Темьяну: «У меня свидание» – и быстро исчез.
Лодда молчала всю дорогу. Темьян попытался ее поцеловать в густой тени березняка. Она не отстранилась, но отвечала вяло.
– Лодда, что с тобой?
– Ничего. – Она отвела глаза. – Пойдем домой.
– Ты придешь на сеновал?
– Нет, не сегодня.
– Завтра?
– Может быть. Погоди… – Лодда что-то высчитывала в уме. – Я приду через два дня.
– Почему через два?
– Потому что через два. – Она окончательно сникла.
Темьян пожал плечами и прекратил расспросы. Мало ли у женщин причин избегать несколько дней любовной близости.
Дома он ополоснулся и забрался на сеновал. Юноша уже засыпал, когда на границу его сна вторглось нежное, соблазнительное создание со вполне определенными намерениями.
– Лодда, ты передумала? – Он улыбнулся, не открывая глаз и все еще пребывая между сном и явью.
Не отвечая, она умело скользнула губами по его телу, приближаясь к паху, и там задержалась на некоторое время. Ощущения для него оказались новыми и очень острыми. Он напрягся в сладкой истоме и открыл глаза, ожидая увидеть золотистые локоны Лодды. И чуть не вскрикнул от изумления: обнаженная ласкающая его женщина была черноволоса!
– Что… что ты делаешь?!
– А сам не догадываешься? – Она оторвалась от своего занятия и посмотрела на него. – Мне кажется, тебе понравилось. Продолжим?
Темьян на мгновение потерял дар речи. Он неплохо видел в темноте, как и все урмаки, но вначале просто не поверил своим глазам…
Кажется, ее звали Соланна. Соланна Шатуба. Жена кузнеца!
После того первого злополучного боя с ее мужем она подходила к Темьяну и вежливо расспрашивала о здоровье. Несколько пустых, ничего не значащих фраз. Впрочем, урмак тогда невольно отметил, что она очень привлекательна, хотя и лет на десять старше него. Но Темьяну и в голову бы не пришло соблазнять замужнюю женщину. Поэтому теперь он пребывал в ступоре, с трудом воспринимая происходящее.
Соланна мельком улыбнулась и продолжила свое занятие.
– Подожди! – Темьян отстранился, осторожно схватил ее за плечи и заглянул в лицо. – Мы не можем… твой муж… Лодда…
Соланна неприятно усмехнулась:
– Только не говори, что собрался хранить верность этой шлюшке. Кстати, в столице у нее есть жених. А со своим мужем я сама разберусь.
– Нет, я не могу так.
Она бесстыдно уставилась ему между ног:
– А я думаю, можешь. И хочешь.
Темьян покраснел – его тело и впрямь имело собственное мнение по данному вопросу, особенно после того, что она вытворяла язычком всего несколько мгновений назад.
– В общем, так, – сказала Соланна, – если ты не прекратишь изображать невинность и не дашь мне то, за чем я пришла, я… начну кричать. Прибегут люди. Они увидят нас с тобой голыми. И что подумают, по-твоему?
– Что? – тупо спросил Темьян.
– Что ты пытаешься меня изнасиловать.
– Я?! Тебя?!
– Ну не я же тебя, – нагло усмехнулась она. – Я скажу, что ты меня схватил на улице, связал, приволок сюда и начал насиловать.
– Чем же я тебя связал? Где веревка?
– А ты паучий урмак. Значит, паучьими нитями.
– Это полный бред, Соланна! На тебе же нет и следа от паучьих нитей. И потом, почему же ты закричала только сейчас, а не когда я тащил тебя через всю деревню?
– Делаешь вид, что умный? – разозлилась Соланна. – Был кляп, но я смогла от него освободиться. И вообще, как ты думаешь, кому поверят: тебе – приблудному оборотню, или мне – приличной замужней женщине?
– Соланна…
– Выбирай: мне кричать или мы займемся наконец делом?
– Не надо кричать.
Темьян сдался и занялся делом.
И в эту ночь ему совсем не удалось поспать. Соланна ушла, когда пропели первые петухи.
Утром Темьян разыскал Лодду.
– Что это значит? – напрямик спросил он, затаскивая девушку в уголок кухни.
– Ты о чем? – Ее голубые глаза смотрели вполне невинно и немного удивленно.
– Сама знаешь.
– Нет. Что с тобой, Темьян?
Он смутился. Может, она и впрямь не в курсе.
– Так, ничего. Прости, Лодда.
Она бросила на него странный взгляд и взялась разжигать очаг. Урмак вышел с кухни во двор.
Весь день Темьян работал, вечером дрался с тенью и медитировал, собирая силу. Потом дрался в амбаре, снова выйдя победителем из всех боев. Кузнеца Шатубу он избегал.
Перед тем как ложиться спать, он разыскал Лодду и осторожно спросил:
– Ты придешь?
– Я же сказала – завтра! – Она злилась, и Темьян счел за лучшее прекратить разговор.
Он помылся и лег на сено, борясь со сном. Юноша хотел немного подождать, томимый сложными предчувствиями.
Вскоре на сеновал скользнула женская тень. Стройная, высокая, с густыми светлыми, как лен, волосами. Не Лодда и не Соланна.
Когда Темьян разглядел ее лицо, он ахнул: Кайя! Но как же она была хороша! Он меньше всех ожидал увидеть именно ее, но и нравилась она ему гораздо больше других женщин деревни.
– Темьян. Ведь тебя так зовут? – негромко сказала она. – А меня…
– Кайя, я знаю, – перебил Темьян. – Но… ты уверена, что не совершаешь ошибки?
– Разве любовь может быть ошибкой?
– О чем ты говоришь? – испугался он.
Кайя засмеялась и придвинулась ближе. Ее глаза сверкали в темноте льдистыми звездами, а волосы в свете луны казались серебристыми.
– Я неудачно выразилась. Но мне от тебя нужны не разговоры. И если ты отвергнешь меня…
– Знаю, знаю! Ты начнешь кричать, будто я пытаюсь тебя изнасиловать, – снова перебил урмак.
– Надеюсь, ты собираешься сделать именно это…
Надо ли говорить, что и в эту ночь Темьян почти не спал.
28
Днем он работал как сонная муха, вечером не тренировался, а на площадке для боев почти сразу упал, получив несильный, в общем-то, удар в челюсть от довольного Хью. Зрители были разочарованы, ведь за предыдущие два дня Темьян успел стать их кумиром, уверенно пробиваясь в
