Фантастика 2025-75 - Андрей Буряк
— Нет, — Кейн выглядел довольным. — У неё состоялась очень… хм, своеобразная беседа с Дионом, после чего она перенеслась прямо из дома. Её ищут, но найти не могут. И, как мне кажется, не найдут.
— А ты будто бы этому рад, — проговорила я. Но, если честно, сама испытала облегчение, узнав, что мама сбежала.
Да, она чёрная ведьма, заколдовавшая Кейна. Да, она бросила меня и была замешана в тёмных делах. Но даже зная всё это, я глупо продолжала считать её матерью, и наивно надеялась, что однажды она снизойдёт до разговора со мной и всё объяснит.
Даже после её предательства, когда она отказала мне в помощи и спокойно позволила своему мужу отвести нас с Кейном в подвал, мне было сложно считать её плохой. Но во время допросов я всё равно рассказала о ней дознавателю.
Не потому, что хотела отомстить или навредить. Просто понимала, что скрыть такую информацию не получится. Слишком многое в случившемся было связано с тёмным колдовством.
— Рад, — без сомнения ответил Кейнар. — Потому что иначе её ждала бы незавидная участь. А я не хотел быть к этому хоть как-то причастен.
— Понятно, — вздохнула я, улыбаясь. — И всё же, Кейн, где тебя носило эти две недели?
— Где только не носило, — ответил задорно. — И, в основном, в обличии кота. Лорд Стайр не мог не воспользоваться таким шикарным и незаметным шпионом для своих расследований. Он-то и сейчас отпустил меня только из-за прямого приказа короля. Но при этом оставил за собой право в случае крайней необходимости привлекать меня к расследованиям. Даже официально назначил внештатным сотрудником своего ведомства, а после окончания военной академии обещал внеочередное звание.
Кейн пытался говорить серьёзно, но его глаза сияли. Ему явно нравилось работать на тайную полицию, ощущать собственную значимость для страны. Хотя, помня лорда Стайра, я даже посочувствовала Кейнару. Уверена, моему Пушистику приходилось выкладываться по полной программе. Хорошо, если получалось выкроить хоть немного времени на еду и сон. Не удивлюсь, если выяснится, что все эти две недели ему приходилось оставаться котом.
— Значит, все новости у тебя исключительно хорошие?
— Не совсем, — вздохнул Кейн. — Кое в чём мы с Ди дали маху. Хоть подельники и называют Хатерского своим предводителем, но доказательств его причастности крайне мало. Более того, за него заступается верхушка колдовского сообщества. Они рассмотрели в его аресте предвзятое отношение властей, основанное на виде дара, и трубят по всем изданиям, что дело сфабриковано, чтобы дискредитировать колдунов в глазах всех жителей королевства и вернуть полное господство магов.
В общем, скорее всего супруга твоей мамы скоро отпустят. Ну, или он получит совсем уж мягкое наказание. Есть высокая вероятность, что будет мстить, а он, поверь мне, мужик умный. Как ни тяжело для моей гордости это признавать, но пока нам с Дионом лучше побыть там, куда Хатерский не сунется.
— Ясно, — я постепенно укладывала в голове информацию. Но вопросов пока всё равно оставалось больше, чем ответов:
— Значит, и по этой причине ты теперь будешь учиться в военной академии?
— Мы. Ты тоже. Если ответишь мне согласием, то там я всё свободное время буду рядом с тобой.
— А если не отвечу, смогу спокойно доучиться в Зиваре? — спросила с надеждой. Так кардинально менять свою жизнь мне совершенно не хотелось.
— Нет. О твоём двойственном даре знает теперь даже король. Он распорядился отправить тебя туда, где преподаватели смогут раскрыть магию быстро и качественно. И найти применение твоим уникальным способностям во благо королевства. Так что тебя в любом случае ждёт перевод. Или в столичную академию, или в военную.
И, хитро подмигнув, добавил:
— Вот станешь моей женой, и отправимся учиться вместе.
Моя улыбка скисла. Новость не казалась хорошей, совсем наоборот. Новое учебное заведение, строжайшая дисциплина. Боевые навыки. А я же просто зельевар! Что мне там делать?!
— Хелли, потому я и спешу со свадьбой. Как муж и жена, мы сможем жить в одной комнате. Да, учиться придётся отдельно, но ночи и вечера останутся только нам. А без официального брака, даже если отправишься в Хариас, то тебя поселят в женском общежитии, а меня ‒ в мужском. За проникновение в твою спальню я буду каждый раз получать наказание, да и вряд ли защита позволит пройти, а в город меня полгода точно не выпустят. Это, кстати, личная просьба отца к ректору. Папа говорит, что желает хоть немного пожить, не переживая, что я снова влипну в историю.
Кейн подался вперёд и коснулся моих губ лёгким дразнящим поцелуем.
— Я хочу, чтобы ты там была кадетом Ходденс. И чтобы каждый знал, что ты моя.
— Это глупо, — я попыталась отстраниться, но Кейн не отпустил.
— Нет, Хелли. Наоборот, — теперь он говорил резко и даже с лёгкой обидой. — Глупо отказываться от возможности быть вместе из-за надуманных причин. Глупо зарывать в землю дар, который может существенно помочь тебе в жизни. И ещё более глупо отрицать, что ты любишь меня и хочешь быть со мной.
— С чего ты взял, что я тебя люблю?! — выпалила возмущённо.
Объятия ослабли, а смятение в его взгляде вызвало у меня злую улыбку. Так ему!
Сейчас меня особенно сильно бесила самоуверенность Кейна. Я ненавидела, когда за меня решали. А он уже всё за нас обоих придумал, распланировал, и явился лишь для того, чтобы поставить меня в известность.
— Тебе не жена нужна, а очередная марионетка! — выдала, вставая с кровати. — Или постельная грелка, с которой будет приятно скрашивать ночи в Хариасе. Манипулятор демонов! Я не хочу всю жизнь плясать под твою дудку!
Он тоже встал. Огляделся, поднял с пола свои штаны и принялся быстро одеваться.
— А каким ты видишь своё идеальное будущее? — сказал раздражённо. — Ах, да. Помню. Закончить местную академию, поехать в столицу, открыть лавку с зельями. Никакого мужа в эти планы не входит.
— Да! — выпалила, сдёрнув с кровати плед. Замоталась в него, как в платье. Сейчас я была слишком на взводе, чтобы искать разбросанные по квартире вещи. — Мне и одной хорошо. Комфортно, спокойно. Приятно. Никто не решает, как мне жить. Никто не втягивает в сомнительные авантюры! Никто не заставляет менять планы!
Кейн с шумом втянул воздух. Явно хотел сказать какую-нибудь гадость, но сумел сдержаться. Почти минуту одевался в тишине. А когда накинул лёгкую куртку, расправил плечи и посмотрел на меня.
— Хелли. Я не стану за тобой бегать. Я, в конце концов, лорд, и у меня тоже есть гордость. Скажи мне сейчас, глядя
